Магистральная линия развития цивилизации свернула со светлого пути индустриализации в темный переулок, загаженный завалами англицизмов, токенизация блокчейна на отвалах майнинга посредством криптокошельков кастодиальных, некастодиальных, холодных и административных.
Найти определения для слов токен или майнинг сегодня намного проще физических терминов аттрактор, хаос или эргодичность. Что у вас в голове получится, описал из позапрошлой эпохи провидец Станислав Лем от лица сатирического персонажа Йона Тихого игрой со словами «сепульки», «сепулькарии», «сепуление».
На указанном магистральном пути лидерское положение занял Китай с помощью эксплуатации национальных особенностей китайцев.
Представьте себе глобальный мир в виде деревни на спине Чудо-юдо Рыбы-кита. Тут есть сельсовет, комитет бедноты, прочный пока еще кулак и изба отвязной шантрапы с такой особенностью: сколько бы они ни дрались между собой, их только тронь – и они встают стеной на защиту своего порядка вещей без лишних рассуждений.
Сельсовет изображает из себя советскую власть, комитет бедноты – социальное государство на пути к коммунизму. А кулак устроил коммунизм у себя за забором, чтобы никогда не видеть дна своих сусеков.
Пока никто из них не ведает, что кита уже амнистировали, и что это за турбулентность волатильничает с ними таргетно по всем и каждому. Им кажется, надо как-то договариваться для извлечения преимуществ с помощью временного цифрового шока после словесного. Сегодня чахнуть над златом не стоит, его волатильность выше цифровой валюты. Осталось понять, что это такое.
Каждая состоявшаяся в своей самобытности нация обладает чертами своего особого национализма, чтобы не трепать всуе зловещий нацизм.
Китайцы похожи на трудолюбивых муравьев с предпочтением общественного на национальном поле перед личным. Они не размножаются без разрешения, и богатство их граждан не зависит от их труда. Они развивают в мире отраву вейпов, кальянов, коррупции и цифровые валюты, запретив пороки у себя.
Национализм исключает демократию.
В нашей стране советов все начинается с обсуждения и обычно им же и заканчивается. Потому что каждый умнее всех, и никто никого не слушает. В результате принимают законы, которые никто не будет исполнять.
Зачем?
Ответ прост на уровне комбинации из трех пальцев: чтобы обозначить намерения и выявить несогласных.
Академик Гарегин Тосунян с удовлетворением констатировал, что у него на деловом завтраке участники дискуссии друг друга слушают. В субботу дискутировали три с половиной часа и договорились до того, что надо выпить за женщин. Потому что в женщин более эффективно вкладывать, чем в биткоин.
Тема заседания: «Цифровые валюты и цифровые права».
Законопроект под таким названием внесло в Государственную Думу правительство 1 апреля и 21 апреля на растянувшемся почти на час первом чтении – оказалось, что это была отнюдь не шутка.
На «Рабочем завтраке у Тосуняна» обсуждали разные грани цифровых валют. Докладчики сделали упор на частных валютах в противовес цифровым валютам Центральных банков. Тосунян сконцентрировался на цифровом рубле Банка России, потому что нас ускоренно загоняют в светлое цифровое будущее.
Оксюморон «частная валюта» оказался не просто фигурой речи, но инструментом взлома классического принципа «Одна страна – одна валюта».
Фундаментальное правило организации национальной денежной системы означает, что внутри государства расплачиваются только своими деньгами, и использование иностранной валюты для внутренних расчетов не допускается.
Интересы участников дискуссии казались несовместимыми. У Тосуняна связующим моментом стало отторжение правительственного закона. Русская интеллигенция верна себе в своем отношении к власти, даже созданной собственноручно.
Да и в самом правительстве могу быть инсайдеры, совсем не настроенные на национальный интерес.
Кто из этого закона точно извлечет выгоду, это монополисты рынка. Устранят конкурентов. Мир усложняется. Академик Тосунян предлагает не усложнить и понять, в чьих интересах наше государство действует.
Закон должен был вступить в силу 1 июля, чтобы догнать неуправляемую раскрутку событий на финансовом фронте третьей гибридной мировой войны. Уже понятно, к назначенному сроку не успеют. Да и не надо. Дискуссия расплескалась из Госдумы по стране после первого чтения бурями во множестве стаканов воды. Мутной воды разболтали на болото размером со среднестатистическое еврогосударство.
В большой России обнаружилась отдельная квази-страна, о которой не догадывались сами ее обитатели. Они из электричества добывают цифровую валюту, пускают ее в оборот и расплачиваются ею в условиях санкций и запретов, множества административных частоколов, финансового хищничества и паразитизма, не говоря уже о сукцессии властного зомби-паразитизма.
