Датская принцесса и Александр

13 октября 1866 года в Москве состоялась церемония обручения Александра III и датской принцессы Дагмары, в православии - великой княгини Марии Фёдоровны. Они прожили вместе почти 30 лет, сохраняя друг к другу искреннюю привязанность, а 13 октября 1928 года, в годовщину обручения с Александром III, ее не стало.

Они познакомились, когда дочь короля Дании Христиана IX Минни (так звали Дагмару в семье Романовых) была невестой старшего брата Александра — цесаревича Николая Александровича. Скандинавский правитель был в восторге от перспективы породниться с одной из могущественнейших монархий мира. Летом 1864 года Никс (так называли близкие старшего сына Александра II) отправился в заграничную поездку. Посетив Копенгаген, цесаревич познакомился со своей невестой, после чего было официально объявлено об их помолвке. Однако до свадьбы дело так и не дошло. Осенью того же года Николай Александрович, путешествуя по Италии и Франции, заболел и вынужден был задержаться для лечения в Ницце. Увы, диагноз оказался серьезным – туберкулезный менингит. Усилия врачей не увенчались успехом, и в апреле 1865 года старшего сына Александра II не стало.

Наследником российского престола провозгласили Александра Александровича. Как известно, у него на тот момент был роман с фрейлиной матери, Марии Александровны, Марией Мещерской, которую 19-летний Александр увидел весной 1864 года на церемонии в Зимнем дворце. Мария была на год старше него. Родившись в семье дипломата князя Элима Петровича Мещерского (тот умер вскоре после появления на свет дочери), она детские годы провела за границей – в Париже, Ницце, Риме. Лишь к 18 годам девушка переехала жить в Россию, где была принята в доме тетки, княгини Елизаветы Барятинской. Но та ревновала племянницу к своему мужу, который был привязан к ней и, по мнению С. Д. Шереметева, даже влюблен в нее. Вскоре благодаря ходатайству родственников Мария Элимовна стала фрейлиной императрицы Марии Александровны и поселилась в Зимнем дворце. Постепенно она вошла в компанию, образовавшуюся при дворе из представителей «золотой молодежи».

Последняя гофмейстерина императорского двора Елизавета Нарышкина в своей книге «Мои воспоминания. Под властью трех царей» так описала Марию Мещерскую:

«Она необычайно красива, дивно сложена... Черные глаза, глубокие и страстные, придавали ее изящному лицу из ряда вон выходящую прелесть. Звук голоса ее был мелодичен, и на всем существе ее наложена печать какого-то загадочно-сдержанного грустного чувства, очень обворожительного…»

Роман Александра Александровича и Марии Мещерской стремительно развивался. Поползли слухи... Мария Александровна нашла подобное поведение сына «неприличным».

С изменением статуса Александра Александровича, когда из прежних кандидатов в высокопоставленные военные он вдруг превратился в цесаревича – наследника российского престола, отношения с Мещерской должны были быть немедленно прекращены. 19 июня 1865 года, встретившись с княжной во время прогулки, цесаревич сообщил, что они больше не могут «быть в таких отношениях, в каких были до сих пор». На память Мария подарила ему свою фотографию, а в ноябре того же года — свой автопортрет.

В ноябре 1865 года Александр II выразил желание, чтобы цесаревич и бывшая невеста Николая — датская принцесса Дагмара — стали мужем и женой. Александр Александрович, который, несмотря на скандал и выговор Мещерской за то, что та «бегает за наследником», возобновил встречи с фрейлиной, метался между чувством к княжне и долгом.

15 марта 1866 года он писал в дневнике:

«Я ее не на шутку люблю, и если бы был свободным человеком, то непременно бы женился, и уверен, что она была бы совершенно согласна. Как хорошо простым смертным: они принадлежат сами себе, они могут вести угодную себе жизнь, строить ее, исходя из личных пристрастий и желаний!»

А 23 марта Александр Александрович сделал такую запись:

«Теперь настанет совсем другое время, серьезное, я должен думать о женитьбе и, дай Бог, найти мне в жене моей друга и помощника в моей незавидной доле… Прощаюсь с М. Э. (Мария Элимовна Мещерская. — С. И.), которую любил, как никого еще не любил, и благодарен ей за все, что она мне сделала… Сколько раз я хотел отстать от этой любви, и иногда удавалось на несколько времени, но потом опять сойдемся и снова мы в тех же отношениях. Но, слава Богу, что удалось преодолеть себя, и М. Э. в радостном и счастливом прошлом, а вся душа моя устремлена в будущее».

Один из придворных, С. Д. Шереметев, писал об Александре:

«Он преклонился перед необходимостью, перед долгом, но ни в каком случае ни перед кем не лицемерил…»

На балу 18 апреля Мария Мещерская сообщила наследнику, что князь Витгенштейн сделал ей предложение. Родители настаивали на поездке в Данию, и в мае цесаревич записал в дневнике:

«Я только и думаю теперь о том, чтобы отказаться от моего тяжелого положения и, если будет возможность, жениться на милой М. Э. Я хочу отказаться от свадьбы с Dagmar, которую не могу любить и не хочу… Может быть, это будет лучше, если я откажусь от престола… Я не хочу другой жены, как М. Э.».

