Вы здесь
Главная > #ЭКСКЛЮЗИВ > СЕМЬЯ ИЛИ БОРЬБА – ВОТ В ЧЕМ ВОПРОС

СЕМЬЯ ИЛИ БОРЬБА – ВОТ В ЧЕМ ВОПРОС

Как сочетаются сегодня общественная активность и личная жизнь?
Россияне, несмотря на все социальные, политические и экономические проблемы в обществе, остаются одной из самых аполитичных наций. Кризис подорвал благосостояние большинства, однако социологические опросы показывают, что выходить на улицы с транспарантами и отстаивать свои права люди готовы только в критических ситуациях. Поспорил с соседом о политике, сходил на выборы – и хватит. Однако есть в нашей стране граждане, которые идут намного дальше обычных споров. Найти их не так уж сложно, они не скрываются и не ждут от общественности выгоды и славы, главное – помощь согражданам и защита их прав. А вот близкие таких людей чаще всего далеки от политической или социальной активности, и честно признаются, что устали так жить.
За каждым «политическим активистом» стоит реальный человек с абсолютно реальной профессией. Мария Комарова (27 лет) работает медсестрой, ее муж Антон (29 лет) – водитель известной в России службы такси, и по совместительству «политический активист». Антон рассказал, что уже около года состоит в движении, основная цель которого – объединить российских демократов, сформулировать внятную альтернативу развития России и способствовать смене установившегося в стране политического режима. Детей у пары нет: «Мы в браке уже два с половиной года, живем в однокомнатной квартире, семейный бюджет составляет около 60 тысяч рублей, сами понимаете, живем скромно. После того, как Антон увлекся «спасением мира», я так это называю, семейного бюджета практически не осталось. Родственники и знакомые все чаще стали намекать нам на то, что пора бы обзавестись детьми. Я очень хочу иметь полноценную семью, да и Антон вроде не против, но мы все ждем пока быт наладится, стараемся, конечно, откладывать деньги, но не очень получается», – рассказала Мария. «Считаю себя человеком честным и порядочным, – говорит Антон, а честные и порядочные гражданские активисты живут только на свою зарплату. Часто людей, которые выходят на митинги и пикеты, обвиняют в том, что они «не работают», потому что много времени тратят на пикетирования. Но ходить на акции протеста можно на выходных, а с понедельника по пятницу работать — именно так делаю я. Могу себе позволить заработанные деньги тратить на гражданскую активность. Например, за свои деньги покупаю билеты и практически каждые выходные езжу в различные регионы на митинги». Мария не одобряет эти траты, но ничего не может поделать с таким «хобби» мужа: «Конечно, участвовать в социальной жизни необходимо. Только так мы можем повлиять на чиновников, которые думают лишь о том, как набить свои карманы. Но я уверена, что во всем должна быть своя золотая середина, но Антон ее не видит. Я часто говорю мужу, что у нас одна жизнь, и начинать жить нужно сейчас, но он ужасный перфекционист. Он может ночами напролет переписываться с единомышленниками, детально обдумывать акции протеста, но совершенно не думает о будущем нашей семьи. Стараюсь во всем его поддерживать, но не знаю, насколько меня хватит», – сетует Мария.
Взгляды Антона влияют на отношения в семье, он редко находится дома. Не так давно был на митинге, посвященном поддержке отмены системы «Платон». Эта система предусматривает взимание платы с грузовиков, имеющих разрешенную максимальную массу свыше 12 тонн. По рассказам Марии, у ее мужа пока не было серьезных проблем с правоохранительными органами. Она не скрывает, что очень переживает за свою вторую половину и считает, что пока мужу «везет»: «Противостоять нечестной политике всегда нелегко. Проблемы были у некоторых близких друзей Антона. Их задерживали, и при задержании в машине сильно избивали, однажды дело дошло и до следственного изолятора. Как-то один из его близких друзей сидел под домашним арестом, Антон покупал ему еду, отдавал вещи, которые не носит. За квартиру в долг платили родители «арестанта». После таких историй меня охватывает паника, не хотелось бы, чтобы что-то подобное произошло с моим мужем. Я очень боюсь, что однажды случится что-то непоправимое, страшное. В нашей стране обычные люди не имеют право голоса, государство очень давит».
