Вы здесь
Главная > #ЭКСКЛЮЗИВ > МОСВОДОКАНАЛ: ВОЕННЫЕ СТРАНИЦЫ ИСТОРИИ

МОСВОДОКАНАЛ: ВОЕННЫЕ СТРАНИЦЫ ИСТОРИИ

МОСВОДОКАНАЛ

Даже в самые тяжелые дни, когда не хватало продовольствия и топлива, снабжение водой населения Москвы и объектов оборонной промышленности осуществлялось без перебоев. Безотказно работали и все канализационные службы столицы. За этой простой фразой – напряженный, героический труд работников Управления водопроводно-канализационного хозяйства Москвы, ныне АО «Мосводоканал».

Водоснабжение

…У входа на Рублевскую станцию водоподготовки в декабре 1966 года была открыта гранитная стела жителям поселка Рублево – участникам Великой Отечественной войны. Это – символический памятник коллективу Московского водопровода, который не только с честью выполнил свою основную задачу – обеспечил промышленность города и население чистой питьевой водой, но продолжил свое поступательное развитие, помогал фронту и протягивал руку помощи другим городам и даже странам…
Вспомним, как осуществлялось водоснабжение города в условиях военного времени.

На военном положении

1941 год оказался годом наибольших испытаний для водопровод­ных станций столицы. Эксплуатационный персонал был переведен на казарменное положение; люди работали, не зная ни сна, ни отдыха. Такая привычная, мирная вода приобрела статус стратегического сырья и сыграла решающее значение при обороне Москвы.

Группа работников Управления водопроводно-канализационного хозяйства на вручении медали «За оборону Москвы», 1944 год. Нижний ряд: Муравин А. В., Трушин И. С., Соколов С. А., Верхолетов Ю. П., Демина А. Т., Галант М. Ш., Векшин А. И., Быков С. И., Герасимов В. В., Батаков М. А. Средний ряд: Новиков П. Н., Кузин Д. Ф., Попова Н. М., Шестаков М. Н., Шверник Н. М., Лапшин М. В., Сарычев Г. И., Никулин Г. П., Антипов Н. П. Верхний ряд: Сухий П. А., Васильев М. А., Кондратюк Д. Г., Скорняков М. Д., Рыбников М. С., Мальцев Б. И.

Из воспоминаний участника трудового фронта Александра Николаевича Сардановского, работника Московского водопровода в годы войны: «Основное направление удара немцев на Москву было по Минскому шоссе, проходящему в 2 – 3 километрах от Рублева. И мы, жители поселка, с первых дней войны вечерами могли наблюдать, как армады вражеских самолетов с противным скрипящим звуком летели бомбить Москву».
Военные дни начались с закрытия больших окопных проемов в машинных помещениях и зданиях фильтров на Руб­левской и Восточной водопроводных станциях с целью светомаскировки и защиты от взрывных волн. Одним из самых заметных объектов водоснабжения был подводящий канал – «ковш» Восточной станции водоподготовки – целое озеро воды правильной подковообразной формы служило отличным ориентиром для вражеской авиации. Тогда было решено «посадить» на воду лес, он ведь не тонет. Большая группа работников станции и учреждений поселка Восточный во главе с начальником станции Николаем Ивановичем Бобровниковым в лесу рубила мелкие деревья и кустарники и «сажала» их на поверхность воды «ковша». Это была очень трудоемкая работа. Необходимо было покрыть несколько десятков тысяч квадратных метров открытого зеркала воды, которая спасла станцию от авиационных налетов в начале войны.
Авиация противника неоднократно пыталась нанести бомбовые удары по Восточной водопроводной станции, по плотинам и ГЭС Акуловского гидроузла, открытым нитям водопроводного канала, но безуспешно. Позже около станций была организована более надежная защита – появились зенитные батареи, прожекторы, аэростаты заграждения. Мощная противовоздушная оборона объектов водоснабжения срывала выполнение боевых заданий противника в конце 1942 года.
А люди служб Московского водопровода уходили добровольцами на фронт. Только с начала войны одна треть хорошо подготовленных специалистов была призвана в армию. Пришлось ускоренно готовить замену механикам, электрикам, дежурным по фильтрам и насосам. На Рублевской водопроводной станции три четверти обслуживающего персонала составляли женщины. Наравне со взрослыми работали в цехах и подростки.
С введением в Москве осадного положения решили демонтировать и вывезти с Восточной водопроводной станции часть оборудования и элект-родвигатели водным путем, потому что не хватало вагонов. Однако р. Оку сковало льдом, груз не дошел до пункта назначения, а в навигацию 1942 г. вернулся. Оборудование вновь смонтировали, заработали насосы, подача воды в город стала возрастать.
Но тут возникли новые трудности: катастрофически не стало хватать нефти. На Рублевской водопровод­ной станции под руководством главного инженера Владимира Ивановича Маркизова котельные были переоборудованы под дрова и подмосковный уголь. Работники станции отправились в лес за топливом. Рабочие и инженерно-технический персонал умудрялись заготавливать дрова, используя для этого расположенные недалеко противотанковые завалы.

