Шостакович вместо сумбура

25 сентября музыкальный мир отмечает 120-летие со дня рождения выдающегося композитора XX века Дмитрия Шостаковича. В честь этого события 22 сентября в «Геликон-опере» стартует масштабный фестиваль «Шостакович вместо сумбура». Наш обозреватель беседует с художественным руководителем театра Ильёй Ильиным.

- Илья Анатольевич, название вашего фестиваля отсылает к статье «Сумбур вместо музыки», опубликованной в «Правде» в 1936-м. Статья была направлена против оперы Шостаковича «Леди Макбет Мценского уезда», раскритикованной Сталиным, и стала тяжелым ударом для композитора: после ее выхода Шостакович десятилетиями балансировал между официальным признанием и опалой. А что для вас сегодня означает понятие «сумбур» в современной музыке?

- Сумбур в музыке - это отсутствие у исполнителей понимания стиля, необходимого для убедительной интерпретации авторского замысла композитора. Сумбур в музыке – это дилетантизм. Всегда находились дилетанты, которые считали возможным самоутверждаться за счет музыки гениев.

Дмитрий Дмитриевич Шостакович был человеком с абсолютно ярким почерком, индивидуальным, ни на кого не похожим стилем. Он был совершенно гениален во всех своих произведениях: его музыку не спутаешь ни с какой другой.

Конечно же, злополучная фраза Сталина и статья в «Правде» сильно изменили отношение Шостаковича и к музыке, и к людям. А мы, потомки, в результате не дополучили возможных оперных шедевров. Дмитрий Дмитриевич больше стал писать симфонической музыки, произведения для инструментальных ансамблей, концерты для сольных инструментов с оркестром, киномузыку. Но от оперы его эта статья отвернула навсегда.

- Самое удивительное - это то, что критике подверглась как раз «Леди Макбет Мценского уезда»…

- Которая стала невероятно популярна в мире особенно в последние двадцать лет. К своему стыду, я Лескова в юности не читал. Но, услышав грандиозную музыку Шостаковича, взял в руки и саму книгу. Правда, сразу понял, что это совершенно два разных произведения, масштаб которых не сопоставим. Потому что на основе произведения Лескова Шостакович создал грандиозную и абсолютно русскую музыкальную драму.

«Леди Макбет Мценского уезда», по сути, сегодня является визитной музыкальной карточкой России. Ведь кого из наших композиторов, помимо Чайковского, чаще всего исполняют за рубежом? Прокофьева и Шостаковича.

Что касается «Леди Макбет Мценского уезда», то это - абсолютный шедевр, образец оперы XX века, неподражаемая, никем не взятая вершина. Это касается и формы произведения, и его масштаба, и той философии, которую вложил в произведение Шостакович.

- Вроде бы он написал эту оперу, будучи достаточно молодым?

- Да, в 26 лет. Когда смотришь на фотографии композитора того периода, то не можешь себе представить, что этот юный еще человек создал столь величественное полотно. Скажу больше: я убежден, что Шостакович был личностью, которая с высшими силами, с Богом общалась напрямую, без посредников.

-  Как и Моцарт у Пушкина?

- Верно. Ведь о чем Александр Сергеевич писал в «Маленьких трагедиях»? О том, что кому-то дано напрямую получать знания из высшего источника, а кому-то нет. Не случайно ведь Сальери никак не может понять, в чем гениальность музыки Моцарта? Сальери говорит: «Звуки умертвив, музЫку я разъял, как труп…»  Разъял, но загадку Моцарта так и не постиг. Вот как раз в этом разъятии и видится ремесленничество. Согласны?

- Согласна. Потому что творчество это – «пойти туда, не знаю куда», а ремесленничество – тиражирование знакомой формулы успеха.

- При всем, Сальери ведь — гениальный композитор, весьма уважаемый современниками и потомками. Он создал много чудесной музыки. Конечно же, он никогда не травил Моцарта, это все художественный вымысел Александра Сергеевича.

А Шостакович, как и Моцарт, был тем человеком, который напрямую общался с Богом, я в это верю. Потому что гениальные произведения (и мы, музыканты, это отлично знаем), не рождаются в голове. Они приходят в голову.

- Из Божественного источника?

- А вот это еще один интересный вопрос. Помните оперу Антона Рубинштейна «Демон»? Если взглянуть на нее с музыковедческой точки зрения, становится понятным, что в этой опере основная часть музыкального материала качественная, но не более того. И эта опера не прожила бы полтора столетия, если бы не две совершенно гениальных арии «Не плачь, дитя» и «На воздушном океане». Но обе эти фантастические арии принадлежат… Демону. И если допустить мысль, что Бог «говорил» напрямую с Моцартом, пока тот сидел за инструментом и писал свою музыку, то кто тогда говорил с Рубинштейном? Вопрос…

Вы, кстати, никогда не задумывались, почему, когда труппа русского театра поет «Евгения Онегина» где-нибудь в Японии без перевода, то японцы плачут в тех же местах, где обычно плачут и русские? И почему японцы смеются в тех же местах, где смеются русские?

- Почему же?