Само названное явление описал на примере Евросоюза без упоминания биологического термина оригинальный депутат из ЛДПР Андрей Луговой – тот же человек, который продвигал цифровую валюту в легальное поле.
На фоне цифрового рубля и цифрового юаня не существует цифрового доллара. США, как всегда, пошли дальше на своем пути дип-антистейт. Для ухода от ответственности по государственным долгам думали заменить доллар на амеро или биткоин. В результате придумали стейблкоин и принялись на него менять бумажные доллары.
Токенизировать без права на майнинг.
Чтобы не казаться слишком культурным для вас, честно признаюсь, что в тематике цифровых валют я не понимал ничего, а у Тосуняна понял хоть что-то, и оказалось, не я один претерпел такие эволюции.
Великий философ Абусалом Гусейнов в своем заключении к дискуссии был необычно краток, потому что цифровые валюты – это живая вещь, и никто ничего не объясняет.
В программе у Тосуняна 20 июня прозвучало три доклада.
- «О цифровых валютах и их роли в современной мировой экономике» рассказал Михаил Головнин, директор Института экономики РАН. Докладчик описал характеристики и роли частных криптовалют и стейблкоинов. Разграничение по видам цифровых валют необходимо, поскольку в редакции законопроекта «О цифровой валюте и цифровых правах» оно отсутствует.
- «Новая правовая архитектура рынка цифровых валют и цифровых прав по результатам исследования РНФ № 24-18-00618» представила профессор РАН Лариса Санникова.
Имеется в виду проект Российского научного фонда «Российский рынок цифровых расчетных и финансовых инструментов: правовые и регуляторные вызовы».
В докладе Санниковой исследуется формирование новой правовой архитектуры рынка цифровых валют и цифровых прав в России на основе законопроекта «О цифровой валюте и цифровых правах». Обосновывается, что предлагаемый подход знаменует переход от децентрализованной модели оборота цифровых активов к институционально-организованной системе, основанной на специализированной инфраструктуре, централизованном учете и контроле за обращением цифровых активов.
Докладчик Санникова убеждала, что надо взрослеть и брать на себя риски. «Не ходите, дети, в Африку гулять» отражает патерналистское поведение государства.
- Доклад «Типология распределенных финансов и основные подходы к их регулированию применительно к законопроекту «О цифровых валютах» представил Виктор Достов – председатель Ассоциации участников рынка электронных денег и денежных переводов и по совместительству научный руководитель Центра технологий распределенных реестров СПбГУ.
Достов соригнинальничал и выступил совершенно обыденно и даже понятно.
По его мнению, разница централизованной и распределенной системы очевидна. В банке деньги лежат общей массой. Распределенная система более прозрачна. Можно окрасить транзакции. Каждая копейка помнит свою историю. Очень сложно прописать в законе, но все знают, где грязные деньги и где не очень.
Суть распределенной системы проста. Копии базы данных лежат в миллионе мест, и она неубиваема. Тот же блокчейн. Надо каждого найти и уговорить, иначе не взломать. Если обнаружится расхождение в базе данных, можно провести голосование.
Майнеры оперируют с транзакциями блоками по тысяче транзакций. Система берет деньги ниоткуда и платит по три биткоина за блок. Стейблкоины не имеют майнинга, за бумажный доллар дают цифровую запись.
Для новых инструментов сложно писать законы. Можно было бы просто прописать в Гражданском кодексе, но у нас мораторий на Гражданский кодекс.
Такова схема Достова.
Из нее следует, что вкладывать в женщин действительно может быть проще, чем в биткоин. Никто не пронюхает, даже она сама, сколько за нее выпито.
Финансовый омбудсмен Павел Медведев со свойственной ему дотошностью замучил высокое собрание неприличным сравнением честного жульничества цифровой валюты с преступлением «МММ» Сергея Мавроди.
По мнению Ларисы Санниковой, «МММ» Мавроди – это классическая пирамида. В биткоине признаков пирамиды не просматривается.
Тосунян с неудовольствием отметил любовь Медведева к талантливому Мавроди. Тут о законе, а там – про преступления и жульничество.
Закон академику Тосуняну не нравится. Нас в спешке пытаются загнать в счастливое цифровое будущее.
Я описал далеко не все, что услышал и распознал. Уже понятно, исполнить пущенные в ход декларации может быть проще без нагромождения излишних сущностей. Но без этой гонки вооружений в финансовом сегменте третьей гибридной мировой войны невозможно выжить.