Сандружина Люберецких полей фильтрации, 1940 г.

Из воспоминаний работницы станции М. Гончаровой: «Заготовленные дрова доставляли к Рублеву по Москве-реке на баржах, а больше плотами. Рублевцы, в основном женщины, в любую погоду, не считаясь с усталостью, разгружали дрова, потом доставляли их к котельной, пилили, кололи».
Таким образом две зимы на доморощенном топливе удалось поддерживать в огромных по объему зданиях фильтров и насосных станций температуру 3 – 4 градуса Цельсия, что позволяло не замерзать воде. В холодных помещениях самоотверженно трудились работники станции, ремонтируя оборудование и поддерживая эксплуатационный режим.
При этом контроль за качеством питьевой воды оставался на высоком уровне.

Из воспоминаний участника трудового фронта Льва Сергеевича Крючкова, работника Рублевской водопроводной станции в годы вой­ны: «Бывало, рисковали своей жизнью, но питьевую воду готовили в соответствии со стандартами. В 1942 – 1943 годах хлорирование воды проводили из хлорных баллонов, у которых зачастую выходили из строя запорные вентили. В случае утечки хлора можно было подорваться не хуже чем на минном поле».
Меж тем быстро таял запас основного реагента для очистки воды – коагулянта, глинозема, подвоз которого прекратился. Пробовали очищать жидкость без коагулянта, но фильтры быстро теряли производительность. Тогда сотрудники Восточной станции попробовали применять вместо коагулянта золу из отвалов котельной.

Из воспоминаний участника трудового фронта Николая Спиридоновича Герасимова, работника Восточной водопроводной станции в годы войны: «Осенью 1941 года в Москву перестало поступать сырье для изготовления коагулянта. Стали изготавливать коагулянт с использованием золы от ТЭЦ».
И это стало настоящим спасением! Очистка воды в военное время проводилась в основном с его помощью.
Работницы химической лаборатории Рублевской водопроводной станции под руководством Александры Дмитриевны Гуровой и Софьи Лазаревны Борок нашли заменители реагентам для очистки воды, испытали их в лабораторных условиях и внедрили в производство. Бактериологи Иван Прокофьевич Осадчих, Елена Васильевна Тюнина и Варвара Сергеевна Замокина организовали тщательный анализ воды Москвы-реки в нескольких пунктах выше Рублева для постоянного наблюдения за составом воды на случай ее загрязнения или отравления противником.Так в военное время заботились о качестве питьевой воды.