Политическая активность повлияла и на круг общения семейной пары, по словам Антона с некогда лучшими друзьями он видится намного реже, чем раньше: «Их устраивает нынешнее положение дел, мне это непонятно. Ошибочно полагать, что все происходящее в стране — это еще не катастрофа. Часто спорим и ссоримся, а что тут поделаешь? Я привык отстаивать свое мнение».
По данным социологического опроса, проведенного Институтом социологии РАН, у граждан отношение к политике достаточно настороженное, 43% россиян предпочитают в нее «не лезть» ни в какой форме. Такая невнимательность явно не относится к Елене (32 года) и Николаю (34 года) Кузьминым. Они в браке уже шесть лет, у пары есть маленький сын Костя, которому почти 4 года. Муж Елены до недавнего времени работал бухгалтером, а она — все еще работает менеджером по продажам. И все бы ничего, но пара признается, что их брак трещит по швам, по мнению Елены – отчасти из-за того, что постоянный доход имеет только она. По ее словам, три года назад супруг сделал свой выбор, но, к сожалению, не в пользу семьи. Он все чаще ходит на различные акции протеста и мероприятия, направленные на борьбу с существующей властью. По словам Николая, он стал ярым политическим активистом после того, как услышал несколько историй участников так называемого «Марша миллионов»: «Страшно жить в стране, где в любой момент тебя могут схватить и подвергнуть избиениям, истязаниям, издевательствам – всего лишь за принципиально мирные, ненасильственные действия». Он охотно рассказал, что является одним из администраторов нескольких групп в различных социальных сетях. Финансирование осуществляется из единственного источника – пожертвований граждан.
Елена утверждает, что супруг регулярно выкладывает посты «о наболевшем», на соцсети тратит кучу времени, почти всегда сидит в них по ночам, заходит со смартфона в течение дня. «Коля интересуется многими вещами, это то, что меня в нем всегда привлекало. Я понимаю, что хорошо, когда человек интересуется происходящим в стране, он помогает другим людям. Плохо лишь то, что из-за этого страдает наша семья. У него какая-то катастрофическая нехватка времени». Николай часами может обсуждать реформу системы власти, отмену продления пенсионного возраста, так же он является противником «нефтяной иглы» (сторонники данной теории считают, что экономика России зависит от объема экспорта нефти и ее цены), выступает за цензуру в интернете. Однако, когда речь заходит о семье, он становится немногословен: «Я люблю свою семью, все, что я делаю – это для них. Хочу, чтобы мой сын жил в стране, в которой закон превыше всего». Елена старается положительно относиться к стараниям супруга: «Николай ведет активный образ жизни, общается с разными людьми, в том числе и с представителями власти. Но на данный момент минусы перевешивают. Он может уехать в самый неподходящий момент, бывает, видимся только пару раз в неделю. Это негативно влияет на отношения в семье. В воспитании нашего сына Николай практически не участвует». Столь активная гражданская позиция серьезно изменила круг общения семьи, появились люди, взгляды которых идут вразрез с принципами Николая. «Я бы хотела, чтобы Коля «сбавил обороты», вернулся на нормальную работу, чаще бывал дома. Хочу, чтобы мы снова стали нормальной семьей», – говорит Елена.