В том же мае 1866 года произошло решительное объяснение. Император сообщил, что в датских газетах была напечатана статья о том, что цесаревич не хочет жениться на Дагмаре из-за чувств к княжне Мещерской. Король Дании Христиан IX прислал императорской семье письмо с просьбой подтвердить планы наследника относительно дочери. Произошла крупная ссора, в ходе которой Александр Александрович заявил о желании отречься от престола и жениться на Мещерской, что не нашло понимания у Александра II, пригрозившего выслать княжну.

Объяснившись с Марией Мещерской, Александр принял решение поехать в Данию. Единственное, о чем он просил отца, не наказывать девушку. Мария Александровна успокоила сына, сказав, что Мещерская отправится в Париж со своей теткой.

В Дании это была уже не первая встреча Александра с принцессой. Они виделись весной прошлого года в Ницце, куда он приезжал с родителями, чтобы навестить тяжелобольного брата, а Дагмара – чтобы побыть у постели умирающего жениха.

Очень скоро из Дании в Петербург пришло письмо:

«Я чувствую, что могу и даже очень полюбить милую Минни, тем более что она так нам дорога. Даст Бог, чтобы все устроилось, как я желаю. Решительно не знаю, что скажет на все это милая Минни; я не знаю ее чувства ко мне, и это меня очень мучает. Я уверен, что мы можем быть так счастливы вместе. Я усердно молюсь Богу, чтобы Он благословил меня и устроил мое счастье».

То есть Александр Александрович быстро «перенастроился». То ли из соображений государственной важности союза с датчанкой, то ли девушка была настолько обаятельна.

В начале лета 1866 года Александр Александрович решился сделать предложение датской принцессе. 11 июня он написал отцу:

«Я уже собирался несколько раз говорить с нею, но все не решался, хотя и были несколько раз вдвоем. Когда мы рассматривали фотографический альбом вдвоем, мои мысли были совсем не на картинках; я только и думал, как бы приступить с моею просьбою. Наконец я решился и даже не успел всего сказать, что хотел. Минни бросилась ко мне на шею и заплакала. Я, конечно, не мог также удержаться от слез. Я ей сказал, что милый наш Никс много молится за нас и, конечно, в эту минуту радуется с нами. Слезы с меня так и текли. Я ее спросил, может ли она любить еще кого-нибудь, кроме милого Никса. Она мне отвечала, что никого, кроме его брата, и снова мы крепко обнялись. Много говорили и вспоминали о Никсе, о последних днях его жизни в Ницце и его кончине. Потом пришла королева, король и братья, все обнимали нас и поздравляли. У всех были слезы на глазах».

17 июня 1866 года во дворце Фреденсборг недалеко от Копенгагена состоялась помолвка цесаревича Александра и принцессы Дагмары Датской. Через три месяца нареченная невеста прибыла в Кронштадт. Этот сентябрьский день был по-летнему теплым и солнечным. Фёдор Тютчев посвятил приезду принцессы стихотворение «Небо бледно-голубое...»:

Небо бледно-голубое
Дышит светом и теплом
И приветствует Петрополь
Небывалым сентябрем.
Воздух, полный теплой влаги,
Зелень свежую поит
И торжественные флаги
Тихим веяньем струит.
…В этом ласковом сиянье,
В этом небе голубом —
Есть улыбка, есть сознанье,
Есть сочувственный прием.
И святое умиленье
С благодатью чистых слез
К нам сошло, как откровенье —
И во всем отозвалось…
Небывалое доселе
Понял вещий наш народ —
И Дагмарина неделя
Перейдет из рода в род.

12 октября Дагмара приняла православие в соборной церкви Зимнего дворца, состоялся обряд обручения и наречения ее новым именем — великой княжной Марией Фёдоровной.

Венчание было совершено в Большой церкви Зимнего дворца, после чего супруги жили в Аничковом дворце.

Мария, жизнелюбивая и жизнерадостная по характеру, была тепло принята придворным и столичным обществом. Брак ее с Александром оказался удачным. Свои письма к Минни он заканчивал фразой «твой верный друг Саша», а она любила называть его «ангел моего сердца».

Их семейный союз разрушила преждевременная смерть Александра III от болезни почек в 1894 году. Мария Фёдоровна пережила мужа на 34 года.

Один из шестерых рожденных в этом браке детей стал последним русским императором Николаем II. Во время октябрьских событий 1917 года Мария Фёдоровна находилась в Крыму на отдыхе, что, возможно, и спасло ей жизнь. Здесь, после отречения Николая II, вместе с дочерьми Ксенией и Ольгой и их мужьями - великим князем Александром Михайловичем и полковником Куликовским - она фактически пребывала под домашним арестом. Тяжело встретив весть о расстреле в Ипатьевском доме, Мария Фёдоровна долгое время продолжала верить, что ее сын Николай и его семья «чудодейственным способом» спасены, и запретила близким служить по ним панихиды.

11 апреля 1919 года английский король Георг V, племянник императрицы, прислал за ней в Крым военный корабль «Мальборо». Марии Фёдоровне тогда было 72 года, она прожила в России около 52 лет, и родственникам стоило немалого труда убедить ее в необходимости отъезда. На этом линкоре она была эвакуирована в Великобританию, откуда вскоре переехала в родную Данию.

Дагмара скончалась в Копенгагене в возрасте 80 лет в годовщину своего обручения с Александром III - 13 октября 1928 года - и была похоронена в усыпальнице датских королей. 28 сентября 2006 года прах Марии Фёдоровны был перезахоронен в Петропавловском соборе Санкт-Петербурга. Она завещала похоронить себя рядом с мужем.

Сергей Ишков.

Фото с сайта ru.wikipedia.org