Вы здесь
Главная > #МОСКВА > ПИСЬМА МАРИНЫ ЦВЕТАЕВОЙ ПЕРЕДАНЫ МОСКВЕ

ПИСЬМА МАРИНЫ ЦВЕТАЕВОЙ ПЕРЕДАНЫ МОСКВЕ

Благодаря усилиям Департамента культуры г. Москвы и финансовой поддержке банка ВТБ на родину вернулись 25 писем, отправленные Мариной Цветаевой и ее мужем Сергеем Эфроном семье Богенгардт с 1923 по 1938 годы.

Как отметил на торжественной церемонии  руководитель Департамента культуры г. Москвы Александр Кибовский, эти письма никогда ранее не публиковались и являются уникальным источником для исследования биографии и творчества поэта. 13 из них написаны Цветаевой, 9 – Сергеем Эфроном, а 3 письма они написали вдвоем.

4
Первое письмо Богенгардтам от 3 августа 1923 года было написано Эфроном и Цветаевой сразу после того, как они обосновались в пригороде Праги. Последнее – отправлено после возращения на родину, в августе 1938-го, когда дочь (Ариадна) и муж уже были арестованы.
Адресаты писем – Ольга и Всеволод Богенгардты, фронтовые друзья Сергея Эфрона. Вместе служили сначала в армии Корнилова, потом – в войсках Врангеля, в полку генерала Маркова; вместе эмигрировали из Крыма в Галлиполи, потом жили в Константинополе и Чехословакии, а затем – во Франции.
В 1921 году, перебравшись из Галлиполи в Константинополь, Эфрон поселился у Богенгардта и его жены Ольги Николаевны, урожденной графини Стенбок-Фермор (1893–1967), бывшей сестры милосердия белой армии. По-видимому, уже тогда супруги Богенгардт поступили на службу в Русскую гимназию, открывшуюся в Константинополе в декабре 1920 г. Гимназия для детей русских беженцев, при которой имелся интернат, была создана по инициативе Всероссийского Союза Городов, а денежные средства на нее выделил американский филантроп Уитмор, который сам же нашел и помещение — большой турецкий дом, выходивший окнами на Босфор.