- Да потому что музыка — общечеловеческий язык общения, понятный каждому. И этот язык стопроцентно придумал не человек.

Возвращаясь к Шостаковичу и «Леди Макбет Мценского уезда»: после этой истории композитор опер практически не писал. Были попытки, но безуспешные. Оперу «Игроки» Дмитрий Дмитриевич не закончил. И это яркий пример того, как общество сломало художнику крылья.

- При всем том жизнь Шостаковича достойна киносценария. В девять лет он написал первое произведение. Подрабатывал тапером в кинотеатре «Светлая лента». В тринадцать поступил в консерваторию. В двадцать к нему пришла мировая известность. Во время войны служил в пожарной части и одновременно писал знаменитую 7-ю симфонию….

- И еще Шостакович был героем огромного количества анекдотов. А анекдоты у нас в народе слагают исключительно о людях, которые вызывают живой интерес. Шостакович был человеком достаточно закрытым, всегда окруженным ореолом таинственности. Многие интересовались его жизнью, но не могли его «раскусить». Даже есть анекдот про эту его закрытость.

- Расскажите?

- Заходит Шостакович в подъезд своего дома, а там два мужика распивают бутылку и спрашивают: «Третьим будешь»? Он соглашается. «Звать-то тебя как?» - «Дмитрий». – «Кем работаешь?» - «Композитор я» - «А… Ну, не хочешь - не говори».

- Смешно… Но у него же, несмотря на закрытость, были настоящие друзья? Например, тот же Мстислав Ростропович? Их отношения ведь вышли за рамки профессионального сотрудничества, став настоящей дружбой…

- Так и есть. И наш «Геликон-опера» очень дружил с Мстиславом Леопольдовичем Ростроповичем: было много совместных спектаклей и выступлений. Как-то на одном из концертов Ростроповича спросили, кто для него самый важный человек в жизни. И он сказал интересную вещь: «Вот когда я умру, а я когда-нибудь умру обязательно, первое, кого я хочу встретить там, это - Шостакович». По словам Ростроповича, в Шостаковиче всегда была тайна, которую хотелось разгадать. Дмитрий Дмитриевич был настолько глубоким человеком, что разговаривать с ним было сродни разговору с Вечностью.

Кроме того, Шостакович - один из немногих, кто всё, что писал, пропускал через сердце. Как и Чайковский. Чайковский писал слезами, потому что каждый герой его опер – близкий Чайковскому человек. Он искал образы в своем окружении. Шостакович хоть и не плакал над своими произведениями, но все абсолютно пропускал через свою жизнь и через события своего времени. И если бы вокруг не было тех переломных моментов в истории страны, какие случились в его бытность, то, конечно, не было бы и того Шостаковича, которого мы знаем. Он - абсолютный рупор своей эпохи.

- А кто из артистов сразу же откликнулся на ваш призыв принять участие в фестивале, посвященном Шостаковичу?

- Шостаковича любят все, поэтому и принять участие хотели все. Но поскольку всех включить в недельную программу было совершенно невозможно, мы остановились на самых больших друзьях театра.

Ну, во-первых, это, конечно же, Юрий Абрамович Башмет и его камерный ансамбль «Солисты Москвы». Маэстро согласился сразу. Я с большим пиететом отношусь к нему, к его творчеству, к его оркестрам. Вместе с Башметом будет играть великолепный пианист, лауреат международных конкурсов Филипп Копачевский, чему я очень рад.

То же самое и с Большим симфоническим оркестром им. П. И. Чайковского. Художественный руководитель оркестра, народный артист СССР Владимир Иванович Федосеев, более четырех десятилетий определяет лицо этого коллектива. А в нашем театре он без малого десять лет является главным приглашенным дирижером. Мы дружим не только с Владимиром Ивановичем, но и с музыкантами БСО. И с нынешним главным дирижером коллектива Арсентием Ткаченко. Это совершенно фантастический дирижер, молодой, яркий и смелый.

Ну и будет, разумеется, заслуженная артистка России Екатерина Мечетина, которую знают все, потому что она - борец за права музыкантов, за сохранение и развитие музыкального образования в России. Она, помимо своей концертной, ведет еще и большую общественную деятельность. Ее знает вся Россия и, конечно, это очень важное имя на нашей сцене.

Выступит на фестивале и Государственная академическая хоровая капелла России имени А. А. Юрлова. Капелла – коллектив, которым руководил в свое время профессор, у которого учился я сам. Мое первое образование - дирижер хора. Я учился в Гнесинской академии у выдающегося мастера, народного артиста СССР Станислава Дмитриевича Гусева. В те времена он был руководителем капеллы, а до того - главным хормейстером в Большом театре. Я, учась в Гнесинке, мечтал попасть именно в капеллу. Но в моей жизни появился театр «Геликон-опера», и я счастлив, что пришел сюда артистом хора, а далее стал развиваться именно в этих стенах. Память о Станиславе Дмитриевиче для меня священна.

Сейчас капеллой руководит народный артист России Геннадий Александрович Дмитряк – дирижер, встречи с которым я жду всегда! Вообще, в капелле поет огромное количество моих друзей.

