Вы здесь
Главная > #ЭКСКЛЮЗИВ > ЕСТЬ ЛИ ЖИЗНЬ ПОСЛЕ ПАНДЕМИИ?

ЕСТЬ ЛИ ЖИЗНЬ ПОСЛЕ ПАНДЕМИИ?

На площадках ТАСС и ВЦИОМ в четверг в online-формате прошло заседание Научного совета ВЦИОМ на тему «Российское общество в условиях пандемии коронавируса: анализ и прогноз».

По мероприятию отписались кажется все, включая беспристрастное отражение сиюминутной российской ситуации Сергея Ишкова для «Московской правды». Другие газеты согласно концепции издания либо сделали перевес в сторону нагнетания страха, либо обвинили государственных социологов в том, что они разучились считать.
ВЦИОМ Федорова стабильно обвиняют в сдвиге результатов в сторону, которую хочет видеть руководство страны. Когда о том же сказал директор Института социологии РАН Михаил Горшков, его не выпустили на пленарное заседание СФ.
Таким образом, мероприятие ТАСС стало еще одним редким по значимости событием, которое нельзя рассматривать по частям и в отрыве от анализа его освещения.
В пресс-центре ТАСС находились только двое – директор ВЦИОМ Валерий Федоров и модератор агентства Андрей Журанков. Все остальные девять участников находились у себя дома.
Аккредитованные журналисты получили возможность подключиться к системе и задать вопрос. Одна из целей организатора Научного совета в лице Федорова состояла в том, чтобы показать возможный формат конструктивного обсуждения. Эта задача реализована блестяще. Одиннадцать участников включая модератора отражают согласно своей подготовке и положению многообразие даже не страны, а человечества в целом. Мероприятие продолжалось почти три часа и могло бы стать настоящей бомбой, но не стало.
По словам сенатора-международника Константина Косачева, международные институты стабилизации просели. МВФ уже получил 80 заявок, но это неоперативная организация. Коллективный Запад считает ООН отжившей структурой. Зачем нужна ООН, если мир основан на правилах? Майк Помпеу обвиняет Китай в сокрытии данных.
Европа стала разменной монетой в споре двух из трех супердержав, КНР и США. Евробюрократия во время кризиса настоятельно рекомендовала снижать социальные обязательства. От текущего кризиса она устранилась.
Документ Конференции по безопасности в Европе остался на бумаге, хотя его подписали все, в том числе Советский Союз. Нужно вернуться к нему, нужен Хельсинки-2 при обнулении взаимных обязательств.
Косачев считает, что у человечества есть замечательный шанс.
Заключения сенатора-международника дополнил непосредственно из Германии Александр Рар в ходе Научного совета ВЦИОМ. Ничего особо неожиданного он не сказал. В Германии исчезла оппозиция, она поддерживает линию правительства. Евросоюза не видно и наверняка будет обсуждаться вопрос, нужна ли уния. Правительство делает все, чтобы не было социального взрыва.
В отличие от США, Германия не может запускать печатный станок из-за опасности гиперинфляции 30-х годов.
Слова Рара исполнены чувством безнадежности. Самолеты практически не летают. Шенгена нет. Рецессия неизбежна. Подушки безопасности у населения Германии нет, как и у россиян. Новшество Германии – зов по сильному государству. Это либеральное общество, где дух свободы как религия. С ограничениями люди согласны, чтобы за ними следили через мобильный телефон. За это критиковали Китай.
Научный совет в целом показал, на мой взгляд, две доминанты текущего момента: предельную нестабильность и готовность мира людей к своей радикальной трансформации. Она будет круче послевоенного передела на переговорах в Ялте.
Очень многое зависит от того, сколько будет продолжаться режим изоляции с выключением экономики. Несколько дней могут оказаться критическими. Аналогично в семье. Кто-то родит ребенка, а кто-то дойдет до битья посуды и развода. ЗАГСы пока не работают, соответственно до итогов кризиса далеко. Большинство людей не имеют накоплений, живут от зарплаты до зарплаты и далеко не у всех есть в режиме изоляции приватное пространство. Москвичей как известно квартирный вопрос уже испортил. Соответственно ожидается рост психических заболеваний и не все вылечатся. Многие демобилизуются, теряют жизненные силы из-за чувства ненужности.
Описанная Федоровым ситуация России стала модельной, но ее нельзя рассматривать в отрыве от мира в целом. Источник уверенности россияне видят в себе, собственной семье и стране.
При этом пожилые, которые оказались в состоянии дискриминации, в государство верят больше, чем молодые, кто государства практически не видел.
Мир в целом россиян беспокоит больше, чем собственная страна и своя судьба. Однако рассчитывают они больше на себя и своих близких.
Этот кризис впервые после 1998 года на первое месте вывел социальное измерение, экономика остается на втором.
Удивительно: кампания «пандемия коронавируса» была затеяна для передела глобального рынка, а ее развитие заставила забыть даже о нефти.
Кажется, Москва город контрастов, Россия страна парадоксов. Нагнетается пандемия страха, россияне остаются спокойны. Угрозы вокруг себя не видят, но покорно сидят по домам. Бунтов не предвидится.
В то же время Трамп ввести ограничения опасается даже в Нью-Йорке. Ситуация с Москвой несопоставимая. Однако Путин подчинил страну глобальному диктату, а Трамп не может. Белоруссия и Индонезия от ограничений отказались. Таких стран очень мало.
Судя по материалам Научного совета, население стало больше интересоваться информационным потоком. Беспокойство за мир в целом связано с владением информацией.
В России «пандемия» способствует самоорганизации на низовом уровне.
Социологи конечно же считать не разучились, но они россиян плохо знают и не спросили главное: понимают люди механизм эпидемии? А они его не понимают и вместо этого понимают, что им дурят голову. Насаждение пандемии страха в России цели не достигло.
Ситуация любопытная. Нам предстоит радикально переустроить будущий мир, а мы еще в этом не разобрались. Получилось как в семье: мы еще не доругались кто среди нас главный и стоит ли смириться с неизбежностью, а у нас уже дети и приходится жить дружно
Жизнь после пандемии конечно же будет, но мы уже никогда не будем прежними.

Лев МОСКОВКИН.

Добавить комментарий

Loading...
Top