Вы здесь
Главная > #ЭКСКЛЮЗИВ > ВИРУС, ТЕСТЫ, ВАКЦИНЫ, ЭПИДЕМИЯ – ГДЕ ПРАВДА?

ВИРУС, ТЕСТЫ, ВАКЦИНЫ, ЭПИДЕМИЯ – ГДЕ ПРАВДА?

Онлайн-конференция «Создание вакцины от коронавируса: прогнозы ученых» состоялась в понедельник в МИА «Россия сегодня».
В зале агентства присутствовали вице-президент Сколтеха по биомедицинским исследованиям Михаил Гельфанд и зав. кафедрой микробиологии Биофака МГУ Елизавета Бонч-Осмоловская.

В удаленном режиме выступили ректор Сколтеха Александр Кулешов и зав.сектором молекулярной эволюции ИППИ РАН Георгий Базыкин.
Организаторы мероприятия исходили из того, что мир вступил в гонку за создание лекарств и вакцины от коронавируса. Все спешат быть первыми и найти решение. Как скоро человечество может найти антидот? Каким сообщениям верить, а каким нет? Как отличить хайп от научных достижений? Каковы прогнозы ученых?
Журналисты очень любят вопросы типа когда что-то появится или наоборот исчезнет. Любимая тема об искусственном создании заразы. К сожалению, вопросы в такой формулировке аргументированных ответов получить не могут.
Решительный Гельфанд категорически отмел идею об искусственном создании коронавируса. Утверждал, что российской вакцины нет и сам спросил: откуда берутся разговоры, что ведутся испытания вакцины?

Аппарат мембранной оксигенации

Гельфанд сожалеет, что в России как и во всем мире не слушают профессионалов. В 2003 году прошла волна атипичной пневмонии. Это близкий родственник нынешнего коронавируса. Были начаты работы по созданию вакцины и затем их остановили, хотя нет никакого закона, что эпидемия не должна повторяться.
Создание вакцины это годы, в экстренной ситуации – месяцы.

Аппарат мембранной оксигенации

Гельфанд указал на опасность хайпа и недостаточную квалификацию тех, кто принимает административные решения. Если разработчик врет, он перестает быть ученым. Если журналисты не задают правильных вопросов, вопрос к компетенции журналистов. Они торопятся передать и проверки фактов нет.
Ближе к концу мероприятия накал чувств пошел на спад и Гельфанд перевел разговор с вакцинам на тесты. Тут все гораздо проще технологически, но не в плане результата. Сейчас известно четыре тысячи штаммов вируса. Известно, как он мутирует. Могли бы начать производство тестов. У нас был один производитель “Вектор” в Новосибирске, который не справлялся. Возили на самолете. А зарубежные тесты, которые можно было просто закупать, не сертифицированы.


Не очень понятно, что имеется в виду под точностью теста. Гельфанд указал на два типа ошибок: когда пропускается настоящий случай или когда ставится диагноз человеку, у которого на самом деле нет заболевания.
Если вы хотите просто оценить распространенность вируса в популяции, то 96% точности нормально. Если вы хотите отстранять врачей на основе этого теста, то 96% недостаточно. Оставшиеся 4% растащат вирус довольно сильно. Если наоборот вы хотите на основании этого теста выпускать людей из карантина, то там другая точность нужна.

Аппарат мембранной оксигенации

Базыкин со своей стороны пояснил, что полезность теста, зависит от стадии эпидемии. Если у вас половина людей в популяции инфицирована, то точность 96% неплохо. Позволяет дифференцировать инфицированных и не инфицированных. Если заражена очень маленькая доля популяции, то тест не очень полезен на индивидуальном уровне. Положительный результат может быть ложным.
Со слов Базыкина понятно, что не нравится Гельфанду. Сообщения о подходе к испытаниям вакцины против нового коронавируса не могут быть правдой. За такие сроки невозможно создать никакие новые лекарства. Три месяца прошло и существует несколько кандидатов на вакцину. Но это только начало пути, создание идеи. Отсюда очень далеко до результата. Нужно минимум полтора года. Совершено не факт, что все кандидаты на вакцину пройдут клинические испытания.
Вакцина против вируса гриппа обновляется каждый год. Процесс отлаженный и все равно занимает полгода. В случае коронавируса нет ничего отлаженного.
Кулешов оказался не столь суров и предпочел снять ответственность с журналистов. Их сама среда вынуждает. Проблема гораздо глубже, она в потере ценности репутации. Ты можешь сказать все что угодно и соврать.
Как создаются фейки, Бонч-Осмоловская рассказала на примере бактерии Синтия. Это искусственный микроб, созданный США в рекламных целях. Он просуществовал три пересева и скончался. Раздули, что Синтия ест нефть и перешла на людей. Объединилась с вирусом.
Тут все понятно. Сложнее с сообщениями о повторных появлениях коронавируса у переболевших с продолжающимся заражением окружающих. Состояние провируса с встраиванием вирусного генома в хромосому хозяина для коронавируса невозможно. Скорее всего, какой-то из тестов был некачественным.


