Вы здесь
Главная > #ЭКСКЛЮЗИВ > ВРЕМЯ ЖУРНАЛИСТИКИ

ВРЕМЯ ЖУРНАЛИСТИКИ

После двух крупнейших событий мирового масштаба в России – Ассамблея Межпарламентского союза в Питере и Всемирный фестиваль молодежи и студентов в Сочи – в Северной столице прошла журналистская конференция, где обсуждались самые различные и непримиримые концепции журналистики. Причем не просто так, а в историческом разрезе столетия революции.
Двухдневный научно-культурный форум «Дни философии в Санкт-Петербурге – 2017: «Философия до и после революции», Журналистика XXI века: в координатах исторического времени» организовали Санкт-Петербургское философское общество и Санкт-Петербургский государственный университет.
Провели оба заседания заведующий кафедрой теории журналистики и массовых коммуникаций СПбГУ Сергей Корконосенко и доцент той же кафедры Анастасия Гришанина.
Надо отметить, что из тех конференций исследователей и преподавателей журналистики, в которых нам довелось принимать участие, питерские встречи оказались наиболее содержательными. С каждым годом постепенно усиливаются позиции сторонников взвешенной независимой прямой оценки журналистики, сбрасывающей путы стереотипов. Все больше проводится полевых исследований. Елена Пронина из МГУ сообщила участникам конференции, как журналистика эмансипируется от СМИ с их постправдой. Аспирантка Прониной Анна Дерябина сравнивала идентичность блогеров и профессиональных журналистов, журналисты опережают по свободе и способности к детерминации.
Одновременно все больше звучит черный юмор.
Журналистика – это судьба. Во всех поколениях большую роль играют медиа, на втором идентичность и только на третьем месте образование. Если в СССР репрессии были, то кто наш враг?
С прагматистами-юмористами спорят представители специфически характерных убеждений, которые принято называть либеральными. По сути, речь идет о носителях антинациональной позиции. Они были в России всегда, во время перестройки получили поддержку извне для последующей перестрелки, а сейчас выглядят немного архаичными. Кремлин-мафия стала похожа на корриду и заметно выходит из моды. Истина ассоциируется с Россией.
Съежился и вошел в идеологическое противостояние с реальностью традиционный сегмент преподавательского корпуса, намеренно дистанцирующийся от журналистской практики. Эти носители стереотипных оценок не способны фиксироваться на чем-то больше десятка секунд on-line и 7 – 8 минут off-line. Ровно в этом обвиняют new-generation Z, пришедшее в мир с гаджетами наперевес. С другой стороны кафедры преподаватели отвечают шрапнелью мемов «клиповое сознание».
Публичные рассуждения о клиповом мышлении остаются непременным атрибутом любой конференции по журналистике. Для идентификации мух от котлет придумали трехступенчатую градацию поколений X 1963 – 1984, Y 1984 -1995 и Z младше 1995 года рождения.
Схему представила Ольга Вихрова из МГУ. Она рассказала об особенностях восприятия generation Z применительно к образовательному процессу. Сейчас в нашей аудитории оказывается поколение Z. Они предпочитают применение технологий во всех сферах жизни и on-line коммуникации в ожидании немедленного ответа. Налицо нежелание выходить в офф-лайн как угроза традиционному университету с кафедрой. Образование получают дистанционно on-line.
Для Z характерны некритичность, фрагментарное клиповое мышление и плохая память. Они неспособны выстраивать логические цепочки, критически мыслить, проводить анализ и прогнозировать. Не могут связать монодисциплины. В США не хотят брать образовательные кредиты и платить за обучение, предпочитая работать сразу после школы.
Корконосенко не нашел себя в списке перечисленных поколений и с неуместным для завкафедрой робким сомнением предположил: может быть, каждый приходящий в университет должен настроиться на университет?
Марина Загидуллина из Челябинского университета разрушила тщательно выстроенную картину маслом на вечную тему про молодых, да ранних. По ее словам, тезис о клиповом мышлении не проверен экспериментально. Никакой угрозы классическому университету нет, потому что крайне низок процент окончивших дистантные курсы. Не хватает мотивации. А вот рассуждения о высоком оказываются суперактуальными.
Едва ли не впервые возник плюрализм параллельно сосуществующих мнений на основе клипованного стереотипа или прямого эксперимента из реальной жизни.
На самом деле, клиповое сознание ничем не отличается от стереотипизиванного, кроме ускорения. На конференции говорили «темпоральность».
