К 95-летию со дня рождения Михаила Сергеевича Горбачёва, первого и последнего президента СССР, человека и политика драматической судьбы.
Конечно, под предателями он имел в виду прежде всего своих же назначенцев на вершине государственной власти – премьер-министра СССР Павлова, вице-президента СССР Янаева, министра обороны Язова, председателя КГБ Крючкова, министра внутренних дел Пуго. Это они в августе 1991 года изолировали президента СССР Горбачёва в крымской резиденции, объявили себя Государственным комитетом по чрезвычайному положению (ГКЧП), устроили переворот. Их поддержал председатель Верховного Совета СССР Лукьянов, однокашник Горбачёва по университету.
Но недавно академик Руслан Гринберг, сейчас занимающийся исследованием той эпохи, сказал в интервью журналистам: «Его предали наша элита и западные партнеры». Оставим в стороне «западных партнеров». Руслан Гринберг не конкретизировал, кого и что он подразумевает под «нашей элитой», и продолжил:
«Горбачевская осторожность и стремление к компромиссу вскоре стали восприниматься как слабость. Интеллигенция, уставшая от неопределенности, начала искать «настоящего» лидера. И она нашла его в лице Бориса Ельцина – с его харизмой, антисоветскими демаршами и безответственными обещаниями быстрых успехов после быстрых реформ. Столичные интеллектуалы бросились служить новой власти <…> Тот, кто вчера клялся в любви к Горбачёву, наутро писал речи для команды Ельцина. Предательство перестало восприниматься как нечто аморальное – для некоторых оно стало карьерным трамплином» (www.mk.ru/politics/2026/02/25/ego-predali-nasha-elita-i-zapadnye-prtnyory-akademik-ruslan-grinberg-o-mikhaile-gorbachyove.html).
Во многом (далеко не во всем) верно, но в итоге получается, что предателями дела Горбачёва академик Гринберг назвал демократическую интеллигенцию. А это не просто неверно – это неправда. Грех большинства демократов той поры – не в предательстве.
«Московская правда» не раз писала о том времени, о судьбе перестройки. В частности, подробно – в статье «Победа и поражение Михаила Горбачёва», 2015 год, в цикле статей «Время великих перемен и несбывшихся надежд», 2021 год (mospravda.ru/2021/03/10/187556/).
Сейчас же – отдельно – остановимся на косвенном или даже прямом обвинении в предательстве, брошенном в адрес демократической интеллигенции.
Крушением власти Горбачёва и крахом СССР безусловно стал путч ГКЧП. Да, он был подавлен. Мы не знаем, как бы сложилась судьба СССР, какими путями пошло бы реформирование системы, если бы не ГКЧП. Так сложилось, что после подавления путча вся власть сосредоточилась в руках Ельцина, и в декабре президент России Ельцин, президент Украины Кучма и председатель Верховного Совета Белоруссии Шушкевич объявили о ликвидации страны – Советского Союза. Вместо реформ и реформирования – крах и распад.
Виной российских демократов можно назвать то, что они еще до путча и уж тем более после поражения ГКЧП твердо и безоговорочно не поддержали Горбачёва, союзную власть, СССР, а целиком и полностью, с великим энтузиазмом возводили, возвели на пьедестал Ельцина и в большинстве своем приветствовали развал СССР. И вот, когда мятеж ГКЧП подавили, когда Горбачёва отстранили от власти и страны, наступило, казалось бы, время для тех самых решительных действий. А Ельцин, вкупе с приближенными, быстро вытеснил из власти демократических лидеров горбачевского призыва, заменил их послушным чиновниками. И вместе с ними провел «радикальные» реформы, за пять лет установив в России олигархический строй.
Да, вина демократической общественности, основной движущей силы перестройки и гласности – в нетерпении. Только ленивый сторонник Горбачёва не обвинял его в нерешительности, в слабости, абсолютное их большинство, от академиков до разнорабочих, требовало самых крутых мер. Массовым лозунгом эпохи перестройки и гласности было: «Так больше жить нельзя!»
Но можно ли это назвать виной? И если это вина, то неосознанная. Наверно, все-таки это была эйфория от полученной свободы, некое прекраснодушие, наивное убеждение, что теперь все можно разом повернуть и устроить новую жизнь. А наивность обусловлена тем, что у нас не было опыта свободной жизни, опыта демократии, связанного и с политической борьбой, и с издержками общественных заблуждений и противоречий. В нашем обществе, в государственно-политической системе еще не было заложенных механизмов безопасности, чтобы ликвидировать последствия тех или иных неудач, ошибок, дабы они не стали роковыми.
И что случилось – то случилось.
Однако были предупреждения, предостережения. И не со стороны, как тогда говорили, партократов, поддержавших ГКЧП. В 1989 году, на историческом Первом съезде народных депутатов СССР, прямые телетрансляции с заседаний которого смотрела вся страна, поэт Олжас Сулейменов говорил с трибуны:
«Все мы обратили внимание на то, что левое крыло чаще машет, чем правое, левое весло чаще загребает. Оно лучше организовано. Но если слишком сильно загребать левым веслом, то лодка, которую ведут эти весла, круто уйдет вправо».
Тогда демократическая общественность расценила его выступление скептически: мол, и нашим, и вашим.
Сергей Баймухаметов.