В кругу друзей не щелкай клювом.
У меня дилетантский вопрос. Может быть, цифровые валюты развиваются в связи с высоким интегральным долгом? Как в средневековой Италии ни у кого денег не было, и придумали суррогаты ценности – векселя.
Возможность причины в утрате доверия мне не кажется убедительной. Его и так нет.
Нестабильность финансовой сферы навязывает глобальный регулятор ФРС. Нестабильность фондового рынка – игра с нематериальными активами и спекулятивным капиталом из США. В банковской сфере – несуразно завышенные требования «Базеля» и международной бухгалтерской отчетности.
Россия, вроде бы, несколько раз отказывалась от международного рейтингования и ценообразования нефти. Это как победы Трампа – процесс неисчерпаемый.
Показатель экономического развития ВВП, грубо говоря, учитывает не производство продукта, но трудозатраты.
«Крупнейшая экономика» сохраняет виртуальное лидерство аналогично расчетной величине бумажной нефти или такого же бумажного золота. Доля производства США в ВВП уже почти поглощена услугами. Первый триллионер мира Илон Маск – такая же расчетная величина всего по четырем процентам рынка.
США сохраняют роль доллара силовыми приемами. Что к ним попадало, то пропало, начиная с золота Бреттон-Вудса и включая деньги саудитов за их нефть. Денег как таковых нет, есть строчка в компьютере.
США плевать на доверие. Есть национальный североамериканский фразеологизм «отдача при выстреле», но это про реакцию общества на информационный обстрел, а не флуктуации финансовой сферы.
В России при закручивании административно-финансовых гаек население уходит не в цифровую валюту. Скорее, снятие наличных – наш народный кукиш Набиуллиной, на мой взгляд.
Мне кажется, Банк России – филиал ФРС, как и все центральные банки. Поэтому цифровые валюты центральных банков не выигрывают у распределенных систем.
Историю Мавроди не зря вспомнил Медведев. Она как пример начала эволюции хищничества в паразитизм. Время было такое – непуганых идиотов. Лихие пацаны собирают деньги на что-то, и в один день появляются еще более лихие пацаны с калашами – и все вывозят. Люди приходят, а там ничего. Сам видел.
Из «МММ» вывезли семнадцать КамАЗов денег. Где они – неизвестно. Бесполезно обсуждать, что там Мавроди мог или хотел. У него забыли спросить. Частные валюты, в принципе, то же самое, но на высоком технологическом уровне, с некоторой защитой от более IT-подкованных современных пацанов. Однако гонку вооружений никто не отменял.
Что касается впечатления академика про стремление ускоренно загнать нас в светлое цифровое будущее, сие так и есть. Яркая по своей откровенности финальная стадия содержит имманентный атрибут мошенничества «быстрей-быстрей, хватай мешки, вокзал отходит» и в определении математика Игоря Ашманова названа «галопирующей цифровизацией».
Острой стадии предшествовала длительная многолетняя латентная фаза торможения всего цифрового, начиная с электронного документа и электронной цифровой подписи. Для ее проведения в органы законодательной и исполнительной власти внедрили команду специально обученных людей. Был даже депутат с соответствующей миссией-поручением в самой прогрессивной фракции СПС наряду с основной их задачей отпуска тарифов.
По готовности внешнего управления возглавить процесс ИИ-зации, для папуасов запустили неуправляемую цифровизацию.
Сначала на новой технологической базе развили сегментарно-таргетное, даже персональное управление массовым сознанием и убрали из СФ сенатора, который пытался донести до одураченных истину, как на их сознании организован зомби-паразитизм. Биологическая терминология в данной сфере предпочтительней политической или медицинской.
Итак, законы принимаются не всегда для отправления власти и исполнения, но все больше для демонстрации намерений и выявления несогласных.
Законопроектов было два:
– 1194918-8 «О цифровой валюте и цифровых правах», который устанавливает правовую основу для обращения в России цифровых валют (криптовалюты) и реформирует систему выпуска и размещения цифровых финансовых активов (ЦФА);
– сопутствующий законопроект 1194929-8 «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» для синхронизации положений федеральных законов с целью создания системы комплексного регулирования операций с цифровой валютой.
Представил Госдуме законопроекты на первое чтение замминистра финансов Иван Чебесков.
«Законопроектом «О цифровой валюте и цифровых правах» предусматривается установление требований к обращению цифровых валют и правил доступа к операциям для широкого круга инвесторов, в том числе для неквалифицированных инвесторов.
