Вы здесь
Главная > #ЭКСКЛЮЗИВ > СТРАСТИ ПО ПРАВУ

СТРАСТИ ПО ПРАВУ

Чтобы мы выводы делали по книгам, а не на своей шкуре, председатель думского комитета по законодательству, цивилист Павел Крашенинников создал книгу о драматическом периоде права военного коммунизма и представил ее в медиацентре «Российской газеты» на ул. Правды.
В этом зале проводились партийные собрания газеты «Правда». Впечатляет.
Книга называется «Страсти по праву: Очерки о праве военного коммунизма и советском праве. 1917 – 1938», выпущена в свет издательством «Статут» тиражом – внимание – 1918 экземпляров.
Книга продолжает серию работ, посвященных развитию права как социокультурного явления от древнейших времен до наших дней.
Презентация прошла на редкость содержательно, с сильными вопросами от студентов, поставившими Крашенинникова в затруднение. Как всегда, выявились две полярные позиции: в советское время ничего не было и все было мрачно и о наличии преемственности в истории. По словам Николая Сванидзе, авторы законов военного коммунизма натворили бесов и окончили жизнь не по своей воле.
Россия такова, что попытки ее умерщвления стимулируют ее перерождение. Судя по тому, что написал Крашенинников, ровно это происходило с правом.
Рассматриваемый в книге период в истории страны между 1917 и 1938 гг. вместил в себя такое множество героических и трагических событий, что другим странам хватило бы на несколько веков.
Однако в ответ на прямой вопрос Крашенинников подтвердил сходство с событиями Великой французской революции. Потому что свобода, равенство и братство – неполная триада, там есть еще четвертая составляющая – гильотина. Она останавливалась, только когда ломалась.
В книге представлены очерки о конституциях названного периода, судебной реформе 1920-х годов, подготовке и принятии основных актов репрессивного законодательства и законодательстве времен НЭПа. Революционное право раскрыто через его творцов: Н. В. Крыленко, Д. И. Курский, П. И. Стучка, А. Я. Вышинский, Е. Б. Пашуканис, А. Г. Гойхбарг, П. А. Красиков, М. А. Рейснер.
Они получили классическое юридическое образование в дореволюционный период, выпустили демонов и окончили жизнь не по своей воле.
Текст книги навевает совершенно иные впечатления с недвусмысленным ответом на вопрос сакрального звучания: а можно ли было иначе?
Все описанное в книге Крашенинникова снова актуально.
Парламентскому журналисту с Крашенинниковым как-то комфортно, и утраченные надежды возвращаются. Сакральный вопрос: люди идут за правом или право за людьми? Ведь массовое сознание все же высший диктатор. Какое оно было в то время, много раз описано в том числе у Василия Шульгина.
И сейчас не лучше, судя по обилию сторонников свободной любви, кто с порога отвергает законодательное творчество Крашенинникова о брачном договоре и совместном завещании.
В то же время это было время больших надежд и пассионарного толчка в понимании Льва Гумилева. И преемственность была, в налаживании работы советов участвовали земства.
Почему умерщвление, а не трансформация? Одно без другого не бывает.
Если в тот период права не было, тогда сейчас что происходит? У России на разрывах истории право остается в душах людей и тем сохраняется государственность. А сейчас нечто обратное, права так много, что не то что исполнять, прочитать невозможно. Плюс большой объем вне законов. Почему я обязан выполнять какие-то ведомственные акты? Почему суды руководствуются прецедентом по преюдиции, а не правом, фактически в упрощенном порядке вменяют презумпцию вины согласно статусу конечного наркомана-потребителя, предпринимателя, преподавателя или даже просто мужчины.
Сейчас очень просто быть журналистом, достаточно своей шкурой налететь на расхождение права и жизни, такого очень много.
Ответа нет даже у Крашенинникова. Нам еще много надо сделать.

Лев МОСКОВКИН.

Добавить комментарий

Loading...
Top