Самый сложный вопрос в том, когда и как кончится эпидемия.
Базыкин в ответ на вопрос пустился в философские рассуждения о трех вариантах. Вариант первый самый жесткий. Не принимать вообще никаких мер. Мы будем иметь крутой и резкий рост количества заболевания. В течение нескольких недель достигнем пика, затем эпидемия быстро пойдет на спад. Вся популяция будет иммунизирована, но ценой слишком большого количества жертв. Неприемлемо для ряда стран.
Второй сценарий – введение жесткого карантина. Так было в Ухане. Это быстро перекрывает пути инфекции и дает надежду справиться с ней за несколько месяцев. Потери людей будут намного меньше. Но общественного иммунитета мы не создадим, будет опасность новых вспышек инфекции. Мы остаемся беззащитными вплоть до создания вакцины.
Третий сценарий, по которому пока двигается Россия, промежуточный – умеренно эффективная модель. Социальная изоляция, но не такая жесткая. Многие переболеют, жертвы тоже будут. Но нарастание числа заболевших будет сглажено, растянуто по времени, и есть надежда, что система здравоохранения справится с нагрузкой.
Общий вывод неутешительный, карантинные мероприятия потребуются надолго. В то же время утверждение не соответствует низким показателям заболеваемости не только в России, но и в мире. Сами же участники пресс-конференции не исключают, что основная масса уже переболела в легкой форме.
Сейчас может быть обидно в связи с тем, что не прислушались к предупреждениям специалистов семнадцать лет назад. Теперь они вынуждены оправдываться за то, что заразили коронавирусом.
У меня же осталось впечатление, что специалисты наступили на хвост собственных амбиций. Не рискую повторять написанное о роли Гельфанда, в том числе и мною, о его борьбе с отечественной наукой под видом лженауки. В некоторых некрасивых вопросах он оказывает по власти выше президента Академии.


Генетик-эволюционист должен знать, что подавление более сильных конкурентов запускает цепь событий на основе центрифугального отбора, когда тебе на смену приходят более патогенные создания. Так слились в экстазе Андрей Караулов с Еленой Ермаковой. Он такой же журналист, как она биолог, но со славой больше всех вместе участников мероприятия.
Конкретно по теме пресс-конференции остается два взаимно противоречащих факта. С одной стороны, каждое прозвучавшее на пресс-конференции слово на вес золота о хайпе, утрате ответственности, непонятной возне вокруг тестов, отказе Белоруссии от ограничений итак далее. Прежде боролись с вакцинами, теперь их делаем на раз.
Прозвучал призыв не бороться с фейками на государственном уровне. Несмотря на их вред науке, лучше просто обращаться к ученым.
Однако эпидемии-то нет и этот второй факт ставит под сомнение смысл высоконаучных разговоров о тестах, вакцине и эпидемической картине. Достоверная информации об эпидемической ситуации отсутствует десятки лет. Сама пандемия является фейком, порожденным внутренней борьбой за власть в Китае. Фейк оказался удобен всем в борьбе за глобальную власть.
Публичную дискуссию упорно переводят на происхождение коронавируса желательно с выявлением виновных. Для общества актуальнее информация академика РАМН Сергея Колесникова об опасности искусственной вентиляции легких в тяжелых случаях атипичной пневмонии. В воскресенье Владимир Соловьев для примера фейков отметил даже такое, что ИВЛ убивает.
Однако стимулированный «самоизоляцией» сетевой поток вернул к жизни информации из прошлого, опровергающей детали искусственной конструкции «пандемия коронавируса».
Например, сюжет Юлии Онищенко на Первом канале 9:00 19 ноября 2019 года сообщает об обострении пневмонии в Оренбургской области и ряде других регионов России. До обострения политической эпидемии оставалось более четырех месяцев.


Сюжет выстроен кратко и грамотно. Большинство заболевших переносят легко. В группе риска дети до пяти лет, пожилые старше 65 и пациенты с хроническими заболеваниями. Им лучше заранее привиться от пневмококка.
Вторичная пневмококковая инфекция опасна. В тяжелых случаях легкие превращаются в рубец, не пропускающий кислород. Лечение растягивается на месяцы. Приходится подключать экстракорпоральную оксигенацию.
Глотать при любом чихе антибиотики опасно, вырабатывают устойчивость. Мы и так уже вывели супер-бактерии.
Так для чего мир гонится за вакциной от коронавируса, если прививаться надо от пневмококка? Иными словами, сама информация о смертях от коронавируса является фейком. Больные погибают от секундарных бактериальных инфекций. Это классика, которую участники пресс-конференции не могут не знать.
Согласно сообщению Интерфакса, в России на день пресс-конференции выявлено 6343 зараженных, в мире 1272115.
При этом Интерфакс привычно уже выносит в название рубрики «пандемия».


Далее сообщается со ссылкой на Минпромторг, что Росздравнадзор зарегистрировал новый экспресс-тест на COVID-19. Результат с точностью в 94% можно получить в течение 40 минут.
РНК коронавируса определяется с помощью петлевой изотермальной амплификации (LAMP). Тесты производства новосибирского центра «Вектор» Роспотребнадзора используют другой метод – полимеразной цепной реакции (ПЦР).
Использование LAMP для скрининга на вирус позволит в несколько раз повысить производительность лабораторий и увеличить вероятность выявления вирусной инфекции у пациентов благодаря высокой чувствительности. Тест разработан группой компаний «Медико-биологический союз» и производится биофармкомпанией «Генериум».


LAMP в тесте «Изотерм SARS-CoV-2 РНК-скрин», в отличие от систем на основе ПЦР с обратной транскрипцией, позволяет упростить процедуру подготовки образца и уменьшает количество этапов анализа.
«Это позволит повысить пропускную способность лабораторного оборудования и увеличить количество выполняемых исследований более чем в три раза, по сравнению с действующими методиками», – сообщил зав. кафедрой клинической биохимии и лабораторной диагностики ВМА имени Кирова Андрей Иванов.

Лев МОСКОВКИН.

 

Добавить комментарий

Loading...
Top