ЮБИЛЕЙ ФАБРИКИ, ГДЕ ОБУВАЛИ ГЕНСЕКОВ И РЯДОВЫХ

95 лет назад, в середине марта 1922 года, в Замоскворечье, в ремесленной слободе Кожевники было запущено производство на 1-ой государственной механизированной обувной фабрике «Парижская коммуна».

Официальное открытие фабрики состоялось 18 марта 1922 года — в день Парижской коммуны, который в ту пору считался государственным праздником. Название предприятия должно было восприниматься как призыв к преобразованию содержания и форм труда, механизации производства, освоению прогрессивных технологий. По замыслу создателей (треста «Москож»), ее предназначение в том и состояло, чтобы совершить технологический прорыв, перевести в новое качество старинное обувное ремесло. Однако, как это всегда бывает, по крайней мере, в России, грандиозные планы от их реализации отделяет дистанция огромного размера…

Так, за март было выпущено всего 6 тыс. 319 пар обуви, что составляло 0,84 ботинка на каждого рабочего в день, то есть, в то время производительность труда на фабрике не превышала уровень кустарных мастерских. Объяснялось это тем, что основные производственные процессы выполнялись механически только в одном цехе – винтовом (название было дано по методу крепления подошвы). В закройном и штамповочном цехах вся работа велась по-прежнему вручную.

Летом 1926 года группа хозяйственных руководителей обувной промышленности СССР выехала в Европу для ознакомления с технологией и организацией производства. В их числе был директор «Парижской коммуны» Михаил Тагенбаум.

Поездка, в ходе которой было организовано посещение крупнейших обувных предприятий Германии, Франции, Чехословакии, длилась 4 месяца. Большое впечатление на Михаила Тагенбаума произвела механизация обувного производства на чехословацкой фабрике «Батя» в городе Злине (Моравия). Там организация поточного производства с элементами конвейеризации началась в 1924 году, и к 1926-му году уже был накоплен опыт, который стоило перенять. По возвращении в Москву Михаил Тагенбаум стал использовать свои наблюдения и заметки для рационализации управления.

Так, например, цех на «Парижской коммуне», который производил рантовую обувь, был расположен на двух этажах, связанных рельсами с вагонетками. Нередко возникали перебои с их подачей, простои, конфликты между отделениями. Чтобы снизить остроту «транспортной проблемы», Михаил Тагенбаум внес относительно простые, но эффективные изменения во взаимодействие отделений. В полу верхнего этажа сделали небольшое квадратное отверстие и провели вниз простейший транспортер (кожаный мешок на ленте), снабдив его сигнализацией (звонком), и дело пошло на лад, конфликты прекратились. Чуть позже, заменив вагонетки, транспортная лента через окошко в стене связала склад и отделочное отделение, где производилась шнуровка ботинок. Затем на следующий год (1927-й) после осуществления таких незатейливых усовершенствований во внутрицеховых передвижениях было решено провести опыт введения ленточного транспортера в заготовочном цехе.

В результате всех преобразований в 1934 году на фабрике впервые в СССР было налажено непрерывное поточное производство. Вот как описывается это событие в книге «Имени Парижской коммуны» (Издательство «Московский рабочий»): «В прошивном цехе (…) был установлен первый в обувной промышленности страны цепной конвейер. (…) В основу передаточной системы конвейера были положены цепи Галля. Он имел вид транспортера с люльками для обуви. Всего на нем насчитывалось 144 люльки, скорость движения составляла 2,5 метра в минуту».

Механизация производства, внедрение поточного метода и резкое увеличение объемов производства не повлекло за собой снижения качества продукции. Об этом говорит хотя бы тот факт, что именно здесь шили обувь почти для всех генсеков Компартии СССР. Так как на примерки им ездить было особо некогда, на фабрике с их ног были сделаны персональные колодки, указывающие на особенности ног каждого. Например, у Хрущева был очень высокий подъем ноги. Колодки с ног первых руководителей до сих пор хранятся в музее предприятия. Рядом с «ногой» Никиты Сергеевича стоит колодка Леонида Брежнева. И в этой же витрине, но только чуть пониже, стоит единственный в музее сильно поношенный экспонат – сапог, сшитый на этой фабрике, в котором рядовой Ручкин, работавший на предприятии, прошел всю Великую Отечественную войну!

«На нашей фабрике также шили обувь для многих космонавтов и артистов. Например, в экспериментальном цехе изготавливали обувь для Аллы Пугачевой. Иногда к нам обращались известные люди, у которых были какие-то проблемы с ногами… Так, была ситуация, когда к нам обратился в то время руководитель администрации президента РФ Сергей Иванов после травмы ноги. За 36 часов мы ему изготовили специальные туфли, в которых он мог идти на представительном международном мероприятии, и было не заметно, что у него травма ноги… Мы шили обувь для наших спортсменов, выступавших на Олимпиаде, для охраны Кремля», — делится воспоминаниями директор музея Татьяна Птицына.

Тут же неподалеку можно полюбоваться на гигантский сапог «Казачек» (величиной с человека среднего роста), подаренный «Парижской коммуне» в 80-ые годы индийскими товарищами.

Как с гордостью заявил на торжественном собрании, посвященном юбилею, генеральный директор предприятия Александр Никитин, за 95 лет на фабрике было произведено 655 миллионов пар обуви! Причем, 2/3 ассортимента продукции составляет социально значимая детская обувь.

Сергей ИШКОВ, фото автора

0 0 голоса
Рейтинг статьи
Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
0
Оставьте комментарий! Напишите, что думаете по поводу статьи.x
()
x