Резервные водоисточники

Городская водопроводная сеть поставляла достаточное количество воды для населения, промышленности и тушения возможных пожаров. Но в военное время уличные линии водопровода становились уязвимыми, из-за аварийного отключения электроэнергии могли возникнуть перебои в работе насосных станций. Поэтому нужны были дополнительные ресурсы. Для создания системы резервных источников на промышленных предприятиях отремонтировали и привели в готовность сотни артезианских скважин. От внутренних водопроводных сетей сделали отводы на улицы, чтобы водой могло пользоваться при необходимости и население. Были подключены не работавшие в мирное время речные промышленные водозаборы. В Филях несколько заводов построили речной водопровод с разветвленной сетью труб.
Кровли многих промышленных зданий были из рулонных материалов, связанных битумом, которые легко воспламенялись от бомб – зажигалок. Инженер Владимир Федорович Егоров предложил на таких кровлях смонтировать и присоединить к водопроводу сельскохозяйственные короткоструйные дождевальные установки. Эта мера предотвратила многие пожары.
Подземную воду хорошего качества можно было достать с глубины 120 – 140 м, но для бурения новых скважин не хватало труб и оборудования. И все же летом 1941 г. во дворах домов по Бульварному кольцу появились небольшие кирпичные павильоны. В них размещались насосы резервных артезианских скважин, связанных с уличной водопроводной сетью, что повышало надежность снабжения водой районов Бульварного кольца при аварийных ситуациях. За счет новых артезианских скважин организовали резервное водоснабжение городских хлебозаводов.
Особое внимание уделялось объектам оборонной промышленности, хлебозаводам. Для этого задействовались резервные источники водоснабжения. Именно в войну создалась разветвленная система резервных источников воды.
На Москве-реке около Крымского, Большого Каменного и Краснохолмского мостов были построены и оборудованы водопроводные насосные станции. От них по набережным и прилегающим улицам столицы проложили многие километры так называемых сухих труб – в обычное время воды в них не было. Проектирование, строительство и наладку этих насосных станций возглавил инженер Михаил Иосифович Ляцкий.
Пожарная служба города оборудовала мобильные быстроходные катера с установками для подачи воды из Москвы-реки под большим давлением.
Во дворах фабрик и заводов, на пустырях были вырыты котлованы, заполняемые водой из городского водопровода. Земляные водоемы плохо держали воду, пришлось применять гидроизоляцию – глину, рубероид и толь, связанные битумом, бетонную и асфальтовую облицовки. Вскоре в столице появилось несколько сот таких водоемов. К прудам и искусственным водоемам построили деревянные настилы на сваях для подъезда пожарных машин и забора ими воды.

Бригада по перегрузке фильтров Восточной станции

В это тяжелое время нельзя было забывать и о водоисточниках. В ноябре 1941 г. фашистские войска подо­шли к Яхроме и захватили канал Москва – Волга. Одиннадцать дней немцы хозяйничали в тех местах.
Из-за прекращения работы канала ограничивалась подача воды на Восточную водопроводную станцию. Специалисты пообещали восстановить подачу воды к весне 1942 г. И слово сдержали.

Александр Румянцев, главный инженер канала, так описывает события тех трагических дней: «В месяцы суровой зимы рабочие и технический персонал всех подразделений считали за честь участвовать в восстановлении сооружений, работали, не считаясь с трудными условиями и со временем. Коллектив знал: Москве нужны грузы с Волги, нужна вода».
19 мая 1942 г. по всей трассе открылось движение судов, и началась перекачка ценной влаги из Волги.