И студенты, и преподаватели по разные стороны кафедры одинаково смотрятся массовыми жертвами идеологически унифицирующих репрессий. Еще Абрахам Моль писал о мозаичности культуры. С тех пор мозаичность усилилась, ускорилась и приобрела непредсказуемые очертания.
К осуждению несамостоятельности студентов, неспособных к логическому мышлению, в последнее время добавилось осуждение СМИ, не осветивших протестные акции против коррупции. И еще в комплекте с недоумением, как такие СМИ можно считать независимыми. С той же неизбежностью походя прозвучала голословная оценка императивности диссертации Мединского. Спорить было бессмысленно и попросту надоело. Как будто негативно настроенная интеллигенция имеет право на все, а осуждаемой стороне отказано в праве на защиту с помощью доказательных инструментов.
В сотне метров от Института массовых коммуникаций на асфальте Первой линии Васильевского острова размещена бесплатная реклама смерти «Прогулки по крышам» с контактным телефоном. И еще чуть дальше – оплаченная наружка с новым мемом «Хайп!», сгенерированным, согласно изысканиям Вероники Крашенинниковой, максимально приближенно к гитлеровскому приветствию. Вашингтону необходимо Z-мясо для новых революций. Россия обманула ожидания. Противниками Кремля оказались на Z, а кто-то с другой стороны алфавита.
Практически единственное исследование подобного рода современных технологий управления массовым сознанием через медиасферу на конференции представила Ольга Кругликова из СПбГУ. Да и то не по текущим событиям, а на примере, уже ушедшем в историю из того времени, когда Путин поменялся должностью с Медведевым. Русская служба BBC сообщала о Путине, что он ассоциирует себя со Столыпиным. Столыпин подавался как сильный политик при слабом государе. В 2017 году проект был забыт. На прямой линии с президентом в ответ на восторженное высказывание о Столыпине Путин предложил: не надо, Столыпин это все же столыпинский вагон, столыпинский галстук и смертная казнь.
Преподаватели журналистики не столько страдают клиповым мышлением, сколько считают себя обязанными следить за динамикой субкультур, каждая из которых маркируется своим набором мемов. Поток их эмиссии напоминает цирковую пушку с хлопьями мыла. Наиболее популярными из относительно новых были longreads и storytelling, streaming broadcasting. Темпоральность ингов заместила нам эпоху измов и породила причудливый коктейль аглицкого с нижегородским, ничего по сути не поменяв. Отсутствие стандартов и постоянные бессмысленные перемены в системе образования достигли уровня террористической угрозы. Однако, когда на конференции кто-то в очередной раз поддается соблазну и принимается обстреливать коллег набором слов, на трагическом фоне возникает комический эффект.
Ведущий Корконосенко оказался в неуютном положении и немного разозлился.
Современная теория и практика журналистики по умолчанию исходит из постулата, что любой человек может писать обо всем. Однако как может бодать мозги бык, то не позволено Юпитеру. Когда журналист повторяет хрень углекислоты в части глобального потепления, можно оправдать его невежество брендбуком редакции. Кто надзирает за преподавателем, достаточно трех букв из алфавита по вкусу. О вкусах спорить бесполезно.
Источник проблем представила Залина Хубецова из СПбГУ: вестернизация журналистского образования. Профессор Робин Гудман отмечает тревожную тенденцию: журналистское образование на основе изданий на английском языке преимущественно США. России тоже есть что предложить мировой науке, нужен отказ от чрезмерного увлечения США-моделью. Сами американцы говорят, нет концептуального аппарата. В мире много моделей журналистики, а мы этого не знаем и предлагаем свое.
Корконосенко ввернул свое: это говорят отдельные выдающиеся личности, а в массе они так и считают. Короче, США выше всех.
Неординарная Марина Загидуллина из Челябинска пошла в атаку на российскую практику, минуя непременный заход в США за ярлыком одобрения. Будущее замещает новости. Новости – наполнение эфира желаемым. Не имеет отношение к прогностической функции. Иногда оно совсем не виртуально. В Челябинске есть камень: Здесь будет установлен памятник героям 1905 года – квазисимулякр. Сейчас экономические новости в агрегаторе четыре из пяти о будущем и в том числе памятник ключевой ставке Центробанка. Выживает новость, которая цепляет, у которой есть зубы.
