Театральный опус про Мишу Бальзаминова

Студенческий театр Института современного искусства восстановил свою публично открытую деятельность после двухлетних пандемических ограничений. 30 марта в большом зале ИСИ с аншлагом прошла премьера спектакля «Театральный опус «Бальзаминов!!!». Его поставил режиссер Эдуард Ливнев, художественный руководитель курса – Дарья Михайлова.

Актеры чудовищно переигрывают (особенность жанра?), произносят текст буквально на надрыве, будто каждый миг на этой сцене - последний в этой жизни вообще. Весь спектакль, все полтора часа - сплошная кульминация.

Публика настроена на резонанс. Живую ткань зрительского зала составили мамы, папы, дедушки и бабушки юных актеров. Буквально каждый из зрителей увидел на сцене то, о чем мечтал и в чем не состоялся сам.

С актерами случилось нечто обратное. Они вживаются в образ чужого, далекого по времени персонажа, в чем, собственно, и состоит талант актера.

Основой постановки стала пьеса русского классика Александра Островского, известная под названием «Женитьба Бальзаминова». Автор назвал ее философски: «За чем пойдёшь, то и найдёшь».

Фабула проста. Засидевшиеся в девках барышни Анфиса и Раиса, как и богатая вдова Домна Евстигнеевна, в натуре дуреют от скуки в отсутствии хоть какого мужа. В параллельном мире существует в бедном доме с вдовой матерью и ворчливой кухаркой служащий мелкого чина Михайло Бальзаминов. В его жизни центральное место занимают сны с влюбленными в него барышнями. И то понятно, в реальной жизни дурачка травят собаками.

Дурачок он и есть дурачок, а барышни-вдовушки истосковались, им хоть какого дурашливого подавай.

К Домне Миша попадает случайно, убегая от собак. После приятного общения сваха принимается шантажировать Бальзаминова за то, что он сделал с несчастной женщиной. Все в ужасе, и на сцене, и в зале.

Бедный Миша мечтает, если б он был царь, придумал бы закон, чтоб бедные женились на богатых, а богатые на бедных, и за ослушание - смертная казнь. А ведь неплохая экономическая модель получилась…

Как сказал главный персонаж, «с богатством ум не нужен». Что уж там у него случилось после свадьбы, бог его знает.

На сцене ИСИ пьеса поставлена в усеченном и каком-то вневременном виде. Начинается с песни «Живет моя отрада в высоком терему», а заканчивается народным шлягером «Кофетки-бараночки».

Возможности театра небольшие, а актеры пока еще нерастраченные и беспредельно самоотверженные.

У студенческого театра две особые задачи. Актеры должны убедительно показать умение сыграть любую роль и своей игрой создать полноценную картину на практически пустой сцене. В ход идет реквизит, представить который на сцене может только режиссер-новатор на уровне Всеволода Мейерхольда. Разъезжающие по сцене стремянки с вознесенными на них актерами поднимает героев пьесы выше, чем на котурны, придавая особую условность происходящему.

Студенческий театр ИСИ одним из первых не словами, но делами откликнулся на культурную трансформацию в мире. Ректор ИСИ Ирина Сухолет еще до потрясений двадцатых годов нового века обратила внимание на необходимость работы с репертуаром. Не все поняли, о чем речь.

Культура оказалась заложницей войны миров. То же самое происходило две тысячи лет назад, когда в мир впервые пришли новые варвары, основатели будущего постмодернизма. Античная гармония утратила свой сакральный смысл под напором чертей с рогами. Уродство получило статус высшей эстетической категории.

С тех пор история культуры превратилась в качели, движение которых в пространстве привязано к турбулентности. Актеры должны играть то, что им предложил режиссер. Режиссер обязан еще больше, и в том числе, должен следить за состоянием турбулентного мира, выбирать из сложившегося тезауруса сюжеты для обеспечения преемственности сквозь исторический разрыв и затем суметь втолковать актерам, что им надо делать на сцене.

Мог ли представить Островский, какую роль сыграет его нехитрая пьеса про предопределенный исход человеческих поступков? Классик он и есть классик, обречен на бессмертие.

Как всегда, лучший индикатор – реакция зала. Настоящий зритель всегда все знает лучше, как надо было сделать. Возбуждение искусством буквально льется потоком через край. Ну и, в общем, хочется жить. Такова вдохновляющая сила искусства.

Наталья Вакурова, Лев Московкин.

Фото Льва Московкина