Вы здесь
Главная > #ЭКСКЛЮЗИВ > ЧТО БУДЕТ ПОСЛЕ АКЦИЙ В ЗАЩИТУ ЖУРНАЛИСТА ГОЛУНОВА?

ЧТО БУДЕТ ПОСЛЕ АКЦИЙ В ЗАЩИТУ ЖУРНАЛИСТА ГОЛУНОВА?

ГОЛУНОВ

Мнение пессимиста или реалиста: прогноз без оптимизма – репрессии ужесточатся, режим мстит за сопротивление и, тем более, за поражения на общественном информационном поле

Как известно, корреспондента интернет-издания «Медуза» Ивана Голунова, известного расследованиями о коррупции, полицейские задержали, подбросив наркотики. Журналистская, литературная Москва поднялась на защиту коллеги. Десятки тысяч граждан подписали в интернете петиции с требованием освободить Голунова и выяснить все подробности его задержания. В День России, 12 июня, в Москве прошло шествие протеста. Такое сопротивление озадачило власти. На возмущение общественности отреагировали политические верхи.
Экспертиза установила, что на пакетах с наркотиками нет отпечатков задержанного. Министр внутренних дел объявил, что уголовное преследование Ивана Голунова прекращено. Иными словами, признал, что полицейские подбросили наркотики, то есть совершили служебное, уголовное преступление. Голунов вышел на свободу. Как писала пресса, ничего похожего на это в России не случалось уже десятилетиями.
В связи с этим резонно возникли вопросы: что будет сейчас и потом? Общественность уже добилась и добьется изменений?
Весьма сомнительно. Режим мстит за сопротивление и, тем более, за поражения на общественном информационном поле. Есть основания полагать, что репрессивная политика продолжится и даже ужесточится, как было после протестного движения 2011-2012 годов. Частное свидетельство: на шествии 12 июня хватали и тащили в автозаки всех, в том числе и оказавшихся рядом случайных прохожих. И с особым сладострастием – журналистов, несмотря на их уверения, что они не участвуют в акции, а находятся здесь по долгу службы, выполняют редакционное задание.
И дальше так будет. Потому что таков государственный уклад и сложившаяся под его давлением атмосфера, отмеченная апатией подавляющего большинства.
Мы уже не замечаем вопиющей абсурдности бытия. Задержание Ивана Голунова (особо отметим – с грубейшими нарушениями процессуальных норм) не воспринимается как нечто из ряда вон выходящее. Однако отстранимся от конкретной ситуации, попробуем посмотреть со стороны на картину в целом. Вот отважный журналист, на свой страх и риск расследующий дела о коррупции, о преступлениях. В любом нормальном мировосприятии он – верный соратник государства в борьбе за правопорядок. Подлинный патриот. В самом настоящем, не извращенном, первозданном смысле этого слова. Государственная система, все ее служащие должны всячески поддерживать такого человека, помогать, оберегать. Разумеется, эти слова вызовут у читателей саркастическую ухмылку. Потому что мы привыкли к прямо противоположному, потому что ни одна статья журналистов-расследователей так и не стала поводом к государственному расследованию.
Считается, что ничего особенного, иначе и не может быть. И мы бы удивились, случись иначе.
Выступления в защиту Ивана Голунова, прошедшие в Москве и Петербурге – заметное и даже неожиданное явление действительности. Однако учтем, это столичные города, это акции корпоративной солидарности, организованного, структурированного, профессионального сообщества, поддержанного социальными сетями.
Но они – только часть страны с населением в 146 миллионов. Как на ее пространствах относятся к тому, что происходило и происходит, в том числе и в частности – в понимании свободы слова, прессы?
В СССР журналистов уважали. Да, они официально считались «проводниками идей партии», некоторые функционеры даже называли их «подручными партии», но простые люди видели в них своих защитников. В годы перестройки и гласности на выборах в местные Советы и в народные депутаты СССР народ зачастую отдавал голоса работникам прессы, а не первым секретарям горкомов.
С тех пор многое разительно изменилось. Речь об отношении масс.
Мой друг Сергей Золовкин, в советском прошлом милицейский опер, а затем журналист-расследователь, пережил 6 (шесть) покушений. После последнего, когда схваченный на месте киллер-исполнитель получил срок в 9 лет, но заказчиков не выдал, Сергея и его жену Эмму вывезли в Германию – по специальной программе защиты. Через несколько лет однажды утром кто-то позвонил в домофон и голос, имитирующий кавказский акцент, сообщил: «Мы тебя нашли». Древний ганзейский город был буквально поставлен под ружье. Улицу с двух сторон перекрыли машины с мигалками, автоматчики в бронежилетах и шлемах высматривали снайперов на крышах, окрестные улицы заполонили агенты в штатском. Сергея и Эмму перевозили в другой край разве что без эскорта бронетранспортеров. И когда они сказали, что чувствуют себя неловко: тратится столько денег, столько людей занято, и вообще… простой немецкий мент с автоматом воззрился на них с недоумением: «Да что вы такое говорите!? Вы, журналисты, работаете на общество, и мы обязаны вас защищать и охранять!»
После убийства Анны Политковской в 2006 году во многих европейских странах десятки тысяч вышли на улицы с зажженными свечами. Именем Анны назвали площади, улицы, парки… Казалось бы, им-то что до событий у нас? То, что эти люди, обыкновенные граждане, знают, понимают, что значит для общества, государства, для их жизни деятельность свободной, независимой прессы. Это изначальный, базовый элемент свободы вообще – то есть основы современной цивилизации.
А у нас? А мы? По данным социологов Левада-центра, менее всего тревожит россиян ограничение гражданских прав, свободы слова, прессы – 5%. На первых местах среди проблем – произвол полиции, СПИД, преступность, невозможность добиться правды в суде, слабость государственной власти (?! – С.Б.), задержки в выплате зарплаты, пенсий и пособий, произвол чиновников.
То есть все перечисленное в сознании наших граждан никак не увязывается с ограничением прав и свобод. Мы не видим здесь прямой зависимости.
По данным Фонда защиты гласности, с 2000 по 2018 год при исполнении профессиональных обязанностей в России убито и пропало без вести 128 журналистов. Каждый год происходят нападения на них, громят редакции. То, что власть безмолвствует, привычно. Но безмолвствует народ.
Апатия большинства.
Истоки и причины – в экономической, общественно-политической обстановке, которая сложилась в стране в последние десятилетия.
Одна часть населения достигла материального процветания, находясь при государственных структурах, и воспринимает свободу слова как покушение на собственное благополучие.
К ним примыкают те, кто не имеет прямого отношения к власти, но вполне удовлетворен нынешним состоянием своих кошельков. Особенно – на фоне 20 миллионов бедных и нищих. Пресса, не восхваляющая существующие порядки, вызывает у них раздражение.
Третья часть довольствуется тем, что «Крым – наш» и мы «боремся с врагами, которые окружают нас и не дают нам хорошо жить».
Четвертые – просто боятся.
Пятым – нет дела вообще ни до чего. Своих бед и забот полон рот.
И, наконец, шестая часть населения, безусловно активная, которой здесь уже нет. За четверть века из России уехало 5 миллионов человек – только по официальной статистике.
Поэтому прогнозы отнюдь не радужные. Хотя, конечно, массовые акции журналистско-литературного и сетевого сообщества в защиту Ивана Голунова внушают некоторые надежды.
На будущее.

Сергей БАЙМУХАМЕТОВ.

Фото из открытых источников.

Добавить комментарий

Loading...
Top