письма3
В июне 1921 г. при посредничестве выехавшего за границу Ильи Эренбурга завязывается переписка между Эфроном и Цветаевой. Цветаева, долгое время не имевшая известий от мужа и не чаявшая увидеть его живым и здоровым, тут же бросается хлопотать о выезде к нему из Советской России. Однако процесс этот растягивается на 2 года, и лишь весной 1922-года Марина с дочерью Алей выезжают из России. Спустя год Цветаева и Эфрон решают отдать дочь в гимназию-интернат для русских детей в маленьком городке Моравской Тршебове, где преподавали Богенгардты. По этому поводу и написано первое письмо в 1923 году: «Милый Всеволод Александрович, как печально, что первое письмо — с просьбой! Но раз просьба есть, давайте и начнем с нее, чтобы скорей с нею покончить. Просьба следующая: поспособствовать Алиному устроению в гимназию. При Сережиной и моей занятости домашнее образование ее — невозможно. Иждивение ее в этом месяце кончается, содержать ее не на что, не говоря уже об учении! В пражскую гимназию я ее отдать не могу: здесь только приходящие, а, при нашей жизни за городом, отпускать я ее одну в Прагу боюсь».
В Париж Цветаева и Эфрон перебрались осенью 1925 года, а Богенгардты – несколько позже, в начале 1926-го. Эфрон долгое время не мог найти работу, часто болел (давал о себе знать туберкулез, которым он страдал с юности). Однако материальное положение семьи резко улучшилось после того, как Сергей возглавил парижский «Союз возвращения на Родину», который, по сути, являлся филиалом иностранного отдела НКВД. Именно эту организацию обвиняли в похищении и убийстве сына Троцкого – Льва Седова, в похищении и насильственной отправке в СССР генерала Миллера, возглавлявшего белоэмигрантский «Общевойсковой союз», и многом другом. В «Союз возвращения на Родину» Сергей устроил и дочь Алю.
Отголоском тех событий стало письмо, написанное Цветаевой в 1937 году, в конверт которого она вложила вырезку из французской газеты с пометками красным карандашом, сообщающую подробности, связанные с «делом Игнатия Рейсса» (Игнатий Рейсс (Натан Маркович Порецкий) – советский разведчик, убит в Швейцарии 4 сентября 1937 года), в связи с которым Сергей Эфрон преследовался французской полицией. На допросы вызывали и Марину Цветаеву, а на их квартире проводился обыск. Упоминаемая в статье Лидия Гозовская – сотрудница советской внешней разведки, работавшая по линии Иностранного отдела (ИНО) НКВД во Франции под прикрытием работника Торгпредства. По делу об убийстве перебежчика И. Рейсса находилась в предварительном заключении во французской тюрьме. После освобождения под залог скрылась.
А началось все с того, что после ареста Ягоды в 1937 году на его место был назначен Ежов, начавший массовые репрессии среди работников иностранного отдела НКВД, который возглавлял А.А. Слуцкий (Маркос). Из-за рубежа были вызваны 40 резидентов, вскорости их расстреляли. Но пять резидентов на вызов в Москву не отозвались. Среди них были И. Рейсс, О. Орлов (резидент в Испании), В. Кривицкий (резидент в Голландии) и другие. Тогда Игнатий Рейсс обратился к Сталину с письмом, в котором обвинил вождя в терроре и измене идеям Ленина. Сразу же после получения этого письма в Париже была создана террористическая группа, которую возглавил Сергей Эфрон. Эта группа и осуществила убийство Рейсса.
Первой (весной 1937-го) в Москву возвращается дочь Аля; в сентябре того же года, после первого допроса по «делу Рейсса», тайно на советском судне из Гавра уплывает на родину Сергей, а в июне 1939 года опять же из Гавра на пароходе возвращаются в Россию Марина с 14-летним сыном Георгием (Муром). Сергей в это время живет на казенной даче в Болшево, где и поселяется воссоединившаяся семья. Однако счастье их было недолгим: 27 августа 1939 года на этой же даче неожиданно арестовывают 27-летнюю дочь Ариадну (Алю), а 10 октября – Сергея Эфрона. Их обвинят в сотрудничестве с французской разведкой, и Марина Цветаева больше никогда не увидит ни мужа, ни дочери. Судьба Марины после ареста родных резко изменилась. Теперь она носила передачи в тюрьму, ее выгоняли с дачи, и, как жена врага народа, она осталась без средств к существованию. У нее не было жилья, материальной поддержки. С помощью Бориса Пастернака она находит комнатку в «Доме отдыха писателей» в Голицыно. Зима и весна 1940 года проходят под знаком напряженной работы поэтессы над переводами: надо было зарабатывать не только на жизнь, но и на ежемесячные передачи в тюрьму – дочери и мужу. 8 сентября на пароходе «Александр Пирогов» Марина с сыном отплывает с другими эвакуируемыми в Елабугу, где 31 августа того же года кончает жизнь самоубиством.

1G
Московскому «Дому-музею Марины Цветаевой» письма передал Сергей Серафимович Скрябин – двоюродный племянник Ольги Всеволодовны Богенгардт (1932 – 2007), дочери адресатов писем Цветаевой и Эфрона. Серей Серафимович также является внучатым племянником композитора Александра Николаевича Скрябина. В 1953 г. Ольга вышла замуж за Александра Семеновича Скрябина (1921–2009), двоюродного племянника композитора, минералога, переводчика, коммерсанта, спортивного и общественного деятеля. Сама Ольга Всеволодовна работала художником по тканям, затем в меховой компании семьи Скрябиных, была спортсменкой — занималась плаванием, греблей.
Как заявила во время торжественной церемонии передачи директор «Дома-музея Марины Цветаевой» Елена Жук, приобретенные письма сформируют полный архив писем Цветаевых-Эфрон к Богенгардтам и станут своеобразным «возвращением» наследия поэта в Дом в Борисоглебском переулке.
Сергей ИШКОВ

One thought on “ПИСЬМА МАРИНЫ ЦВЕТАЕВОЙ ПЕРЕДАНЫ МОСКВЕ

  1. Спасибо газете за память о выдающихся людях нашего Отечества.Историю надо знать.Что заставило таких людей скитаться по свету и довело,кого до тюрьмы,кого до петли?Вряд ли что-то может быть хуже гражданских войн .Сколько светлых умов потеряла Россия!Но жизнь показывает что и сейчас историю знают весьма плохо.

Добавить комментарий

Loading...
Top