В философско-художественном проекте «Торжество меланхолии» представлены работы более 30 художников. Проект показывает подлинное, глубокое чувство меланхолии, которая торжествует в экспозиции спокойно и бессловесно, а зрителю остается за этим наблюдать.
Чучела свиристели и синицы, зажатые в бронзовых руках, вязаная ротонда, колоннами которой стали стволы берез, фотографии заброшенных мест и эстетика античной архитектуры. Продвигаясь по этажам, зритель испытывает спектр эмоций: от удивления до смятения, от умиротворения до беспокойства. И причина тому не только масштаб видимых объектов, а их суть и незаурядность.
Любопытно, что посетители едва ли смогут найти здесь живые человеческие образы, а потому созерцают этот безлюдный мир широко раскрытыми глазами, становясь свидетелями торжества природы в атмосфере глубокой грусти, упадка и отчуждения.
И все же здесь есть объект, где можно (хоть и издалека) взглянуть на людей. Это место спрятано за полотном – приоткрыв его, зритель попадает в небольшое завораживающее пространство. По бесконечной на вид поляне в непроглядную вьюгу движутся человеческие фигуры. 3D-анимация в серых тонах «Метель» группы «Синий Суп» отражает превосходство стихии над человеком.
«В эпоху рассеянного внимания, когда опыт сжат до коротких импульсов, меланхолия вводит этику остановки, возвращает человеку протяженность переживания», – сказано на странице выставки.
Нельзя не задержаться возле «Хора мандрагор» Всеволода Абазова. Издалека это причудливые пни. Подходишь ближе, и благодаря крошечным глазкам деревянные существа оживают. Однако это не единственная особенность инсталляции. «Хор» в названии не случаен – он был создан в соавторстве с композитором Марком Грибоедовым. «Мы искали сначала оперных певцов, потом поняли, что нам не хватает нижних частот, записали виолончель, саксофон и создавали композицию», – рассказывает художник.
Меланхолическое чувство связано с руинами – тем, что некогда было целым, завершенным, но оказалось подвластным времени. Среди инсталляций, созданных специально для «Торжества меланхолии», была создана «из руин» и работа Дани Пирогова «Нора». «Я обращаюсь к архетипу укрытия, к образу норы… вытащенной из ландшафта», – рассказывает автор.
Используя строительные материалы, изначально собранные и упорядоченные человеком, художник рушит их и пересобирает в новом качестве, раскрывая совсем иные свойства. Внутри деревянной оболочки скрыт белый бетонный кокон. Этот объект интригует и заставляет обходить с разных сторон, чтобы заглянуть внутрь замкнутой на вид структуры.
Ошеломляет с первых секунд четвертый этаж экспозиции, где реализм становится осязаемым до предела. На бегущей строке – текст песни из мультфильма «Умка». Только огромное чучело медведя совсем не дает схожих ассоциаций, как и чучела других животных неподалеку, по соседству с таксидермическими ушами персонажей сказок. Эта инсталляция Кати Исаевой, где объекты подписаны как «лоты», создана по мотивам книги братьев Стругацких «Понедельник начинается в субботу». НИИЧАВО (Научно-исследовательский институт Чародейства и Волшебства) закрылся, а предметы таксидермиста Кристобаля Хунты выставлены на аукцион.
Оказавшись среди застывших во времени и тишине животных, испытываешь нечто холодное и чужое. И все-таки хочется тут пребывать и проникаться так продуманно устроенным пространством запредельного искусства, где меланхолия празднует свой абсолют.
Ruarts представил действительно масштабный проект с особой энергетикой, которая возрастает с каждым увиденным объектом. Это холодная красота в руинах поистине и есть торжество пронизывающего ощущения меланхолии. Смотреть здесь нужно медленно, чтобы погрузиться в тягучее, сложное, многогранное состояние.
Софья Абаджиди.
Фото автора
