Советское монументальное искусство – «заказное и потому неискреннее, пропагандистское и лживое» – долгое время не было предметом внимания искусствоведов, а его сохранение не считалось необходимым (как и сохранение имен художников).
Творческое наследие Бориса Чернышёва – одного из наиболее ярких представителей московской школы мозаики – дошло до нас благодаря его дочери и коллегам. Оно неисчерпаемо: здесь, помимо самого монументального искусства, и графика, и скульптура, и живопись. Борис Чернышёв смело экспериментировал с материалами: писал по газете, кальке, мозаики делал из ракушек, смальты, камней… По словам дочери художника, он более всего ценил и оберегал свою творческую свободу и всегда был очень тактичен и внимателен по отношению к окружавшим его молодым художникам.
Борис Петрович Чернышёв родился 6 августа 1906 года в деревне Городищи (сейчас – поселок Свердловский Щёлковского района Московской области) в многодетной семье школьного учителя. С раннего детства тяготел к рисованию. Окончил ВХУТЕМАС, а затем академию художеств в Ленинграде. Его учителями были Лев Бруни, Владимир Фаворский, Кузьма Петров-Водкин.
По окончании академии художеств в 1931 году Борис Чернышёв устроился художником-оформителем на Люберецкий завод сельскохозяйственного машиностроения. Помимо плакатов, диаграмм и графиков выполнения государственного заказа на изготовление различной сельхозтехники он выполнил две росписи на стенах – «Торжество освобожденного труда» и «Демонстрация на Красной площади». Работы вскоре были уничтожены по решению заводского руководства, сфотографировать их художник не успел. Он тяжело переживал случившееся, но с тех пор все созданные произведения старался фиксировать, хотя это не всегда удавалось.
Далее Борис Петрович работал в разных учреждениях Москвы. Его монументальные росписи в музейной комнате женского трудпрофилактория на 2-й Мещанской улице высоко оценили французская правительственная делегация, посетившая тогда СССР, и художник Владимир Фаворский. Он же в 1935 году пригласил Бориса Чернышёва в коллектив монументалистов при академии архитектуры. Там с 1936 по 1941 годы он создал ряд работ: сграффито на шлюзовых сооружениях в Карамышеве, росписи в административном павильоне ВСХВ, павильоне «Поволжье» и театре Красной армии. Летом 1941 года, когда Москву уже бомбили немцы, художник заканчивает сграффито «Игры детей» на жилом доме 2 в Оружейном переулке (сейчас – улица Фадеева).
С августа по ноябрь 1941 года Борис Чернышёв находился в действующей армии под Тулой, а 1942 и 1943 год провел в запасных воинских частях в Чувашской, Марийской и Удмуртской АССР. В свободное время он рисовал, используя для этого простые подручные средства. По словам художника, здесь он «сделал вдвое больше, чем за всю прошлую жизнь, а может быть, и больше».
В марте 1945 года Чернышёв участвовал в ожесточенных, кровопролитных боях на Западном фронте. За мужество он был награжден орденом Славы III степени, медалями «За отвагу», «За боевые заслуги», «За взятие Кёнигсберга».
После победы над Германией художник вместе со своим соединением оказывается в Улан-Удэ, откуда через Монголию доходит до Порт-Артура. На основе сделанных во время многокилометровых переходов беглых набросков Борис Чернышёв создал большую серию темперной живописи.
В послевоенные годы художник участвует в проектировании высотного здания Министерства иностранных дел на Смоленской-Сенной площади, создает мозаичные панно для Зеленого театра в парке Горького, расписывает кассовый зал Белорусского вокзала, под руководством Павла Корина выполняет мозаику «М. И. Кутузов» на станции «Комсомольская» Кольцевой линии метро. Вероятно, во время работы над последней он и познакомился с художниками Тамарой Шиловской и Антониной Корноуховой, вместе с которыми он впоследствии реализует ряд проектов. Один из них – мозаично-фресковая композиция «Искусство», предназначенная для кинотеатра «Россия» (впоследствии была установлена во дворе жилого дома на улице Усиевича). Именно с нее началось творческое содружество Чернышёва и Шиловской. На фасаде того же дома размещалось панно «Тамара», созданное в процессе работы над проектом памятника Лермонтову.
Первая мастерская Бориса Петровича находилась на крыше библиотеки имени Ленина. Там он начал создавать мозаики из смальты и керамической метлахской плитки, оставшейся в помещении от художников, работавших до войны над проектом Дворца Советов. С крыши открывались великолепные виды на исторический центр, вдохновившие Чернышёва на написание произведений из серии «Послевоенная Москва». Осенью 1963 года у Бориса Чернышёва наконец появилась большая комната-мастерская в складских помещениях ГУМа в проезде Сапунова (нынешнем Ветошном переулке). Художник Александр Корноухов в книге «Был путешественник» так описывает ее: «Это было кубическое помещение с выходом прямо на улицу, с двумя всегда закрытыми окнами. Стен не было видно, т. к. везде слоились плитка с мозаикой, планшеты и картины. Пройти можно было несколько шагов по диагонали. В низких частях мастерской лежал многотонный груз камней, смальты, цемента, извести, досок. В этой же мастерской все же происходили занятия рисунком по средам и пятницам, вечером, и набивалось 10–12 человек». Некоторые из посещавших занятия впоследствии станут соавторами Чернышёва – например, Анатолий Слепышёв или Виталий Гридин.
1960-е годы стали самыми плодотворными для художника: он оформляет вместе с Виталием Гридиным, Александрой Лукашевкер, Тамарой Шиловской и Антониной Корноуховой центральный вход Дворца пионеров на Миусской площади. Пробует соединить современную архитектуру и мозаику из натурального камня в оформлении пансионата на Клязьминском водохранилище и жилого дома на Ленинградском проспекте. Камни он собирал повсюду, из них же готовил краски, растирая на мраморной доске.
В фойе кинотеатра «Волга», построенного в 1967 году, разместилось 24-метровое серо-голубое панно из больших фактурных кусков смальты с крупным рисунком, созданное Борисом Чернышёвым совместно с Тамарой Шиловской, Александрой Лукашевкер, Виталием Гридиным и Анатолием Слепышёвым. Мозаику в кинотеатре «Первомайский» мастер не успел завершить: он скончался от инсульта в 1969 году. Работу закончили его ученики.
Произведения Бориса Чернышёва по большей части не сохранились. Те, что дошли до наших дней – в очень плохом состоянии. К тому же у них отсутствует охранный статус. Пожалуй, наиболее счастливой оказалась судьба мозаик из кинотеатра «Первомайский» – они были отреставрированы и разместились в музее на третьем этаже районного центра, построенного на месте снесенного кинотеатра. Неопределенно будущее мозаик из кинотеатра «Волга»: уже несколько десятилетий здание заброшено, планируется его снос и строительство на этом месте жилого дома.
Дарья Константинова.
Фото boris-chernyshev.ru и pastvu.com