Военные тяготы

В войну приходилось часто устранять последствия воздушных налетов.
Крупная авария в сентябре 1941 г. случилась на Восточной станции. Фугасная бомба попала в водовод, проложенный рядом с шоссе. Взрывом одна чугунная труба была разбита на куски, а еще четыре вышли из раструбов. Сильный поток воды удалось отвести в дорожные кюветы. А затем, маневрируя задвижками, подключили через «связки» соседние водоводы, и снабжение столицы не нарушилось. Через сутки поврежденный водовод был полностью восстановлен, промыт и введен в действие.
Еще пример мужества и находчивости работников Московского водопровода. Фугасная бомба попала в магистральный водовод от Рублевской станции, который обеспечивал водой центр города. Из воронки на площади Белорусского вокзала с большой силой забил фонтан воды. К месту аварии немедленно выехало аварийно-восстановительное подразделение полка. Место у вокзала низкое, вода угрожала затопить вход в метро, где по сигналу воздушной тревоги тогда укрылись люди. Нужно было действовать без промедления! И бойцы полка разобрали мешки с песком, закрывавшие окна вокзала, и перекрыли ими путь опасности. Задвижки в камерах водовода бойцы закрывали, стоя по пояс в ледяной воде, откачивать ее из камер было некогда, счет шел на секунды и на карту были поставлены тысячи жизней людей.
Аварию ликвидировали уже в темноте. Чтобы не демаскировать город, приходилось пользоваться карманными фонариками. Воронка еще была заполнена водой, а к месту аварии уже доставили новую трубу и все не-обходимое для производства работ. На следующие сутки водопровод начал действовать…

Сандружина Люберецких полей фильтрации, 1940 г.

Напряженно работали аварийно-восстановительные подразделения. Обычно вышедший из строя участок сети отключался не более чем на сутки. На это время питьевую воду для населения подвозили в цистернах. Аварийные бригады, приезжающие к месту повреждения, были оснащены всем необходимым и несли круглосуточную вахту.
Нередко поток воды из разрушенной трубы угрожал затоплением убежищ, где были укрыты люди. Так случилось у Никитских Ворот, около памятника Тимирязеву. И тут предотвратить катастрофу помогли опытные специалисты, которые за считаные минуты восстановили разрыв.
Но не только военные действия наносили урон водоснабжению столицы.
Особенно тяжелой для водопроводного хозяйства столицы выдалась морозная зима 1941 – 1942 гг. Потреб­ление воды в городе упало: эвакуировались многие промышленные предприятия и сотни тысяч людей. Движение в трубах во многих местах стало еле заметным, особенно в тупиковых линиях. Грунт промерз так глубоко, что водопроводные трубы, лежащие, как правило, на глубине 2,8 м, стали замерзать и лопаться. Все чаще встречались на улицах люди, тянувшие саночки с ведрами воды. Во многих домах краны перестали работать. В целях предотвращения замерзания бездействующих водопроводных вводов в здания работники службы сети выключили их около трех тысяч, или около двадцати процентов от общего количества зимой 1941/1942 года.
Управляющий трестом «Мосводопровод» Дмитрий Яковлевич Гольцов и талантливый инженер Михаил Васильевич Жогов предложили отогревать трубы в земле с помощью электросварочных аппаратов. С помощью электросварочного аппарата ледяная пробка в трубе прогревалась под землей. Когда внутри трубы лед подтаивал, по ней начинали пропускать воду, и далее ледяная пробка растаивала сама по себе.
К лету 1942 г., когда вернулась со строительства подмосковных оборонительных рубежей землеройная техника, заменили десятки километров поврежденных морозом линий.


Оборонная промышленность Москвы наращивала выпуск продукции, а для этого требовалось все больше воды. Несмотря на войну, в городе продолжались работы по пуску и освоению новых магистралей и сетей в соответствии с Генеральным планом развития водоснабжения Москвы. В октябре 1941 года пущена в эксплуатацию водопроводная магистраль «Шоссе Энтузиастов» от Ленинской железной дороги до Старообрядческой улицы. В январе 1942 года на Мытищинской насосной станции установлен дополнительный насос. В апреле 1943 года вошел в строй новый Воробь­евский резервуар, к которому подключены первая и вторая Калужские магистрали.
Лозунг «Все для фронта, все для Победы» стал основной повесткой дня. В боевых условиях на Рублевской станции наладили поточный метод изготовления деталей для минометов. Рабочие Рублева на подступах к станции создали оборонительный рубеж. Только от Рублевской водопроводной станции отправили на фронт более тысячи посылок с теплыми вещами для фронтовиков, собрали 220 тыс. руб. на постройку эскадрильи самолетов.

