Для человека нет ничего более важного, чем его собственная история

И потому нет нигде больше столько заблуждений, как именно в теме этногенеза. Отделить редкую истину от надежно упакованной истины практически невозможно.

Разные методы исследования дают несовместимые результаты — сравнительная анатомия, морфология древних людей в палеонтологических отложениях, секвенирование геномов или коллагена, коль он лучше ДНК сохраняется в земле.

Так вот, все эти данные не сочетаются.

Во вторник, 22 сентября, историк науки Сергей Багоцкий провел заседание секции Московского общества испытателей природы по эволюции материи, на котором всесторонне представил многообразие идей об этногенезе.

Сегодня общепринятой концепцией этногенеза считается теория двух скачков. Все иные идеи относятся к маргинальным.

Первый скачок произошел 3,2 млн лет назад у Кенийского человека, когда появились первые орудия труда в виде разбитой гальки с острыми краями.

Второй скачок соотносится с появлением речи у Homo sapiens sapiens.

Homo sapiens sapiens — это современный подвид человека, появившийся в Африке около 160–300 тысяч лет назад и являющийся единственным ныне живущим представителем рода Homo.

Устройство гортани неандертальцев не позволяло произносить большое количество звуков. Был ли у них язык жестов - неизвестно. В данном случае имеется в виду именно членораздельная речь.

Язык и речь - не одно и то же. Оперировать словами проще, чем образами.

По информации Багоцкого, речь сначала использовалась в том же качестве, как сегодня обсценная лексика или попросту мат, чтобы закрепить собственное превосходство над собеседником на социальной лестнице.

Сегодня столь простой способ построения микросоциальных отношений в русском языке применяется реже, чем для обозначения плохого настроения, самочувствия и абстрактного недовольства, также в качестве сигнала тревоги. Например, чтобы отпугнуть прохожего от идущего поезда. Маргарита Симоньян использовала матерное слово, чтобы пробить стену отторжения истины или сорвать систематическое повторение общепринятого бреда. Человечество как бы впало в детство и, подобно ребенку, в присутствии высших гостей кто-то обязательно скажет что-то шокирующее, чтобы завладеть вниманием общества. В русском языке к обсценной лексике относятся три слова и их производные, то есть обозначения половых органов и процесса.

Русские реже англосаксов стремятся к унижению собеседника, а для выстраивания паритетных отношений грубость может быть применима в исключительных ситуациях. Для англичан унижение противника остается доминантой, как бы их эволюция остановилась на начальном этапе появления современной формы человека. Для примера можно вспомнить дебаты кандидатов в президенты США Байдена и Трампа.

Старики в возрасте, когда пора думать о вечном, изощрялись во взаимном унижении подобно молодым петушкам на тренировке войны за место под солнцем над курицами. В состав обсценной лексики английский язык вовлекает все больше слов с подсознательным совпадением по семантике. Например, «джек».

Скачков, в точном понимании они называются арогенезами, было, конечно же, не два, а много. Обретение все более совершенных форм опосредованного общения человек изобретает все больше. Например, античная скульптура или язык Пушкина. Каждый успех определялся глубокими генетическими изменениями в сторону прогресса. Более совершенный человек приобрел способность к паритетному взаимодействию, к системным решениям без сиюминутного результата для автора на основе латеральных или эвристических находок-прозрений.

Иными словами, изобретает не сам человек, а его генетическая природа.

Признаком расовой прогрессивности служат качественные породные собаки. Например, узнаваемым атрибутом древнеегипетской цивилизации стали собаки на охране храмов от вандалов.

С другой стороны, неспособность различать красоту и уродство или истину и ложь, исполнять взятые на себя обязательства, соблюдать принятые и согласованные правила игры, не нарушать естественное право.

Отсутствие перечисленного означает варварскую примитивность происхождения.

Историк науки Сергей Багоцкий исходит из установки единого вида современного человека с единством происхождения, условно говоря, от одной пары - Адама и Евы.

Столь экстремально узкое «горлышко бутылки» приводит к тяжелым последствиям на примере множества религиозных общин с происхождением от ограниченного числа супружеских пар. Огромный генетический груз в размере семи летальных эквивалентов превращает компрессию численности в дубину оглушительного поражения примитивных рас. Можно много спорить, но объем генетического груза у древних народов значительно меньше, на мой взгляд.

Наиболее надежным критерием эволюционного прогресса у человека следует считать совместную заботу о потомстве родителей при участии их родителей с облигатным сохранением так называемых традиционных ценностей. Сам факт, что такой простой критерий вызывает споры на международном уровне, служит приговором спорщикам.

Более примитивные расы неспособны построить полноценное государство и склонны к разным способам паразитизма, включая эффективный против рас зомби-паразитизм. Любой паразитизм в теории может считаться формой прогресса, но в любом случае он сопровождается вторичным упрощением, и, по сути, это билет в один конец.

Расовый паразит вследствие вторичного упрощения не способен даже организовать процесс своего паразитизма и использует более продвинутых представителей расы-мишени. Это не обязательно предатели, современные ИТ-методы вербальной генетической инженерии позволяют управлять как отдельными людьми, так и расой в целом через их количество.

Победить Орду невозможно, она деградировала по внутренним причинам. Сегодня мы видим процесс деградации новой синтетической Орды англосаксов.

Сергей Багоцкий отказывается строить модели человеческого будущего, сохраняя надежду вернуть себе признание научного сообщества. Истинную картину ситуации в науке настоящий ученый гонит от себя, как наваждение страшного сна, и таким образом лишает себя возможности познания.

Однако человек, который вопреки воле ректора Виктора Садовничего исполняет роль ликвидатора МОИП и лишил историка науки формального статуса, тем самым себя лишил возможности познания еще раньше. Такова цена научного статуса. Типичный пример зомби-паразитизма.

Агрессор встраивается в систему жизнедеятельности жертвы, утрачивает за ненадобностью собственную полноценность и рискует собственным будущим, попав в абсолютную зависимость от своей жертвы.

Признаком зомби-паразитизма служит стремление кастрировать женщин чужой расы, методами вербальной генетической инженерии заставить людей отказаться от деторождения, навязать свою «культуру» с заменой красоты уродством.

С приведенными аргументами историк науки не соглашается в соответствии с аморфной доминантой научного сообщества. Если бы причиной разногласий было только это, можно было бы пытаться спорить дальше. Однако есть два простых и конкретных зоологических критерия вида: в различии полового поведения и строении половых органов. Обычно при вторичной симпатрии ареалов вырабатываются механизмы репродуктивной изоляции путем дизруптивного отбора против бастардов.

Из-за изменений климата появляются гибриды разных видов медведей. Древняя девочка из Денисовой пещеры на Алтае оказалась свидетельством существования неизвестного ранее вида ископаемого человека. Но она не была его чистым представителем, это гибрид неандертальца и денисовской женщины.

Согласно Википедии, этногенез — это процесс, который включает в себя сложение этнической общности на основе различных этнических компонентов. Этот процесс является начальным этапом этнической истории и может привести к включению других ассимилируемых групп, дроблению и выделению новых этнических групп. Важным аспектом этногенеза является его отражение на культурных традициях, языке, религии и обычаях. Процесс этногенеза может привести как к сохранению уникальных черт отдельных этносов, так и к их смешению, что, в свою очередь, обогащает культурное разнообразие.

Соответственно, представляется наиболее реалистичной точка зрения альголога Галины Беляковой о невозможности построить единое древо жизни, неизменно получается путаница мангровых зарослей.

Если человек, эукариота, и сама жизнь когда-то возникли, каждое такое событие не могло случиться один раз.

Лев Московкин.