Вы здесь
Главная > #ЭКСКЛЮЗИВ > ИСЧЕЗАЮЩИЙ СИЛУЭТ ЧЕРНЕНКО

ИСЧЕЗАЮЩИЙ СИЛУЭТ ЧЕРНЕНКО

Черненко

Старый, болезненный человек – власть упала в его слабые руки тогда, когда это было ему уже не нужно. И хотя за год и двадцать пять дней своего пребывания в кресле Генерального секретаря КПСС Константин Черненко не дал свежего импульса антикоррупционной войне, начатой Андроповым, но и препятствовать ходу дел, которые его предшественник начал, он не стал. Опытный функционер, прошедший путь от сына бедного крестьянина до главы могущественного Общего отдела Центрального комитета партии, из которого выходили все документы ЦК КПСС, в том числе и по кадровым вопросам, Константин Устинович привык проявлять осторожность в любых начинаниях и «терпеть ненавидел» рубить сплеча.

Тем не менее именно после нескольких часов разговора один на один с Черненко бывший министр внутренних дел Щелоков застрелился из охотничьего ружья, хотя накануне написал ему письмо, в котором утверждал, что «не нарушал законности, не изменял линии партии, ничего у государства не брал» и просил оградить его детей от неприятностей, так как «они ни в чём не повинны».

Напомним, что Николай Щелоков лишился министерского портфеля сразу после смерти Брежнева. И хотя за расследование связанных с его деятельностью злоупотреблений взялся новый глава министерства Федорчук, всем было ясно, что за ним стоит грозная фигура Андропова. По словам следователя Центральной контрольной комиссии Густова, Щелоков «брал всё – от «мерседесов», подаренных МВД правительством Германии к Олимпиаде-80, до детских кроваток». Из дела следовало, что министр «присваивал мебель и произведения искусства, конфискованные у преступников, обращал в собственность служебные машины, организовал подпольный магазин для своих родственников, а также менял «ветхие деньги» в больших количествах».

Не пощадил тихий, миролюбивый Черненко и директора Елисеевского магазина Соколова, которого, невзирая на боевые заслуги в годы Великой Отечественной войны, все-таки расстреляли где-то между декабрем и июлем 1984 года за хищения в особо крупных размерах. Та же судьба постигла и участника штурма Рейхстага и Парада Победы на Красной площади, впоследствии – директора Дзержинской плодоовощной базы Мхитара Амбарцумяна. Состоявшийся в 1985 году суд приговорил всех обвиняемых в массовых хищениях по делу «Главмосплодоовощпрома» к длительным срокам лишения свободы, а самого Амбарцумяна – к высшей мере наказания.

Даже зятю своего друга и патрона Леонида Ильича – Юрию Чурбанову, первому заместителю Щелокова, – Константин Устинович не дал поблажки. Как известно, против того начался «подкоп» еще при Андропове, который, впрочем, заверил Чурбанова: «Пока я жив, тебя и твою семью никто не тронет» – и слово свое сдержал. Но вот Черненко таких обещаний не давал, и  уже в ноябре 1984 года Чурбанов был снят с должности первого замминистра и назначен на существенно более низкую должность заместителя начальника Главного управления внутренних войск МВД СССР, что впоследствии стало одним из поводов для возбуждения против него уголовного дела.

Конечно, нельзя сказать, что борьба с коррупцией занимала в иерархии задач генсека Черненко высокое положение. Но он тем не менее позитивно воспринял инерцию громких уголовных дел, начатых Андроповым, и энергично продолжил их, доведя многие до логического завершения, хотя и новых не открывал. Надежды партийного аппарата через него реанимировать брежневскую эпоху с ее устоявшимися правилами взаимоотношений начальства и общества все-таки не оправдались.

То же «хлопковое дело» о коррупции и взяточничестве среди высокопоставленных руководителей в Узбекской ССР не застопорилось, на что надеялись его фигуранты, после смерти генсека Андропова – вопреки ожиданиям, Константин Черненко придал ему «второе дыхание». Как известно, по подозрению в массовых приписках, взяточничестве и коррупции были арестованы крупные функционеры Узбекской ССР. Началось все с того, что 27 апреля 1983 года в Бухаре при получении взятки в 1000 рублей был задержан начальник ОБХСС УВД Бухарского облисполкома Музаффаров. При обыске у него в доме были обнаружены несоизмеримые с его заработком ценности на сумму 1,5 млн рублей. Это положило начало цепочке арестов и уголовных дел, дотянувшейся в конечном итоге до Первого секретаря ЦК компартии республики Рашидова, который при невыясненных обстоятельствах скоропостижно скончался, говорят, прямо на хлопковом поле.

Для сокрытия приписок на плюс-минус миллион тонн хлопка в год руководители хлопковых предприятий республики отправляли на переработку в Россию, на Украину и в Казахстан так называемый линт, то есть отходы хлопкового производства. За приемку каждого вагона линта давалась взятка в размере 10 тыс. рублей. В результате этих махинаций на узбекских предприятиях из госбюджета было получено и присвоено начальниками разных уровней свыше 3 млрд рублей.

В начале 1984 года расследование «хлопкового дела» перешло на новый уровень: управление Комитета государственной безопасности по Москве и Московской области арестовало на территории РСФСР нескольких руководителей хлопкоочистительных объединений Узбекистана и директоров хлопкозаводов. По материалам этого задержания КГБ СССР направил информацию генсеку Черненко, который оставил резолюцию: «Разобраться следственным путем», что привело к возбуждению сначала 70, а после – более 800 уголовных дел, по которым было осуждено на различные сроки лишения свободы свыше четырех тысяч человек. Вот и зять Брежнева Юрий Чурбанов в конце концов был осужден в том числе и по этому делу.

Конечно, тот маленький временной отрезок, в который уместилось черненковское правление, не был отмечен всплесками перемен, тем более в сфере борьбы с коррупцией. Но и особенным ее разгулом тот период не отличался. Порожденный решительными действиями Андропова ужас, сковавший разнузданную вольность не только разнокалиберного чиновного сословия, но и власть имущих на самом верху, долго не мог рассосаться, долго еще рука взяточника тряслась при получении мзды, ибо с ней вместе доносился ветерок из могилы. Должно было пройти время, чтобы наделенные властью функционеры вновь закинули ноги на стол.

Запомнившийся большинству населения исключительно нездоровой одышкой в микрофоне, Константин Черненко все-таки продолжал честно вести линию, принятую партией с подачи Андропова, на искоренение воровства и сокращение привилегий в высшей сфере партийного аппарата. Как опытный чиновник высшего звена, он понимал, что расцвет этого зла приведет страну к катастрофе. Понимал. Но сил, человеческих сил оказать ему сопротивление у него уже не было. Стремительно ухудшающееся здоровье сделало его пребывание на высшем государственном посту номинальным. И он умер, так  ничего заметного и не сделав.

 

 

Дмитрий Поляков

Добавить комментарий

Loading...
Top