О ЛИЧНОМ И БЕЗНАЛИЧНОМ

Пять лет назад журналист Евгений Додолев вернулся на ТВ, где блистал в конце 80-х: сейчас Евгений Юрьевич ведёт программу «Важная персона» на канале «Москва 24». Предлагаем фрагмент беседы с ТВ-ведущим в программе «О личном и безналичном» (радио Mediametrics).

Немного о коллегах

Дарья Волянская:
— Вы сейчас общаетесь с кем-нибудь из «взглядовцев», с которыми работали в 80-х?
Евгений Додолев:
— Нет, из той команды вижусь крайне редко только с Иваном Демидовым. С остальными я встречаюсь, только когда снимаю какую-нибудь документалку или пишу очередную книжку о «Взгляде». И это не приятельское общение, скажем так.


Дарья Волянская:
— Как думаете, почему не у всех сложилась карьера?
Евгений Додолев:
— У кого не сложилась, кроме Владимира Мукусева?
Дарья Волянская:
— Я имею в виду, журналистская, серьёзная все-таки. Почему вы выбрали разные отрасли потом?


Евгений Додолев:
— Я очень верю в гороскопы. Иван Иванович Демидов по восточному календарю — Кот. Он такой, ищущий. Ему все время хотелось быть вождём, поэтому он ушел в политику. Я считаю, что это была большая ошибка, это была большая подстава, вообще, уходить в «толстые». Когда он был генпродюсером «ТВ-6» (был такой канал, и он был самым передовым и новаторским в 90-х), и Александр Пономарев был гендиректором, а Ваня ещё вёл свой «Муз­Обоз» в золотом ватнике (слово «ватник» не имело тогда нынешней коннотации), Александр Сергеевич сказал ему тогда что-то вроде: «Рабинович, вы либо крест снимите, либо трусы наденьте». То есть, либо ты в ватнике, либо генпродюсер. Иван ушел из эфира, и это была, как я считаю, его большая стратегическая ошибка.
Я считаю, ошибка была, что он пошел в политику. У меня есть знакомые в Администрации Президента (кстати, ещё с тех «взглядовских» времен), и они мне говорили, что от Вани ждали, что он придет и «даст артиста», в ватнике золотом, а Ваня, наоборот, попытался встроиться во все это и «дать чиновника», то есть «суббота на работе» и так далее. Мне кажется, он не вписался. Он обидится, если услышит это, но я говорю это ему в глаза, пишу в книжках о «битлах перестройки», и сейчас вам тоже это сказал.


Олег Дружбинский:
— Вы очень проницательный человек, да? О себе как думаете?
Евгений Додолев:
— Нет, я абсолютно не проницательный. Вы знаете, у меня был работодатель, Родионов Сергей Сергеевич, который возглавляет издательский дом имени себя, Издательский дом Родионова. Он мне говорил (я был у него исполнительным директором, «смотрящим»): «Евгень-Юрич, у вас второе дно прямо сразу под крышкой».
Он, кстати, точно очень наблюдательный человек.
Так что нет, я как был наив­ным и глуповатым, так и есть.
Да, да, так и есть.
С возрастом, конечно, опыт помогает разбираться.
У обожаемого мною Юлиана Семёновича Семенова была привычка всегда играть на опережение. Он просто говорил: «Во-первых, я еврей, во-вторых, генерал КГБ», люди как-то терялись, потому что уже потом, когда он уйдет, не скажешь же вслед: «Ууу, жид проклятый».
Олег Дружбинский:
— Да, да. Маску вы выбрали себе, конечно, шикарную, тут нет никаких других вариантов.

Немного о книгах

Дарья Волянская:
— Тогда у меня вопрос к вам, Евгений. Вы написали большое количество классных книжек. Почему сразу две о Лимонове? Чем он интересен?
Евгений Додолев:
— Про Лимонова одна книжка, «Лимониана». Просто есть некое издательство (наверное, мы никак не будем пиарить и каких-то прекрасных благородных людей, и негодных), и они взяли и издали вторую, сделав компиляцию, — то есть из одной книжки сделали сами по себе другую, под другим названием (серия «Кремлевские диггеры»).
Кстати, было ими сделано три книжки, они сделали как бы сокращенные ремейки: про Галину Брежневу, про «Взгляд», про Лимонова. И что с ними, судиться? Смешно.
Дарья Волянская:
— О Новодворской хотелось бы немножко поговорить. Вы же достаточно дружили?
Евгений Додолев:
— Я бы так не сказал.
Дарья Волянская:
— Приятельствовали?
Евгений Додолев:
— Тоже нет.
Олег Дружбинский:
— А почему выбирали таких персонажей?
Евгений Додолев:
— Это жизнь выбрала. Когда она ушла, мне сразу же позвонил редактор и говорит: «Ты же Новодворскую публиковал, давай-ка книжку сделай».

Не про этику

Олег Дружбинский:
— Читая ваши интервью или книги, возникает ощущение, что вы близко с этими людьми общались…
Евгений Додолев:
— С Новодворской – нет. Я изначально воспринимал её, как фрика очень интересного. Она потрясающе хорошо писала. Но я никогда не разделял, конечно, её взгляды. Я думаю, что она и сама их не разделяла, просто там было очень много эпатажа.
Дарья Волянская:
— Как у Жириновского, да?
Евгений Додолев:
—Да, только менее корыстного. Вы знаете, наверное, нехорошо говорить, когда человек ушел, но раз уж я журналюга, я скажу, что она производила впечатление очень неумного человека, при этом потрясающе хорошо владеющего печатным словом. Та же самая история, как с замечательной, совершенно прекрасной писательницей Улицкой. Она пришла ко мне в эфир и: «Бу-бу-бу… Путин». Я спрашиваю: «А что Путин?» Она мне: «Ну, представьте себе, руководитель спецслужбы возглавляет страну!» Я говорю: «Минуточку, а Буш? Он возглавлял ЦРУ, потом США». И упс! Конец полемики. Я понимаю, что человек не способен вести дискуссию, работает штампами…
У Новодворской было то же самое: прекрасно, замечательно пишет, просто с наслаждением читаю, но… она неумная была, хотя любопытная.
Олег Дружбинский:
— Я сейчас вспомнил не очень красивый эпизод, по-моему, времен конца 90-х, связанный с Новодворской. Разговор об отношениях внутри либеральной тусовки, в которой вы во многом принимали участие, как мне представляется. Я помню, был эфир, Шендерович, он, как всегда, шутит и говорит о том, что у нас произошел коммунистический переворот в стране, и Новодворская сбежала из страны в женском платье. Не очень красиво было так, конечно, шутить. В этот момент она позвонила ему в эфир, начала его ругать и говорить: «Как вы можете позволять себе такое говорить? У нас же устав Демократического Союза запрещает эмиграцию из страны!» То есть она эту тему даже не уловила. Но я хотел спросить немножко про другое. Дело в том, что есть шутки «ниже пояса», как этот в данном случае пример, которые нехороши по разным позициям. Во многом либеральная демократическая тусовка, к которой (я так чувствую) вы принадлежали (или не принадлежали, не знаю, не буду вешать ярлык), она себя очень не любит или внутри все время подкалывает, и выставляет друг друга «на раскрытую», подставляет. Вы как к этому относитесь? «В доме повешенного о веревке надо говорить?»
Евгений Додолев:
— Да, это профессия.
www.NewLookMedia.ru

Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
0
Оставьте комментарий! Напишите, что думаете по поводу статьи.x