Сегодня наблюдается рост интереса и к социальной активности, особенно такому ее проявлению, как волонтерство. На сайте Ассоциации волонтерских центров России говорится, что все волонтерские программы открыты для новых добровольцев. Для вступления в их ряды следует соответствовать простым правилам: возраст от 18 лет. Верхний предел для каждой программы индивидуален, но не старше 35 лет. Важное требование – физическая выносливость и готовность проживания в полевых условиях. Студенты Жанна Полетаева (21 года) и Михаил Еремеев (22 года) встречаются уже несколько лет, скоро закончат учебу и у них грандиозные планы на дальнейшую совместную жизнь. Жанна – уникальная девушка, очень добрый и отзывчивый человек, ее можно назвать социальным активистом с большой буквы. Михаил парень весьма скромный – подрабатывает консультантом в салоне сотовой связи, а вот Жанна пока работу не нашла, ей помогают родители. На вопрос о том, почему именно волонтерство, Жанна отвечает просто: «Я чувствую, что в этом мое призвание». В 6 лет девушка попала в больницу, в палате с ней было много детей и ко всем, кроме одной семимесячной девочки, вечером приходили родители. «Я старалась заботиться о ней – чаще держать на руках и играть. Мы никак и не могли понять, где ее мама, пока не услышали разговор врача и медсестры: от малышки отказались. Меня это шокировало, думаю именно поэтому волонтерство для меня так важно».
Михаил эту историю знает очень хорошо и его, в принципе, все устраивает, кроме постоянного отсутствия Жанны дома: «Моя девушка – будущий менеджер культурных проектов, думаю, ее социальный активизм базируется именно на этом. Привыкла она быть социально ответственной, что уж тут поделаешь? Чем только не занималась: помогала и детским домам, и приютам для бездомных животных, деталей толком не знаю. Понимаю, что это хорошее дело, но на близких людей времени у нее совсем не остается». На данный момент активистка сотрудничает с молодежным движением, которое ведет деятельность в социальных и экологических направлениях. «Мы оказываем помощь уязвимым слоям общества. В прошлом году мы помогали людям с ограниченными возможностями в Карелии и в Петрозаводске. В этом году я также планирую подобную поездку, примерно в середине июля. Мише еще не рассказывала», – делится своими планами Жанна. «Так же хочу продолжить работу с волонтерским движением в благотворительном фонде брошенных младенцев, – говорит Жанна, – сейчас я посещаю шестимесячных детишек, от которых отказались родители, 3-4 часа в неделю в одной из инфекционных московских больниц. Эти несколько часов — самые ценные в моей неделе». А в прошлом месяце девушка ездила в Ростов-на-Дону, где также вела активную работу с детскими больницами: собирала детям вещи и игрушки, проводила с детьми досуг. Михаил жалуется, что у Жанны часто бывает затяжная депрессия: «После таких поездок она долго приходит в себя. Я вижу, как она переживает из-за своей волонтерской работы, часто плачет по ночам. Это тяжело нам дается, надеюсь, когда мы заведем собственную семью, она чаще будет дома и тогда все будет по-другому».
По данным Ассоциации волонтерских центров России число добровольцев, работающих в некоммерческих организациях, за два последних года увеличилось с 1,3 до 2,4 миллионов человек. Количество социально-ориентированных НКО по стране увеличилось на 23,6%. А вот с благотворительностью дела не очень, британский благотворительный фонд CAF выяснил, что в России выросло количество людей, которые вовлечены в благотворительность, но даже это не дает возможности повысить наши рейтинговые позиции.
Политическая и социальная активность – достаточно новое явление для России. И сегодня у гражданского «активизма» достаточно много форм и возможностей. Конечно, к примеру, политические активисты существовали всегда. Однако, сейчас это более широкий круг людей, которые объединены политическими и социальными интересами вне рамок какой-то одной партии. Они не просто против ныне существующей власти или какой-нибудь политической идеи. Активные граждане (без кавычек, как на сайте городского правительства) по-настоящему переживают за ситуацию в стране. В полной мере это относится и к нашим героям, которые готовы пожертвовать личным счастьем во имя общественного блага.
Христина ДЕНИСЮК.
От редакции. Некоторые имена изменены, но сами истории – подлинные.

Добавить комментарий

Loading...
Top