Канализация

Военные страницы истории Московской канализации свидетельствуют: благодаря самоотверженному труду работников треста «Мос­очиствод» обеспечена сохранность и эксплуатационная надежность работы водоотводных сооружений, санитарное благополучие города и жителей в это тяжелое время.

Перелистывая страницы истории

Все службы канализационного хозяйства столицы работали без сбоев. Люди неделями и месяцами не уходили домой, спали тут же, на раскла-душках, чтобы в аварийной ситуации оказаться немедленно на месте. Бла-годаря их самоотверженному труду удалось сохранить создававшуюся де-сятилетиями канализационную систему Москвы.

Из воспоминаний Василия Емельяновича Мельникова, Героя Советского Союза, пилота-истребителя в годы Великой Отечественной войны: «Мне ведь после войны предлагали и должность председателя сельского совета в Подмосковье, заместителя директора совхоза, другие руководящие должности. Но хотелось видеть конкретные результаты своего труда. Работает насосный агрегат – хорошо, значит, и у тебя на душе хорошо. От твоей работы зависит нормальная жизнь людей. Ведь если остановится, к примеру, столичный автогигант на неделю – это больше убытки, но москвичи выживут, а выйдет из строя канализация в столице – это катастрофа, сравнимая с землетрясением».
К началу Великой Отечественной войны в систему Московской канализации входило 15 предприятий: 5 канализационных участков, 3 станции аэрации (Кожуховская, Филевская, Закрестовская), главная канализационная насосная станция и насосная станция ЦПКиО, Люберецкие поля фильтрации, Люблинский комбинат, Ремонтно-строительная контора, Аварийная автобаза, Рязанский завод керамических труб.
Военное время заставило перестроить и максимально приспособить канализационное хозяйство. Усиливались аварийные бригады, были введены дополнительные откачивающие устройства, увеличена механизация.
Мобильность работы подразделений во многом зависела от автотранс­порта, а отпуск бензина сокращался день ото дня. На Люблинской станции аэрации была сконструирована установка по отбору газа метана для заправки автомашин предприятия. Автомобили с таким питанием двигались медленнее, но не стояли.
Затруднения с топливом заставляли изыскивать местные ресурсы. Проблему отопления подразделений канализации помогли решить специальные брикеты из осадка, получаемого на торфоформовочных машинах, которые изготавливали работники Люберецких полей фильтрации и Люблинской станции аэрации. Разработал эту методику инженер Михаил Иванович Шишкин. Только в 1942 г. было заготовлено 5400 т брикетов из осадка, что эквивалентно 1000 кубометров дров! Заготовка топливных брикетов из осадка продолжалась в течение всего военного времени.
Работниками канализационной насосной станции в ЦПКиО было организовано производство аккумуляторов. Во время вой­ны весь автопарк Московской канализации работал только на аккумуляторах собственного производства.
В годы войны трест «Мосочист­вод» размещался в доме №3 по Театральному проезду. Перекрытия в здании самого треста на чердаке были деревянными, поэтому требовалось как можно быстрее схватить зажигалки и сбросить их во двор, на асфальт, где дежурные посты погружали их в металлические емкости с песком. Все надо было делать очень быстро, чтобы вспышки не демаскировали город.

