Вы здесь
Главная > #ЭКСКЛЮЗИВ > ИРИНА КУТИНА. ПО КРУПИЦАМ СОБИРАЯ СУДЬБЫ

ИРИНА КУТИНА. ПО КРУПИЦАМ СОБИРАЯ СУДЬБЫ

В 1998 году «МП» вместе с Управлением ФСБ по Москве и Московской области начинала проект «Открытый архив» – «Возвращенные имена». С ведущей проекта Татьяной Сергеевой было оговорено мое в нем участие.

Для начала архивным отделом Управления ФСБ нам было предложено несколько дел расстрелянных священнослужителей и, к нашему недоумению, дело Е. П. Пешковой, имя которой никогда не исчезало из научного, культурного и просто человеческого обихода. Что за секрет тут кроется? Я выбрала именно это дело.
В архивном отделе мне протянули тоненькую папку с грозными грифами: «Хранить вечно», «Совершенно секретно», «Дело №…».
Сотрудница архива смущенно улыбнулась: «Возможно, тут какая-ошибка, Похоже, здесь не о чем писать…».
В «совершенно секретном» деле оказалось всего 36 страниц.
Сначала сообщалось, что 22 июля 1919 г. в результате обыска, проведенного на основании ордера, выданного Московской Чрезвычайной Комиссией по борьбе с контрреволюцией, спекуляцией и должностными преступлениями, в отсутствие Пешковой (дома был лишь ее сын Максим), «никто не задержан, изъяты разные переписки».
Что же изъяли? Собранные по тюрьмам анкеты арестованных. Рукописные заметки, подготовленные Пешковой для защиты семьи Гагариных, автограф Максима Горького – письмо в ВЧК, содержащее ходатайство отпустить на поруки лично писателю Н. М. Кишкина. Письмо без конверта, начинавшееся словами: «Дорогая Екатерина Павловна» и подписанное «Ваш Ив.».
Почти 80 лет дело хранилось и периодически пополнялось проводимыми проверками, так и не установившими преступных деяний.
Мысленно я разделила дело на три части, которые объединила общим заголовком «Крест Екатерины Павловны», и по каждой из них написала свои соображения. Первая часть получила название «Спасибо от многих заключенных, которым Вы утирали слезы». В ней говорилось о многолетней – с 1900-х годов – правозащитной деятельности Екатерины Павловны, о ее работе в Политическом Красном Кресте, о судьбах ряда людей, которым она оказала конкретную помощь. Этот очерк был опубликован «МП» 12.05.1998.
Вторая часть называлась «Автограф Максима Горького. Здесь рассказывалось о многочисленных настоятельных выступлениях Горького и Пешковой, о судьбе одного из создателей Всероссийского комитета помощи голодающим (ВКПГ) Н. М. Кишкина, о выпуске которого «лично ему на поруки» просил всемирно известный писатель в изъятом в доме Екатерины Павловны ходатайстве. Публикация последовала 14.05.1998.
Третья часть («Письмо подписано «Ив.») заставила воспользоваться методами, которыми раскрывал дела любимый мной адвокат Перри Мейсон, герой произведений Э. Гарднера. Вспомнила и героя романов Агаты Кристи Эркюля Пуаро с его «серыми клеточками». Что-то начало вытанцовываться… Привычное обращение к адресату и небрежная сокращенная подпись наверняка свидетельствовали о знакомстве автора письма с Е. П. Пешковой… Вновь внимательно перечитываю начало письма:
«17.04.19. Орел». Ага, автор, оказывается, живет в Орле…
«Дорогая Екатерина Павловна,
Удалось ли Вам переслать деньги Шуре? Кажется, оттого, что все меньше остается веры видеться с нею и Ильей, я особенно волнуюсь, думая о ней».