Инфраструктура для оборота цифровых валют будет включать в себя комплекс профессиональных посредников: это биржи, брокеры, доверительные управляющие, цифровые депозитарии, организации, осуществляющие обмен цифровых валют, в том числе действующих, на которые будут налагаться дополнительные требования при осуществлении деятельности с цифровыми валютами.
Законопроектом также предусматривается совершенствование оборота цифровых прав, в том числе и возможности их оборота в публичных блокчейн-сетях.
Законопроект-спутник с корреспондирующими изменениями направлен на синхронизацию положений действующих законодательных актов РФ с проектируемыми положениями законопроекта.
Проектируемое регулирование обеспечит надлежащий уровень безопасности совершения сделок, защиту прав физических лиц и юридических лиц, позволит контролировать операции, в том числе, в рамках антиотмывочного законодательства, также распределит роли надзорных органов в рамках своих компетенций», – разъяснил замминистра.
Конец цитаты.
Прослушав депутатов, Чебесков для убедительности добавил в заключительном слове: «Миллионы граждан пользуются цифровыми валютами, оборот цифровых валют в нашей стране превышает триллионы в год, триллионы рублей в год. Это действительно огромная индустрия, которая уже работает.
Да, мы проводили законодательные эксперименты, естественно готовы поделиться этим. Но самый реальный эксперимент, который мы наблюдали, это вот реальность, которую мы видели, как работает индустрия. Здесь есть, в этом секторе уже работают определенные компании, наши граждане пользуются как отечественной инфраструктурой, так и западной или иностранной инфраструктурой, к сожалению. И поэтому возникла необходимость иметь собственную легальную инфраструктуру для работы этого рынка.
Правильно, что мы хотим отделить белый сектор экономики от черного сектора экономики, нелегального, потому что многие здесь говорили, что цифровыми валютами пользуются недобросовестные граждане в нелегальных целях. Это для них очень удобный инструмент, в том числе про те нелегальные казино».
Конец цитаты.
Председатель Комитета по защите конкуренции Валерий Гартунг из фракции СР склонен был поддержать правительство в данном вопросе: «…Цифровая валюта – это данность, хотим, нравится нам, не нравится. Мало того, я вам могу сказать, что нет стран, которым нравится, что появляется независимый эмиссионный центр… Как бы ведь основным признаком государства что является: монополия на силу, там контроль за собственностью, ну и эмиссионный центр.
Вот эмиссионный центр уходит, потому что децентрализованные протоколы, криптовалюта, как бы она государствами не контролируется.
Мало того, есть еще криптовалюты, которые вообще никем не контролируются, про них тут особо не написано ничего, такие как, например, Cardano. Если, например, криптокошельки какие-то можно заблокировать, то вот Cardano невозможно заблокировать, потому что там нет такого механизма.
Поэтому сейчас, особенно когда такой объем санкций навалился на Россию, естественно, российский бизнес старается, в том числе и предприятия, которые обеспечивают технологический суверенитет и обороноспособность страны, используют крипту, скажем так, в обеспечении своих экономических потребностей. И это данность.
Мы должны как-то этот процесс упорядочить, как-то его выводить из тени? Ну, должны конечно, потому что это данность, мы без этого обойтись не можем и, скорее всего, еще долгое время не сможем обходиться».
Конец цитаты.
Другую позицию во фракции СР представил Михаил Делягин.
«В этом законопроекте есть две вещи, с которыми нельзя согласиться на концептуальном уровне.
Вещь первая. То, о чем я спрашивал и получил замечательный ответ, что у нас же обеление. Обеление значит прозрачность, его, значит… У нас же все чиновники гордятся санкциями, как будто каждая санкция – это орден на грудь каждого конкретного чиновника, но из-под санкций мы выходим при помощи криптовалют, в том числе военно-промышленный комплекс. Обеление – это прозрачность, и военно-промышленный комплекс говорит: дорогие друзья, а как мы рассчитываться-то будем? Когда все централизованно, кому-то там в государстве прозрачно, а как у нас в государстве обстоит дело с сохранностью информации? Каждый депутат может сам проверить, зайти в не полностью запрещенную социальную сеть и почитать про себя все полное досье: телефоны, адреса, машины, покупки, на какой адрес он заказывает ту или иную доставку, в том числе из «Вкусно и точка», и так далее. Ну, «Вкусно и точка», может быть, не прокололся, но многие другие прокололись. И так же будет с ВПК. И в реальности некоторые предприятия сейчас думают, как они будут переезжать в другие страны, которые защищают свои национальные интересы, а не уничтожают их.
