В 2000 году, зайдя на журфак МГУ, увидел картину: двое студентов держат на коленях раскрытые ноутбуки, а вокруг – их сокурсники, заглядывают в экраны… Меня, выросшего в уже исторически далекие советские времена детского и юношеского равенства, эта сцена зацепила, запомнилась. Что же чувствовали эти остальные?
Россия опережает другие страны мира по темпам прироста сверхбогатых граждан. При обсуждении проекта бюджета в Госдуме депутат Николай Коломейцев, ссылаясь на данные журнала Forbes, сообщил: в 2022 году в России было 88 долларовых миллиардеров, в 2025-м – 147. И спросил: «Вы считаете, это правильно?» (mospravda.ru/2025/10/28/798688)
Совокупное состояние отечественных сверхбогачей сейчас составляет 625,5 миллиарда долларов. Москва занимает второе место в мире по количеству таких граждан – 90 человек. Лидер рейтинга – Нью-Йорк, там обитают 123 миллиардера (rg.ru/2025/04/04/forbes-moskva-zaniala-vtoroe-mesto-v-mire-po-chislu-dollarovyh-milliarderov.html).
С остальным населением положение не совсем ясное. Ведь и среднестатистическая зарплата – в некотором роде категория условная. Так, в интервью «Российской газете» директор Института социально-экономических исследований Финансового университета при правительстве РФ Алексей Зубец говорил: «По статистике, у нас 13-кратное расхождение между 10% самых высокооплачиваемых и низкооплачиваемых работников» (rg.ru/2024/07/12/professor-zubec-k-differenciacii-zarplat-nuzhno-otnositsia-s-ostorozhnostiu.html).
То же самое относится и к общим доходам. По докладу Росстата «Социально-экономическое положение России», здесь расхождение – пятнадцатикратное (yandex.ru/search/?text=доклад+Росстата+«Социально-экономическое+положение+России».&search_source=dzen_desktop_simple&lr=213). И даже чуть выше.
Между тем ученые предупреждают, что более чем семикратное расхождение в доходах самых бедных и богатых чревато социальными потрясениями. По данным Росстата, за официально определенной чертой бедности живут 11,9 миллиона наших сограждан. Они имеют доход меньше 16 621 рубля в месяц (interfax.ru/business/1030887). К тому же подсчеты нашего благосостояния не всегда однозначны. Например, по результатам исследования Института социологии Российской академии наук, показатели среднедушевого дохода россиян в 1,7 раза ниже, чем по данным Росстата (conf.wciom.ru/materialy-konferencii/2025/section/section-33).
В самом уязвимом положении – семьи с детьми.
В давнем уже 2000 году, зайдя на журфак МГУ, увидел картину: двое студентов держат на коленях раскрытые ноутбуки, а вокруг – их сокурсники, заглядывают в экраны… Меня, выросшего в уже исторически далекие советские времена детского и юношеского равенства, эта сцена зацепила, запомнилась. Что же чувствовали эти остальные? Конечно, прежде всего – удивление, восхищение чудом электронной реальности. Но, наверное, и определенный дискомфорт от осознания, что сейчас им эти штуки недоступны. Не исключена и элементарная зависть.
Да, с тех пор многое изменилось. Сегодня и в школах обучение нельзя представить без компьютерной составляющей. Министерство просвещения ежегодно к 1 сентября обновляет федеральный перечень электронных образовательных ресурсов. Отмечается, что они обладают большим мотивирующим потенциалом: детям нравится учиться при помощи современного оборудования, самостоятельно изучать те или иные темы, проверять себя и получать обратную связь.
Личные компьютеры, ноутбуки стали необходимыми помощниками в обучении и усвоении материала, в поисках информации, стали вроде бы непременной принадлежностью школьников. Всех?
Увы, нет. Из-за пандемии коронавируса с 15 марта 2020 года на дистанционное обучение были переведены 16,5 миллиона школьников. «И здесь обнаружилось много проблем, – говорила в интервью журналистам первый заместитель комиссии Общественной палаты РФ по развитию образования и науки Людмила Дудова. – Нами был проведен опрос общественного мнения по всей России (180 тысяч человек), обеспечены ли школьники необходимым для дистанционного обучения оборудованием? Выяснилось, что примерно третья часть учащихся не имеет персональных компьютеров дома. Это очень большая проблема! О каком обучении можно говорить в этом случае?» (regnum.ru/news/2910889).
30 апреля 2020 года Министерство просвещения сообщало: «Более 220 тысяч школьников и учителей получили адресную помощь в виде компьютерной техники для обеспечения образовательного процесса. На сегодня необходимыми компьютерами, планшетами и ноутбуками обеспечены около 200 тысяч школьников и более 19 тысяч педагогов по всей стране (edu.gov.ru/press/2408/bolee-220-tysyach-shkolnikov-i-uchiteley-poluchili-adresnuyu-pomosch-v-vide-kompyuternoy-tehniki-dlya-obespecheniya-obrazovatelnogo-processa-/).
Очень хорошо. Великое дело. Но вместе с тем – много это или мало на фоне общего числа школьников без компьютеров. В информации Минпроса следует также обратить внимание и на то, что адресную помощь оказали 19 тысячам педагогов. То есть и учителя не имели компьютеров.
Через два года, в 2022-м, опрос Высшей школы экономики показал, что доступа к компьютерам дома нет у 26% школьников (www.hse.ru/data/2022/04/04/1799423634/ib_5(22)_2022.pdf)
Многое ли изменилось с тех пор в материальном положении таких семей?
Учтем еще, что в России почти 5 миллионов матерей-одиночек. Причем количество их с 2002 года постоянно увеличивается. В неполных семьях растет каждый третий несовершеннолетний ребенок в стране (cyberleninka.ru/article/n/nepolnye-semi-v-regionah-rossii-masshtaby-i-sotsialno-ekonomicheskie-harakteristiki).
«Сегодня до 20 процентов семей с детьми не имеют денег ни на что, кроме еды. Налоги, оплата жилья, новая одежда, кружки, театры и музей – это для них уже сложности, – говорила на Восточном экономическом форуме в сентябре 2024 года Нина Останина, глава комитета Госдумы по защите семьи, вопросам отцовства, материнства и детства. – От 45 до 60 процентов семей получают достаточно для покупки еды и одежды, но уже не могут купить холодильник и телевизор. Другими словами, действительно бедных семей с детьми – 70 процентов от общего количества всех семей с детьми, проживающих в стране» (https://t.me/dumabrief/15483).
Дети в таких семьях видят, что папы и мамы не могут дать им то, что доступно их сверстникам. И живут с этим ощущением. Конечно, родители стараются, чтобы «у ребенка все было, как у других»: смартфон, компьютер… Но в любом случае дети видят, понимают, воспринимают обостренно.
Психологи считают: бедность, осознание бедности в детстве и отрочестве накладывает отпечаток на долгие годы и даже на всю жизнь, на поведение, отношение к людям, к окружающему миру.
Теперь перестанем оперировать общими цифрами и общими категориями. Представим, что в классе хотя бы один мальчишка живет без компьютера. Каково ему?
Сергей Баймухаметов.
Фото мобильного репортера / агентство «Москва»
