Образование — заколдованный круг

Заседание Московского общества испытателей природы по особо актуальной теме реформ просвещения провел в четверг, 5 ноября, историк науки Сергей Багоцкий.

Докладчик избрал конкретную простую тему 60-летия реформы просвещения 1966 года. Именно тогда было введено обязательное всеобщее среднее образование. Однако ограничиваться одним вопросом невозможно, и на заседании была представлена ретроспектива реформ образования, начиная с появления советской власти. Тогда двери университетов открыли всем желающим без экзаменов и отбора. Уроков в школе как таковых не было, «обучение» проходило примерно так, как теперь принято в США. Учитель ничего не значит, и его никто не слушает. В стране развернулась кампания полубезумных педагогических экспериментов. С этим власть постепенно справилась. Конечно же, не без перекосов. Было введено платное образование в старших классах и университетах. Затем образование вернули к дореволюционному раздельному обучению мальчиков и девочек. Реализовать это в малых поселках и на селе было невозможно. В преподавании математики был затеян эксперимент под именем великого Андрея Колмогорова. В этой истории наш крупнейший математик играл роль «свадебного генерала» и только кивал. Теперь со ссылкой на Колмогорова нельзя было говорить о равенстве треугольников; правильно сказать, что треугольники конгруэнтны.

Что означает это слово, при обсуждении вопроса никто не объяснил. Сегодня это огромная проблема в тематике международной науки и образования. Поток слов обгоняет здравый смысл.

Одна из самых здравых идей беспартийного ректора МГУ Ивана Петровского утонула в вихре критики. Ректор предложил собирать для высшего образования в МГУ талантливых детей по всей стране, независимо от их социального положения и платежеспособности родителей.

Вот так и идея обязательного всеобщего среднего образования тоже была встречена враждебно, причем прежде всего учителями. Они уже не могли просто по собственному усмотрению отчислять неугодных учеников, шантажируя угрозой «пойдешь в ремеслуху».

В XIX веке в Российской империи возникли реальные училища на базе существовавших ранее реальных гимназий. Древние языки уступили место точным наукам. Ремесленные училища, достойные наследники дореволюционного образования по рабочим профессиям, согласно идее Сталина, спасли страну во время Великой Отечественной войны. Задолго до войны было очевидно, что избежать ее невозможно и мужчины уйдут на фронт. Заменить их должны были подростки, обученные рабочим профессиям.

Ремесленные училища давали несколько сокращенное среднее образование и право поступления в вуз, как после обычной школы.

В России с дореволюционных времен важнейшую роль в образовании и, скорее, в самообразовании традиционно играли научные и научно-популярные журналы. Они несли в массы свет того знания, которое нужно людям для реальной жизни, независимо от академиков и любых других статусных ученых. Например, медицинские журналы были доступны сельскому врачу, и никакие баллы НМО ему были не нужны.

В 1970-х годах в русской науке была проведена настоящая спецоперация, которая резко усилила научно-популярную периодику за счет реальной естественной науки. Фактически возникла новая наука, и в нее вошли непопулярные в высокоученой среде имена. Научная спецоперация была проведена по подобию того, что было сделано для культуры, литературы и поэзии через незабываемый журнал «Юность». Заседание МОИП прошло в помещении районной библиотеки на улице Вавилова, где на стендах красовались свежие номера журналов «Наука и жизнь», «Знание – сила». Тематика статей современная и более чем актуальная, форма подачи - яркая и привлекательная.

Образование само по себе никогда не было одинаковым. Правила игры постоянно менялись, учебники создавали люди без педагогического опыта. Нельзя сказать, что это было во всем плохо. Например, один из лучших учебников по математике содержит диагностический принцип системы, почему-то до сих пор недоступной в статусном образовании.

Самый главный вопрос - что происходит в образовании сейчас - высокое собрание МОИП раскрыть, видимо, не может. Сегодня в России столкнулись две противоборствующие силы. С одной стороны, вместо ненавистной коммунистам «Болонки» на месте двух уровней разрослась какая-то ядовитая многоуровневость. Свято место марксистско-ленинской философии заняло что-то уже совсем непонятное. Какая-то такая философия, которая нужна исключительно для замещения сил и средств образования на то, что вообще никому не нужно.

Плата за образование стала совсем несуразной. В прошлом она составляла примерно треть средней зарплаты, точнее не объяснили. Народ тогда был совсем нищий, и перед руководством страны непосредственно после войны встал вопрос о резком сокращении притока студентов в высшее образование. Сегодня плата за образование может быть выше зарплаты, причем именно за обучение по тем специальностям, которые особенно остро нужны стране.

С другой стороны, именно в России присутствуют два важнейших фактора развития или, по крайней мере, хотя бы их потенциальная база. Если в прошлом школьникам пытались запихнуть под именем Колмогорова теорию множеств вместо арифметики, то теперь у нас есть возможность изучения и обучения таким наукам, как синергетика, экология, реальный эволюционизм. В советское время, если что-то такое было, то только уделом очень узких специалистов.

К общему знаменателю участники дискуссии, естественно, не пришли, сохранив уважительное отношение друг к другу и надежду на понимание, чему же все-таки нужно учить, чтобы дать возможность стране развиваться.

Не было никаких сомнений, что пузырь ИИ лопнет. Неожиданным оказалось то, что так быстро. Непомерные вложения в ИИ привели Китай к катастрофе на фондовом рынке. В США берут на работу уволенных в связи с введением ИИ, обслуживание которого требует персонала больше, чем работа без него. Штаты, по-нашему «государство», проводят референдумы против дата-центров. Они требуют огромного количества электроэнергии, отнимая ее у производства и социалки. Цена на электроэнергию растет, и предвидится коллапс в стране.

Сказка - ложь, да в ней намек. Учить надо прежде всего классический набор дисциплин: математика, физика, химия, биология. Классику должны знать все без отмазы насчет творческого характера личности для лентяев.

Читатели книг отлично знают о бурной судьбе образования и в России, и в мире. Например, роман «За стеклом. Окно в Париж 1968» французского писателя Робера Мерля описывает охвативший западный мир студенческие волнения, которые по факту лишили молодежь возможности учиться. А это был разгром советской модели образа жизни, науки, культуры и политики. О чем мы знаем сейчас. Но что происходит сейчас, нам не рассказали. Мне кажется, то же самое.

Незабываемый роман Вениамина Каверина «Два капитана» в первой своей половине описывает судьбу будущего генетика Михаила Лобашёва. Автор ничего не придумывал, а узнал лично от прототипа его персонажа. Мальчик сильно заболел, а очнулся в другой стране. Инфляция кончилась, деньги стали маленькие, в школу вернулось классно-урочное обучение без собраний и митингов.

Таким образом, у нашей страны есть опыт реформ образования на любой вкус, по любому случаю. Что выберет история, мы пока не знаем, хотя зависит это в значительной степени от нас самих.

Лев Московкин, Наталья Вакурова.