Второе. Один очень уважаемый человек в этом зале мне прямо сказал: «Вы знаете, вот я спросил студентов: «Сколько из вас работает с криптовалютой?» – и мне ответили, что, значит, 30 процентов». Я спрашиваю: «Простите, пожалуйста, а какую часть из этих студентов мы по закону должны будем репрессировать?» У нас у людей реально большое количество криптовалюты на руках. И далеко не все из них влезут в те ограничения, в те «игольные ушки», которые этим законопроектом предусмотрены. И о каком привлечении инвестиций можно судить при тех ограничениях, которые этот законопроект вводит не случайно, а сознательно? Тоже не очень понятно», – сказал Делягин.
Председатель ответственного Комитета по финансовому рынку Анатолий Аксаков попытался объяснить суть вопроса: «В основном криптовалюты используются для внешнеэкономической деятельности, и в соответствии с данным законопроектом предусмотрено, что криптовалюта для того, чтобы оплачивать товары и услуги внутри российского правового пространства, не должна быть использована. Для внешнеэкономической деятельности можно использовать, ну и как предмет для инвестиций граждан, бизнеса тоже может быть использована.
Ну и хотел бы также отметить, что рынок криптовалют, он будет регулироваться с точки зрения покупки этого инструмента квалифицированными и неквалифицированными инвесторами, поскольку это очень волатильный инструмент, очень рискованный. Ну и мы знаем, что зачастую операции с криптовалютами блокируются, особенно если эти операции осуществляют наши граждане. Поэтому в ходе обсуждения мы договорились, что объем операций в год неквалифицированными инвесторами не может превышать 300 тысяч рублей.
Также есть замечание к этому законопроекту, которое, на наш взгляд, ко второму чтению необходимо рассмотреть. Например, в тексте законопроекта говорится о том, что операции в так называемом черном списке криптовалют должны блокироваться… могут блокироваться с 1 июля текущего года, то есть после принятия закона. При этом официальные операции, которые могут проводиться в белую, фиксируются в законопроекте, что они могут осуществляться с 1 июля следующего года.
То есть вот не сопоставление этих двух дат, оно создает, ну, правовую такую коллизию, которую необходимо соответствующим законопроектом отрегулировать.
Также есть вопросы, связанные с работой криптовалютами банковских групп и банковских холдингов. По замыслу законопроекта, банковские холдинги могут работать, так можно сказать, более свободно, без соответствующих ограничений, а для банковских групп устанавливаются ограничения, которые…
Ну, и возникает вопрос, почему для одной части банковского рынка можно такие операции свободно проводить с криптовалютами, а для другой части банковского рынка создаются проблемы? И на наш взгляд, здесь необходимо прописать равные правила.
Ну, и в ходе дискуссии, может быть, основной вопрос, который возникал по использованию криптовалют с так называемыми кастодиальными и некастодиальными кошельками. Кастодиальные кошельки позволяют регулятору, соответствующим лицам, видеть, как проходит движение криптовалют и устанавливать соответствующим регулирующим органом определенное ограничение на операции с криптоактивами. А некастодиальные кошельки – это те кошельки, которые, в широком пространстве не используются, туда загоняется криптовалюта, ну, и далее в какой-то момент, когда, например, необходимо оплатить товары и услуги с помощью этой криптовалюты, они задействуются в экономическом обороте. Ну, и многие участники рынка, особенно вo внешнеэкономических сделках используют эти некастодиальные кошельки для того, чтобы в нужный момент оплатить товары и услуги, поставляемые к нам в страну.
И естественно, возник вопрос у участников рынка о том, почему не надо использовать такие кошельки для того, чтобы, в том числе, преодолевать санкционные решения?»
Конец цитаты.
Координатор фракции КПРФ Николай Коломейцев недвусмысленно упрекнул правительство в левой цели по цифровым правам для того, кого он, видимо, знает, но не скажет.
«Если вы тут пропагандировали, как хорошо игорная зона, а у нас Украина за счет нас через игорные все эти сайты выкачивает миллиарды долларов, понимаете, это на поддержку войны с той стороны. Но вы займитесь этим, пресеките эти все потоки, а вы все время предлагаете. У вас же, поймите, 260 страниц непонятного текста, я сомневаюсь, что и у вас кто-то комплексно понимает текст, который написали. А закон – это серьезное дело, закон должен решать проблемы страны, а не отдельных аффилированных групп.
Мы не можем поддерживать такие законы», – сказал коммунист.
Конец цитаты.
В Госдуме это было за два месяца до Тосуняна. Рынок наверняка уже отреагировал. Вот так закон работает до принятия.
Лев Московкин.
Фото Юлия Смагринская