Из воспоминаний бывшего управляющего трестом «Мосочист­вод», работавшего в годы войны главным инженером Главной канализационной насосной станции, Б. Мальцева: «Я был назначен заместителем командира 18-й роты по технической части. Весь персонал роты перешел на казарменное положение и жил в общежитии при станции. Работали мы по 12 часов в сутки. Фашисты сбрасывали зажигательные бомбы, которые падали и на территорию Главной насосной станции. Горели сараи, складские и некоторые производственные помещения. Все боролись с пожарами и своими силами гасили их.
На ликвидацию аварийной ситуации, при разрушении двух напорных Люберецких водоводов, была направлена и наша рота, когда в августе 1941 года в районе Карачарово немцы сбросили фугасные бомбы. Мне приходилось участвовать в ликвидации фугасного разрушения на 4-м напорном Люблинском водоводе. Всего за годы войны на Главную насосную станцию трижды сбрасывались зажигательные бомбы.
Часть работников нашей станции, а именно механической мастерской, была мобилизована на изготовление военного заказа – деталей для снарядов. Работы велись в две смены».
С первых дней войны работники занялись маскировкой стратегических объектов города. С воздуха хорошо просматривались и сооружения Люб­линской, Кожуховской, Филевской и Закрестовской станций аэрации. Подразделения самозащиты и, в частности, звенья пожарной охраны не допускали возгораний объектов.

Фото из музея Рублевской станции водоподготовки

Из военных будней Московской канализации по воспоминаниям очевидцев: «На иловых площадках Люблинской станции аэрации из порожних нефтяных бочек была устроена имитация Московского нефтеперерабатывающего завода, в то время как сам завод был закамуфлирован. Ночами, при приближении вражеской авиации, зажигался фальшфакел, и бомбы падали на иловые площадки.
Поселок Некрасовка, расположенный в районе Люберецких полей фильтрации, также подвергался налетам немецкой авиации. Это было неслучайно, т. к. на полях совхоза им. Моссовета были сложены огромные скирды сена, с высоты похожие на ангары для самолетов. Это вводило бомбардировщики в заблуждение. В один из октябрьских дней 1941 года мощная бомба упала на Некрасовку в районе Инициативной улицы. Взрывная волна вышибла стекла в окнах почти всех домов поселка, а на месте падения бомбы образовалась громадная воронка, которая потом наполнилась водой. Позже, уже после завершения вой­ны, поселковые дети еще долго ходили купаться «на бомбу».
Работниками Московской канализации была приспособлена под бомбоубежище недостроенная часть Юго-Западного канализационного канала (от реки Чуры до будущей Курьяновской станции аэрации). Сделаны специальные сходы в канал, оборудованы места для сидения, проведены освещение и вентиляция. Этим бомбоубежищем пользовалось население Замоскворечья и примыкающих к каналу районов.
Несмотря на трудности военного времени, продолжались работы на сооружениях Люблинской станции аэрации, осуществлялось их дооборудование, решались вопросы конструктивного усовершенствования, а за четыре года войны построено силами городских строительных организаций и ведомств 29 км канализационной сети.
1945 год принес долгожданную Побе­ду. Первым сигналом окончания войны стала отмена затемнения в Москве 30 апреля 1945 года. Москвичи с огромной радостью встречали завоеванную героическими усилиями Победу.

Из воспоминаний участника трудового фронта Марии Егоровны Калашниковой, работника Восточной водопроводной станции в годы войны: «День Победы ждали все: и старые и молодые. Радовались каждому освобожденному городу. В 2 часа ночи 9 мая 1945 года раздались тревожные позывные по радио, нам сообщили радостную весть: «Победа!» В окнах домов зажглись огни. Окна распахивались, люди из окон поздравляли друг друга, кричали на всю улицу: «Победа!» Этого никогда не забыть».

800 работников водопроводно-канализационного хозяйства Москвы погибли на полях сражений Великой Отечественной войны.
Более 2000 тысяч работников ВКХ награждены орденами и медалями за боевые заслуги и трудовой героизм во время войны.
Героический труд московских работников тыла высоко оценен:
За бесперебойное снабжение водой города Москвы и успешное освоение новой техники водоснабжения Восточная (в годы войны – Сталинская) станция водоподготовки награждена орденом Отечественной войны I степени.
За образцовую многолетнюю работу по снабжению водой города Москвы Рублевская станция водоподготовки награждена орденом Ленина.

Нина Донских.

Добавить комментарий

Loading...
Top