Вы здесь
Главная > #ЭКСКЛЮЗИВ > АРСЕНИЙ КРАКОВСКИЙ: «ФОКУС НАШЕЙ ПРОФЕССИИ В ТОМ, ЧТОБЫ НАЙТИ ЧТО-ТО СВОЕ»

АРСЕНИЙ КРАКОВСКИЙ: «ФОКУС НАШЕЙ ПРОФЕССИИ В ТОМ, ЧТОБЫ НАЙТИ ЧТО-ТО СВОЕ»

Театр Терезы Дуровой давно известен как семейный. И не только потому, что зрители приходят на спектакли со своими родными. В труппе тоже есть семейные династии. Одна из них – семья Краковских. Какие устремления у молодого поколения этой династии? Узнаем об этом из беседы нашего корреспондента с Арсением Краковским.

– Арсений, каким было ваше детство?

– Все мое детство прошло в Театре Терезы Дуровой, где с 1994 года служат родители. В то время он назывался Московский театр клоунады. Сейчас мои родители – ведущие мастера сцены, мама – заслуженная артистка России Мария Морозова, папа – Геннадий Краковский. Их можно увидеть почти во всех спектаклях нашего театра. Сестры Софья и Серафима также служат у нас. С самого детства родители обучали меня «ремеслу». Отец владеет многими цирковыми направлениями, учил меня жонглировать мячиками, кольцами, булавами, стоять на катушках, крутить диаболо и хулахупы, прыгать со скакалкой и многому-многому другому. Мама, режиссер массовых мероприятий, помогала делать фокусные номера и программы. Вообще, мое детство было очень наполненным. Родители отдавали меня во всевозможные секции и кружки. Я занимался ушу, спортивной гимнастикой, окончил музыкальную школу по классу фортепиано и ударных инструментов, танцевал брейк-данс, позже сам увлекся паркуром. С четырех лет занимаюсь фокусами. Всего не перечислишь. Одним словом, детство было не скучным.

– Помните свой первый выход на сцену? Тогда решили, что будете артистом или по мере взросления были сомнения?

– К сожалению, первый выход на сцену я не помню, потому что мне было всего два с половиной года. Я знаю о том спектакле по фото, видео, по рассказам родителей и коллег. Однако с тех пор я уже постоянно работал в театре. В детстве были спектакли «Бай-бай, Храпелкин!», «Бессонница, или Возвращение Храпелкина», «Приключения на 4 сольдо», «Ниоткуда с любовью» (мой первый спектакль). Потом начались более взрослые роли, в таких спектаклях, как «Маугли», «Принц и нищий». Именно тогда я понял, что это мое и я хочу реализоваться в этом направлении.

– В одном из интервью вы сказали, что ваш кумир – внук Чарли Чаплина Джеймс Тьерре. Это человек-оркестр. Вы стремитесь к этому идеалу?

– Джеймс Тьерре – величайший мастер, идеал, к которому стремятся многие, этакая точка недосягаемости. Но чтобы быть Джеймсом Тьерре, надо быть внуком Чарли Чаплина. Он невероятно многогранен, абсолютное ощущение, что этот человек может все. Тьерре великолепен и как режиссер, и как актер, и как хореограф, и как музыкант. Как сейчас принято говорить, он – синтетический актер. И вот к этому я, конечно же, стремлюсь: не быть закованным в какие-то рамки, а быть свободным во всех направлениях.

– В спектаклях вы виртуозно владеете своим телом, выполняя акробатические трюки, паркур, владеете музыкальными инструментами, ставите фокусы… Вы подражаете Тьерре?

– Нет, это невозможно даже потому, что спектакли Театра Терезы Дуровой отличаются от спектаклей, которые ставит Джеймс Тьерре. Стремиться к идеалу и подражать – разные вещи. В подражании ты теряешь саму суть существования актера. Фокус нашей профессии в том, чтобы найти что-то свое и продвигать именно это. Подражание – ловушка, ты никогда уже не сможешь ничего придумать сам. Ты будешь только копировать и за кем-то повторять.

– В Театре Терезы Дуровой вы исполняете главные роли почти во всех спектаклях. Есть любимая?

– Не знаю, как у других актеров, но я люблю все свои роли. Они все мне очень дороги, я стараюсь делать так, чтобы они кардинально отличались друг от друга – пластикой, речью, внешним видом. В роли Маугли я делаю упор на выразительность тела, потому что это роль без слов. «Принц и нищий» наоборот драматический спектакль, там актерское мастерство преобладает над пластикой. В спектакле «Переходный возраст» – совокупность выразительности тела, речи, актерского мастерства, музыкальности. Интересную роль я играю в спектакле «Тайна волшебного зелья». Мой Злорад не похож ни на одного персонажа из тех, что были у меня прежде. Сложный костюм карлика, сложный старческий голос, сложный пластический грим, который я делаю самостоятельно. Так получается, что я люблю всех своих персонажей, даже незначительные, маленькие, второстепенные роли, даже Бабку Ёжку из «Летучего корабля». Потому что она классная, она запоминающаяся. Зрители, которые приходят на спектакль, не узнают меня на сцене, а это высшая похвала.

– Театральные критики любят давать всякие определения театру. На мой взгляд, театр – это такая любовь длиною в жизнь. Сложная, порой непредсказуемая, но любовь. А по вашему ощущению, что есть театр?

– Для меня театр – это место, где я могу поделиться со зрителями самым сокровенным. Я могу задать какие-то вопросы со сцены. Я могу получить ответы от зрителей. Благодаря мне зрители могут получить ответы на свои вопросы. Это своего рода храм, в который человек приходит на исповедь, где он спокойно может высказаться, и его услышат. И ты, в свою очередь, будешь слушать и воспринимать. И это может кардинально изменить твою жизнь.

– Со своей супругой, также актрисой Театра Терезы Дуровой, вы создали театральную студию для детей, спектакли которой брали Гран-при на многих европейских фестивалях. Как обстоят дела сейчас – продолжаете работать, или из-за ковида все стоит на паузе?

– Да, мы с моей супругой Дарьей Коршуновой, также актрисой Театра Терезы Дуровой, открыли детскую театральную студию, которая называется МДМ – Музыкально-драматическая мастерская. Сейчас мы ставим два новых спектакля. Это будет большой мюзикл про цирк (наши дети активно изучают цирковое искусство) и спектакль малой формы «Волна» по одноименному роману Тодда Штрассера к 9 мая. Премьеру большого спектакля мы планируем показать на сцене Театра Терезы Дуровой. Прежде уже была такая практика, мы делали бесплатные показы для детских фондов. Кроме того, мы переносим со старших детей на младших мюзикл «Повелитель мух» по одноименному роману Уильяма Голденга. Конечно же, сейчас приходится соблюдать все санитарные нормы, дети в масках, держат дистанцию. Это тяжело, но других вариантов нет.

– А над чем сейчас работаете? Какие премьерные спектакли с вашим участием можно увидеть в этом году?

– Сейчас мы готовим премьеру – спектакль на шотландскую тему «Легенда о белом тумане». Это будет, как всегда в Театре Терезы Дуровой, большой костюмированный мюзикл, в основе которого – шотландские легенды, исторические реалии и, конечно же, традиционная шотландская музыка.

Такого в Москве еще точно не было!

Нина ДОНСКИХ.

Фото предоставлены пресс-службой театра Терезы ДУРОВОЙ.

Добавить комментарий

Loading...
Top