Вы здесь
Главная > #СМОТРИ/СЛУШАЙ > БИЕННАЛЕ ТЕАТРАЛЬНОГО ИСКУССТВА. УРОКИ РЕЖИССУРЫ

БИЕННАЛЕ ТЕАТРАЛЬНОГО ИСКУССТВА. УРОКИ РЕЖИССУРЫ

Разбитое молчание
Разлука их обоих съест,
Тоска с костями сгложет…
Б. Пастернак, «Разлука».

В Москве завершился фестиваль «Биеннале театрального искусства. Уроки режиссуры», в котором приняли участие 16 талантливых постановщиков со всей России – те, кто делает театр сегодня и будет делать его завтра! Среди них, как уже зарекомендовавшие себя имена, так и постановщики, для которых показы на «Уроках режиссуры» стали первым знакомством со столичной публикой.

В номинации «За злободневность темы и решения» победителем стал Семен Серзин из Ярославля за спектакль «Человек из Подольска». Приза «За дерзость и отвагу в работе с литературным текстом» удостоен спектакль «Один день в Макондо» Егора Перегудова. «Зобеида» Олега Долина награждена «За новую и вечную театральность». Лауреаты получили статуэтки Арлекина, а также денежные гранты на постановку спектаклей.

Для Дмитрия Зимина – режиссера Свердловского академического театра драмы – эти «Уроки режиссуры» стали вторыми. В 2017 году он дебютировал на фестивале спектаклем «Отцы и дети» По Тургеневу. Сейчас его «Кроткая» была сыграна на сцене Московского театра юного зрителя – в камерной обстановке, когда актеры и зрители расположились на сцене.

Свой рассказ «Кроткая» Ф. М. Достоевский назвал «фантастическим», но в то же время считал его «в высшей степени реальным». Главная героиня выходит из окна, а у мужчины, чья жизнь разделилась на до и после самоубийства жены, воспаляется память. Герой будет обвинять жену, оправдывать себя и наоборот. Ах, если бы можно было все вернуть.

Режиссер Дмитрий Зимин закольцовывает действие. То, что видит зритель – это игра воображения, это уже результат случившегося. Воспаленный ум, как и взбунтовавшееся молчаливое пространство, усеянное голубыми цветами-«глазами», будет искриться, пытаясь собрать воедино рассыпанные осколки памяти. С утра до ночи будет терзаться одиночеством. Завершившись один раз – все начнется сначала, и так до бесконечности. Под звуки трагически-прекрасной музыки Олега Каравайчука.

По всему периметру сцены на зрителей смотрят синие букеты – как звезды на небе, как большие голубые глаза. Они наблюдают за героем сегодня и всегда, не позволяя памяти притупиться. Справа стол, над столом люстра, завернутая в траурную вуаль. На столе – свечи, дрожащие языки пламени освещают икону в углу. Недалеко от стола торчит белое двухстворчатое окно с немытыми стеклами. В глубине сцены видна железная кровать. Свет падает на нее так, что на полу отображается клетка. На авансцене – чайный сервиз на две персоны. Художник-постановщик Владимир Кравцев создал грубый и молчаливый мир мужчины, в который пыталась войти кроткая женщина.

Имен у героев нет. Есть Он и Она – собирательные образы мужчины и женщины. Его играет Константин Шавкунов. Шершавым низким голосом артист будет рассказывать историю «Кроткой» – историю, которую никто не сможет подтвердить или опровергнуть.

Нам известно, что Он – гордый и у него железный порядок, по «неприятному происшествию» он ушел со службы. Он – закладчик, куда однажды придет Она и станет ходить, пока Он не сделает Ей предложение.

Как оказалось, Ему нужен был друг, потому что рядом не было ни друзей, ни родных. «Но я видел ясно, что друга надо было приготовить, доделать и даже победить», – этим и займется герой, загадывая Ей новые и новые загадки, побеждая и давя Ее молчанием.

Она – Валерия Газизова – тоже гордая, и ей почти шестнадцать. Могла ли она любить Его? Могла. Как отца или как мужа? И так, и так могла. Родителей не стало, когда ей было тринадцать. Возможно потому Она и вышла замуж за этого закрытого от всего земного мужчину. У нее длинные волосы невероятной красоты и пронзительный взгляд.

Молодожены садились пить чай за ломберный стол, обитый зеленым сукном, на который Она стелила белую простыню, словно накрывая похоронным саваном все живое в этом доме, и саму себя, свою жизнь – как траву по осени накрывает первый снег.

Напряженное молчание разрезает звук метронома. От давящей тишины Она начнет уходить из дома, вопреки его запретам. Там на свободе Она узнает, что Он ушел с военной службы. Она заболеет и в бреду, лежа на железной кровати в одной белой рубашке, будет повторять: «Зачем вы это сделали?». После долгой болезни Она встанет с постели, но больше не посмотрит ему в глаза. Она будет сидеть рядом и улыбаться, а Он будет извинятся и говорить, что скоро поедут на море и там-то все будет хорошо.

Разобьется окно. Она поднимется на стол, потянет за вуаль – и обольет себя расплавленным воском из люстры, где горят свечи. Она ляжет на стол и накроется той самой белой простыней, на которой пили чай, и навсегда останется в памяти как живая – восковая.

Я смотрела спектакль и вспоминала сказку про Дюймовочку, которая жила в неволе у богатого Крота. Когда Дюймовочка вышла на улицу, чтобы проститься с солнцем и уйти в темное царство навсегда, ласточка унесла ее в далекие и теплые края.

Рассказ «Кроткая» мог бы получиться фантастическим, если б ласточка унесла героиню к прекрасному принцу, с которым бы они прожили душа в душу целую жизнь. Но в подтверждение реальности рассказа на столе лежит восковое изваяние, которое никогда не сможет увидеть ни солнца, ни принца, ни завтрашнего дня. Может ли человек жить в неволе, в заточении и ломаном молчании? И как теперь жить тому, на которого день и ночь смотрят прекрасные голубые глаза…

Наталья Бережнова

Добавить комментарий

Loading...
Top