Вы здесь
Главная > #ЭКСКЛЮЗИВ > ЮРИЙ НОРШТЕЙН: ХУДОЖНИК ОБЯЗАН УЧИТЬСЯ ВСЮ ЖИЗНЬ

ЮРИЙ НОРШТЕЙН: ХУДОЖНИК ОБЯЗАН УЧИТЬСЯ ВСЮ ЖИЗНЬ

Сегодня, 8 апреля, в стране традиционно отмечается День российской анимации. Об особенностях профессии режиссера размышляет один из самых уважаемых и известных российских аниматоров, которого практически все современные мастера считают своим учителем – Юрий Норштейн.

– Юрий Борисович, каково это – быть режиссером-аниматором?

– Режиссер анимационного кино просто обязан находиться под обстрелом впечатлений жизни, причем,  со всех сторон. Если это не так, если режиссер не воспринимает свою жизнь в мельчайших деталях, особенно работая над фильмом, то он находится в пустоте. Он должен не просто быть наполнен впечатлениями, он должен задыхаться от количества этих впечатлений. Только тогда он нащупает дорогу, которая станет для него главной.

– Видимо, вихрь этих впечатлений-воспоминаний и преобразовался в детали одного из ваших самых известных фильмов «Сказка сказок», снятых о старой Москве?

– Да, в его основу легли мои детские впечатления: коммуналка в старом двухэтажном доме в Марьиной роще. Фильм начинается со скатерти – большой, белой, закрывающей все столы, которые вынесены во двор. Солнечное тепло, осеннее – бабьего лета. Люди сели за столы перед тем, как разъехаться из дома навсегда. В этой последней неторопливой встрече должны были проявиться все, кого я знал. На перекрестье их разговоров должна была вырасти история этого дома, а в сущности – история всей нашей страны.

– Ваша мама работала в детском саду, а отец служил наладчиком деревообрабатывающих станков и ушел из жизни, когда вам не исполнилось еще и пятнадцати лет. Как же вы попали в анимацию?

– Я работал сначала на мебельном комбинате, а в 1959-м поступил на двухгодичные курсы художников-аниматоров при студии «Союзмультфильм», на которой начал трудиться с 1961 года. Я одно время хотел уйти, потому что всегда мечтал заниматься живописью. Но на студии я познакомился со многими замечательными режиссерами.

–Ваши рисунки выставлялись в Европе, Японии, США, Израиле, при том, что в художественное училище вам так и не довелось поступить…

– Я пытался, но попытки оканчивались провалом. Время шло, статьи Эйзенштейна о кино сделали свое разрушительное дело – я «заболел» режиссурой. К тому же, я познакомился с Франческой, что привело к появлению совместных фильмов «Лиса и Заяц», «Цапля и Журавль», «Ежик в тумане», «Сказка сказок», неоконченной «Шинели». Ну, и к рождению двух наших детей – Бори и Кати.

– Вы как-то обмолвились на фестивале «Суздальфест», что кроме шеститомника избранных произведений Эйзенштейна, вашими учителями стали пещеры Альтамира и Ласко, рублевский «Спас», последняя скульптура Микеланджело «Пьета Ронданини», «Менины» Веласкеса, рембрантовское «Возвращение блудного сына», полотна Федотова, Шардена, Милле…

– Художник должен учиться всю жизнь, до самого конца. На эту тему есть замечательная история: однажды художника Буонарроти встретил его ученик Джорджо Вазари и спросил: «Куда вы?» А Мастер ему ответил: «Иду учиться». Он шел писать Коллизей. Это прекрасный урок, который нам всем следовало бы усвоить.

Беседу вела Елена Булова.

Фото автора

Добавить комментарий

Loading...
Top