Об этом сообщил руководитель Отдела социологического анализа социально-политических процессов Института социально-политических исследований РАН Игорь Селезнев в ходе пресс-конференции в НСН, посвященной результатам опроса, проведенного Центром социально-политических исследований «Аспект» в феврале 2026 года.
По его словам, в опросе приняло участие 1 тыс. 300 респондентов, среди которых 45% мужчин и 55% женщин:
«42% опрошенных заявили, что они не употребляют алкоголь вообще. Для сравнения, по данным ВЦИОМ, в 2024 году трезвенников было 48%; в 2020 году – 37%, а в 2004-м – 27%. Поэтому, сопоставляя эти результаты в динамике, мы можем сделать вывод, что за последние 20 лет в РФ доля лиц, не употребляющих алкоголь, выросла в 1,5 раза. По нашим данным, наибольшая доля респондентов (40% мужчин и 30% женщин) рассматривает алкоголизм как болезнь, требующую медицинского вмешательства; 34% мужчин видят в алкоголизме социальный недуг, а 33% женщин рассматривают его как нравственный порок».
Говоря о природе и причинах этого «социального недуга», Игорь Селезнев привел данные исследования ВЦИОМ за 2024 год: тогда 38% респондентов в качестве основного мотива злоупотребления алкоголем указали на снятие стресса и напряжения; 27% – на слабоволие; 26% посетовали на то, что им нечем заняться в свободное время; 18% сослались на негативное влияние окружения; 14% – на неуверенность в завтрашнем дне; 7% – на влияние национальных традиций; 11% – на доступность алкоголя.
«Полученные нами данные позволяют сделать следующий вывод: неразвитость у населения механизмов преодоления стрессовых ситуаций на фоне нарастания негативных социально-экономических факторов выводит алкоголь в «адрес» привлекательных и доступных средств социального эскапизма. Это может провоцировать в дальнейшем увеличение масштабов потребления алкоголя. Тем более что, судя по результатам нашего опроса, при большом количестве тех, кто не употребляет алкоголь (42%), более половины (61%) указали, что в их ближнем кругу общения (среди родственников, друзей) есть лица, испытывающие алкогольную зависимость», – отметил руководитель отдела социологического анализа социально-политических процессов Института социально-политических исследований РАН.
Следующим направлением проведенного исследования стали предпочтительные меры борьбы за ограничение потребления алкоголя, среди которых за создание условий для ЗОЖ проголосовали 78%; за борьбу с пропагандой алкоголя – 64%; за повышение качества медицинской реабилитации – 67%; за усиление борьбы с нелегальной продажей – 61%.
Среди предложенных дополнительных мер 44% проголосовали за повышение возрастного ценза до 21 года; 42% – за запрет «наливаек» в жилом фонде; 38% высказались за торговлю спиртным только в специализированных магазинах; 27% – за ограничение часов продажи.
Среди непопулярных мер борьбы оказались принудительное лечение (26%); восстановление вытрезвителей (24%); повышение цен (19%); за полный запрет («сухой закон») высказались только 9%.
В целом, по его словам, сейчас меры по снижению уровня алкоголизации населения поддерживают 56% опрошенных; 23% – не поддерживают; 21% – затруднились ответить.
Как отметил еще один участник пресс-конференции, заместитель председателя Комитета Госдумы РФ по экономической политике Михаил Делягин, прежде всего в таких исследованиях надо смотреть на косвенные показатели:
«Вот, скажем, спрашивают людей: «Что такое алкоголизм?» Это болезнь, социальный недуг или нравственный порок? Конечно, интересно, как отвечают люди, но самая главная рубрика – это люди, которые затрудняются ответить, потому что чем менее значим вопрос, тем большее количество людей говорит о том, что им это не интересно, что они затрудняются ответить. В данном случае только 1% опрошенных сказали, что затрудняются ответить, чем же является алкоголизм. То есть можно сделать вывод, что эта тема сохраняет огромную общественную значимость».
На актуальность и болезненность этой проблемы, по его мнению, указывает и тот факт, что 19% респондентов согласны даже на дальнейший рост цен (как меру борьбы с алкоголизмом), и это в условиях высокой инфляции и падения реальных доходов населения. Такую позицию, по словам Михаила Делягина, можно рассматривать как акт отчаяния.
Сергей Ишков.
Фото Пелагии Тихоновой / агентство «Москва»
