Вы здесь
Главная > #ЭКСКЛЮЗИВ > К ЧЕМУ ВЕДЕТ ЮЮ?

К ЧЕМУ ВЕДЕТ ЮЮ?

На парламентских слушаниях обсуждался законопроект о пересмотре положений Семейного кодекса РФ, связанных с отобранием ребенка.
Только что убрали норму о шлепках, фактически о бесправии родителей, но правительство успело внести в Думу законопроект о ювенальных судах. Собственно, для вредного правоприменения закон не нужен, но он укрепляет позиции людей, творящих зло. На переднем крае оказываются органы опеки и попечительства, а исполнители зла внедрены также в школы и дошкольные учреждения, дополнительное образование, комиссии по делам несовершеннолетних, миграционную службу. Люди не всегда понимают, кто к ним приходит сразу в роли следователя, прокурора и судьи в одном лице. Настучать могут даже соседи-доброхоты. А классному руководителю и медсестре стукачество вменяется в обязанность.
Почему все это работает и ничего не меняется? Впервые прозвучало объяснение, и зампред Комитета СФ по конституционному законодательству и государственному строительству Елена Мизулина подтвердила и усилила выводы докладчика.
Слушания продолжались пять с половиной часов. Ближе к пятому часу, когда зал заметно поредел, член адвокатской палаты Петербурга Олег Барсуков представил сетевую схему межведомственного взаимодействия при осуществлении того, что действует против Семейного кодекса и теперь не совсем правильно называется ЮЮ – ювенальная юстиция.
Выстроена какая-то параллельная система, и она превышает все возможности стратегии в интересах детей. Это не законодательство, а система методичек. Война всех против всех.
Барсуков выступил с революционной идеей избавить правительство от права законодательства. Правительство должно исполнять, а не писать законы в своих чиновничьих интересах. Вторая идея – родителю нельзя запрещать общаться с ребенком, только если сам под камеру откажется.
Докладчик показал треш-ролик, как вязали таджичку Умарали Назарову, чтобы отправить на экспертизу для выявления у нее цитомегаловируса. Как теперь известно, ее отобранный ребенок к времени съемки уже умер в центре реабилитации, захлебнувшись на пеленальном столике.
Барсуков утверждал, что таких случаев больше сотни. Шестимесячного ребенка забрали путем должностного подлога, признав заблудившимся. Бабушка принесла свидетельство о рождении. Сотруднику полиции все равно. Назарова отказалась от экспертизы, сказали – хорошо, решим вопрос по-другому. И выдали матери мертвое тело. Но умер он не от цитомегаловируса.
Мизулина внимательно посмотрела и заявила, что ей стыдно за Россию. Чиновники ставят страну в такое положение, что мы все становимся виноватыми без вины за то, что несколько чиновников повели себя так бездушно.
В Таджикистане есть антироссийские силы, и они этим воспользуются. Мизулина занималась делом Умарали Назаровой по поручению Совета Федерации целый год. Одни отписки, все в рамках инструкций. Ей не продлили визу и отправили в Душанбе с гробиком. Мать совсем молоденькая. Отец появился в тот же день. Бабушке сказали: вы никто. Мизулина лично была у Колокольцева и извинялась перед таджикским послом. Ни одного ответа с признанием. Это стена.
Что касается межведомственного взаимодействия, Мизулина сказала, что схема Барсукова неполная.
Вывод сенатора Мизулиной: эти парламентские слушания показали, что не действовать нельзя. У нас нет такого завала детской преступности. То, что дети могут быть распущенными, это не преступление. СМИ их накачивают, что с родителями можно себя так вести. Что такое ограничение родительских прав? Профилактическая работа? То же поражение в правах. Вас прессуют, говоря сегодняшним языком. Опасность в том, что если родитель отказывается от психолога, могут отстранить за «злоупотребление полномочиями». Но у родителя права, а не полномочия. Полномочий не может быть у физического лица. Нельзя оставлять ребенка наедине с психологом, он владеет психотехникой и может раздеть и взрослого. Об этом и писал Бухарин: собрать детей в пионерскую организацию и обработать так, чтобы влияли на родителей и пусть они вступают в нашу партию.