Конференция стала напоминать семинар абсолютников НИИЧАВО с велосипедом времени Луи Ивановича Седлового. В описанном будущем нет ответа, кто вставляет искусственные зубы fakenews.
Загидуллина смотрит на журналистику как на череду событий, которые не укладываются в стрелу времени, в детерминистически обусловленный причинно-следственный ряд. Как писали Илья Пригожин и Изабелла Стенгерс в «Хаосе и времени», стрела времени должна быть опровергнута.
Наталья Вакурова из ГУУ небрежно отметила очевидное не всем: наука должна быть формализована, и гуманитарная наука ничем не хуже. Какая журналистика, такое и общество. Мы даем сценарии будущего, и поэтому за журналистику идет такая борьба.
Для завершения конференции Корконосенко прибег к риторическому вопросу: кто сказал, что журналистика в кризисе? Невежественные разговоры. Возможности, как никогда. Кризис модели, но не журналистики. Наступило время журналистики. До некоторой степени мы защитили журналистику от невежественных похоронщиков.
Как ни странно, достигнутый плюрализм привел к консолидации аудитории. Почувствовался некоторый подъем утерянного духа.
Наши выступления на конференции вызвали скорее интерес, чем обычные опасения. Невозможно комментировать каждое выступление, но и слушать бывает тяжело, необходима дисциплина восприятия для раздельного сбора мусора, повторов и эксклюзивно нового. Схема из трех составляющих русской летописи универсальна для любого публичного выступления.
Ключевым событием прошедшей недели стали действия коалиции Вашингтона в Сирии. Отсюда понятно, что США не смогут отказаться от контроля глобального журнализма с искусственным доминированием собственной модели. Столько, сколько им это будет позволено, преподаватели журналистики будут вынуждены обстреливать аудиторию фонтанами мемов и ингов, а по ночам и в выходные мучительно заполнять новые формы отчетности из того же источника.
На осмысление и логику нет ни времени ни сил. Кто-то что-то выхватил и вместе составил мозаично-клиповый суррогат истины. Ругаться друг с другом нельзя, ибо на это и рассчитано.
На конференции как бы не хватило времени для обсуждения моделей для синергетики, пафос ушел в гудок очевидного. Синергетику в описание журналистики запустила неординарный преподаватель-целинник Луиза Свитич. Поскольку в своей роли на кафедре периодической печати журфака МГУ она выжила, надо двигаться дальше, что мы сделали до Свитич. После революции в науке сдерживать синергетику стало невозможно и Запад раскрутил два собственных PR-проекта – StephenWolfram из Иллинойса, IlyaPrigogine и IsabelleStengers из Брюсселя. В то время в Москве развивалась чистая синергетика и нам довелось участвовать в конференции с патриархом Сергеем Курдюмовым. После выхода коллективной монографии «Синергетика и прогнозы будущего» С. П. Капица, С. П. Курдюмов и Г. Г. Малинецкий, пропагандой антропного принципа в синергетике «будущее сегодня» занялся Капица и за ним продолжает Малинецкий. Физик Малинецкий в новых технологиях пропаганды разбирается лучше гуманитариев, однако исследователи журналистики ничего не знают о богатстве под носом и питаются нищетой из-за океана.
На конференции в Питере мы рассказали о нашем подходе к революции с инструментарием генетической инженерии inpopuli и о том, что Россия научилась проводить неизбежные революции без государственных переворотов с минимизацией кровавых смертей.
В связи с ускорением темпа жизни меняется и архитектоника журналистских произведений. В результате исследования темпа и ритма монтажа в телерепортаже выяснилось, что темп увеличился с 8 – 10 кадров в минуту в начале 80-х гг. до 15 – 20 в настоящее время. Журналистика не только отражает время, но и играет преадаптивную роль управления будущим. Если обычно говорят «какое время – такая и журналистка», то исходя из вышесказанного можно сказать, что какая журналистика, такое и время. Журналистика в любом случае выполняет задачу социальной адаптации, тиражируя образцы поведения. Таким образом, моделируется будущее согласно антропному принципу в синергетике С. П. Курдюмова.
Именно по этой причине можно наблюдать борьбу за журналистику и модели ее преподавания. Таким образом, наука о журналистике может и должна быть представлена в формализованном или как минимум в формализуемом виде. С нами не спорили, но восприняли или нет, нам неизвестно.
Лев МОСКОВКИН, Наталья ВАКУРОВА.

Добавить комментарий

Loading...
Top