Примет участие в нашем фестивале и Большой сводный хор менделеевского хорового конгресса под руководством Бориса Тараканова. Это - огромный коллектив. Положа руку на сердце, скажу, что Боря Тараканов и его артисты, которые не являются профессиональными певцами, очень часто поют гораздо лучше, чем многие заслуженные коллективы.

25 сентября будет исполнена сатирическая кантата «Антиформалистический раёк», где одну из главных партий исполняет персонаж очень похожий на… Сталина. Прозвучит  цикл «Из еврейской народной поэзии» - это страшная и великая музыка своего времени. Зритель также услышит вокально-симфоническую поэму «Казнь Степана Разина» с участием 400 (!) артистов. Уверен, что масштабность этого действа запомнится надолго не только зрителям, но и самим исполнителям.

- Я слышала, что в один из дней будет исполнена опера «Леди Макбет Мценского уезда», о которой мы столько говорили. И что впервые за пультом легендарной постановки Дмитрия Бертмана будет один из лучших дирижеров современности, главный дирижер Московского академического музыкального театра им. К. С. Станиславского и Вл. И. Немировича-Данченко Феликс Коробов. Часто такие вот коллаборации у вас случаются?

- Феликс Коробов – не просто давний друг театра. Это брат. А для кого-то даже и отец. Это дирижер, которого в «Геликоне» очень любят. Он невероятно плодотворный человек, успевает везде: и в Москве, и в Италии, и по всему миру.

- А как в ваш список участников затесался Московский театр кукол Бориса Голдовского?

- Борис Павлович – потрясающий мастер, мы познакомились относительно недавно. У нас будет премьера совместного спектакля «Шостакович-сказки», который обязательно войдет в репертуарную афишу  «Геликон-оперы». А история создания этого спектакля такова: Дмитрий Александрович Бертман дал мне партитуру «Сказки о глупом мышонке», так как нам был нужен репертуар для детей, ведь это опера для самых маленьких. А тут - юбилей Шостаковича, и, конечно, я сразу вспомнил про эту сказочную миниатюру. Но она очень короткая, всего на 15 минут, поэтому возникла мысль объединить ее с другой музыкой Шостаковича для детей в единый спектакль. Да так, чтобы это не только дошкольникам нравилось, но и подросткам, и их родителям. Поэтому мы собрали произведения, которые Шостакович писал для детей и для киноэкрана. Это будет музыка, которая была написана для мультфильмов, к примеру, «Сказка о Попе и работнике его Балде».

- Шостакович ведь написал музыку и к 36 игровым взрослым фильмам, включая «Гамлета» и «Короля Лира» Козинцева, трилогию о Максиме, «Молодую гвардию», «Овод»….

- Да, в кино мастер увидел новые возможности. Кстати, как раз музыку к «Гамлету» у нас будет играть на фестивале Большой симфонический оркестр имени Петра Ильича Чайковского.

- Фестиваль продлится неделю. Что точно, с вашей точки зрения, нельзя пропустить в эти дни?

- С моей точки зрения, нужно на все прийти просто потому, что будут разные исполнители, и каждый из них - интерпретатор Шостаковича, это особенно важно.

В первый день фестиваля можно будет услышать Симфонию № 13 «Бабий Яр». Солист – один из лучших басов мира Алексей Тихомиров. Там задействованы сразу 100 артистов мужского хора – это большое мужское певческое братство. «Бабий Яр» - история нашей страны, история трагедии, это Шостакович и Евтушенко. Мне кажется, более сильного отклика на эти трагические события невозможно себе представить.

Во второй день, 23 сентября, состоится выступление Юрия Башмета, «Солистов Москвы» и Филиппа Копачевского – тоже нельзя пропустить.

24 сентября прозвучат лирические и сатирические произведения Шостаковича. В особой программе «Вокальная лирика» композитор представлен как мастер вокальных миниатюр. Примадонна нашего театра, народная артистка России Наталья Загоринская, представит молодых солистов в концерте. А профессор Дина Кирнарская расскажет зрителям много интересного про эпоху Шостаковича.

26 сентября состоится премьера детского спектакля в уютном Белоколонном зале с его семейной атмосферой. Кстати, наши артисты все это время учатся управлять куклами, постигают это сложнейшее искусство. И вместе с геликоновцами на сцену выйдут артисты Московского театра кукол. В этот же день Большой симфонический оркестр имени Чайковского вечером будет играть киномузыку и первый концерт для фортепиано с оркестром, солистка - Екатерина Мечетина.

Завершим неделю оперой «Леди Макбет Мценского уезда», одним из самых легендарных спектаклей нашего театра. За дирижерский пульт этого спектакля впервые встанет Феликс Коробов.

Главное: для нас фестиваль «Шостакович вместо сумбура» - возможность собрать друзей и вместе исполнить гениальную музыку.

- С друзьями легко музицировать?

- Когда на сцене собираются единомышленники, неизбежно создается особая атмосфера. Мы становимся одной большой и дружной семьей. Именно поэтому мы очень ждем начала фестиваля!

Беседовала Елена Булова.

Фото предоставлены пресс-службой театра «Геликон-опера»