Ну, из Орла в Москву деньги переслать оказалось возможно, хотя идет Гражданская война. А куда нельзя? Скорее всего – за границу. Почему Ив. просит об этом Пешкову? Да потому, что Горький а Италии! Значит, деньги предназначаются семье Ива, его жене и сыну, возможно, опекаемым Горьким… Имя «Шура» в тот момент мне ничего не говорило, но вот Илья… Не Илья ли это Иванович Вольнов, сын пролетарского писателя Ивана Вольнова, или Вольного, благословленного на писательство Горьким? У Алексея Максимовича бывала Лиза, дочь его приемного сына Зиновия Алексеевича Пешкова. Елизавета Зиновьевна, помнится, с ранней юности дружила с Илюшей Вольновым. Оба они – Елизавета Зиновьевна в 1938-м, а Илья Иванович, кажется, позже – переехали в СССР, дружили до конца жизни и ушли друг за другом на пороге девяностых.
Удастся ли подтвердить эту догадку?
Читаю письмо дальше: «Вчера меня выпустили (благодаря телеграммам Алексея Максимовича и Ленина. Если бы не их вмешательство, открутили бы голову».
В ПСС В. И. Ленина телеграмма, о которой шла речь в письме, разумеется, нашлась. Остальное было делом техники. Все подробности увидели свет в публикации «МП» 16.05.1998.
В день публикации первой части позвонила давняя подписчица нашей газеты, пенсионерка, в прошлом медсестра М. А. Файфель. Приятно было узнать, что постоянными подписчиками «МП» были еще её родители. Маргарита Авраамовна рассказала: когда началась вой­на, ее отец, архитектор А. М. Файфель, занятый оборонными работами, отправил семью – маленькую Риту и жену Розалию Борисовну – в эвакуацию. После долгих передряг и злоключений попали они в Ташкент. Там Розалия Борисовна, желая принять участие в помощи детям, потерявшим под бомбежками родителей, обратилась в Узбекский наркомпрос. Тут судьба свела ее с Екатериной Павловной Пешковой, которая создала в Ташкенте комиссию помощи эвакуированным без родителей или потерявшимся детям. О работе этой комиссии, о ее участницах я рассказала 7.06.1998 в очерке «Уроки Екатерины Павловны».
Откликов на очерки «Крест Екатерины Павловны» и «Уроки…» хлынули потоком. Читатели, часто не называя себя, благодарили нашу газету за то, что на фоне заполонявшей в то время СМИ чернухи «МП» находит на своих страницах место для разговора о достойных людях и их благородных деяниях. До нашей публикации история с арестом и освобождением Ивана Вольнова и еще ряд деталей его биографии не были известны не только его семье, но и сотрудникам Музея Алексея Максимовича Горького. Кандидат филологиеских наук, старший преподаватель кафедры социологии факультета журналистики МГУ Георгий Михайлович Пшеничный, народный художник Илья Глазунов, литературоведы и исследователи творчества великого пролетарского писателя во главе с крупнейшим горьковедом Л. А.  Спиридоновой подсказывали новые повороты, новые темы для публикаций. Мы старались не оставлять эти запросы без внимания, затрагивать прямые и смежные аспекты темы, оповещать о книжных новинках. Начав вплотную заниматься этой темой в 1998 году, я продолжала работу над ней семнадцать лет. Писала о созданной Горьким в противовес школе в Лонжюмо каприйской школе, о соратнике Пешковой по Политическому Красному Кресту юристе М. Л. Винавере, о М. Ф. Андреевой и М. М. Будберг, о З. А. Пешкове, об изданной ИМЛИ РАН монографии Л. Спиридоновой «Настоящий Горький: мифы и реальность»…
Все эти годы рядовые читатели, интересующиеся отечественной историей и литературой, благодарили «Московскую правду» за возвращение народу имени Горького. Десятилетиями имя его подвергалось ожесточенной хуле. Дело дошло до того, что с площади Белорусского вокзала под сомнительным предлогом реконструкции площади, которая потом еще до-о-лго не начиналась, исчез памятник писателю. Нет сомнения: в его недавнем воцарении на прежнем месте сыграли свою роль и публикации нашей газеты.

Добавить комментарий

Loading...
Top