Надо сказать, что многие участники парламентских слушаний занялись борьбой против ЮЮ сначала в порядке самообороны. Руководитель движения «Родительский отпор» Николай Мишустин заявил, что это враги нашего Отечества. К нему вломились, не имея никаких правовых оснований. Принимали под западную диктовку законы, чтобы натравить всех на всех, поссорить маму с папой. Классного руководителя делают ювенальным стукачом. Правительство внесло законопроект, который можно назвать: родителей на свалку. Двадцать лет нас тащат по этой колее.
Зам. главного редактора журнала «Человек и закон» Николай Бондаренко назвал теорию ЮЮ попыткой поднять народ на войну со своим государством.
Уполномоченный по правам ребенка Красноярского края Ирина Мирошникова  считает беби-боксы институтом разрушения семьи.
Мизулина заметила, что она внесла законопроект о запрете беби-боксов для формирования рынка отказных детей. Проследить их судьбу невозможно. Недавно погиб ребенок в беби-боксе. Почему-то на нас экспериментируют.
Член комитета Госдумы по вопросам семьи, женщин и детей Инга Юмашева абсолютно согласна, беби-боксы – это пропаганда безответственного материнства и кукушничества.
…Детский психолог Ирина Медведева предупредила, что у нас терпеливый народ, но вот этого терпеть не будут. Опасно в том числе для власти. Люди неграмотные в правовом отношении и в суд не идут. Сколько родителей спилось и сошло с ума после отобрания ребенка. Люди в шоке и не понимают, на каком свете находятся, а от них требуют юридических формулировок. К психологу подошел человек и с горечью сказал, что даже немецкие фашисты не забирали детей.
Председатель патриаршей комиссии по защите материнства и детства, протоиерей Дмитрий Смирнов подчеркнул, что при обсуждении проходит много времени, а нужные вещи не делаются. Церковь утверждает, что государство не имеет права на вмешательство в дела семьи, кроме тех случаев, когда есть непосредственная опасность, а не какая-то мифическая угроза. Речь не только об изъятии ребенка, а о любом насильственном вмешательстве. В Германии происходят чудовищные вещи, и они приводят к тому, что уехавшие семьи вернулись обратно. Президент поручил разобраться с отобранием детей у родителей. Можно, конечно, поздравить с тем, что общественники перешли на российские гранты, но занимаются тем же. Протоиерей назвал поименно.
Президент благотворительного фонда «Волонтеры в помощь детям-сиротам» Елена Альшанская обиделась и пошла в атаку: некорректно, когда люди на парламентских слушаниях называют поименно и обвиняют. Мы первые начали работать с кровной семьей. Говорящих много, работающих мало. Реальной помощи мы не видим. Полиция не в состоянии увидеть ничего, кроме угрозы.
Член президиума Координационного совета патриотических сил Петербурга и Ленинградской области Андрей Цыганов назвал проявления ЮЮ рецидивами холодной войны. Разработали список тридцати НКО, которые занимаются проведением программ США в отношении детей. Из закрытых организаций – иностранных агентов ювенал-юстиционеры перемещаются в чиновничьи кресла.  Одна из организаций снабжала Госдуму ложной статистикой о том, что большинство преступлений совершается в семье. Отсюда появился закон о шлепках и социальная реклама «Мама, я тебя боюсь!».
Но все же не бывает худа, чтобы совсем без добра. Много горя, но есть и консолидация. Слишком много проблем, и ссоры в семье спровоцированы самой природой. Это невидимая причина. ЮЮ более чем видимая. И она заставляет нас сплотиться и бороться за себя, от чего мы отвыкли.

Лев МОСКОВКИН

Добавить комментарий

Loading...
Top