Жизнь зародилась давно, я был маленький и ничего не помню.
У нас иногда информация пробивается к сознанию людей сквозь любые доисторические наслоения. Небольшое по масштабам стремительной московской жизни событие в библиотеке №179 на улице Вавилова, 86, еще раз показало, что жизнь есть способ существования информации.
Историк науки Сергей Багоцкий провел в среду, 1 апреля, заседание секции «Эволюции материи» Московского общества испытателей природы.
Происхождение жизни в День дурака символично и смешно. Кипение страстей исключало шутки. Все познается в сравнении. Новые люди на руководстве 220-летнего МОИП секцию «Естественнонаучного образование» забрали у Багоцкого, и там собственные мероприятия не проводятся. Отчитываются чужими. Две другие его секции объявили закрытыми. Такова общая установка Запада для России: вам своя наука не нужна, вы должны пользоваться нашей.
Однако секции Багоцкого с завидной регулярностью и постоянством пропагандируют суть русских научных идей и жизнь создавших эти идеи людей. Галерея классиков отечественной науки, не признанных в глобализованной науке.
Как часто бывает на большинстве секций в МОИП, появляются экзотические личности со специализацией во всех вопросах и жаждой театра одного актера. Обсуждать заявленную тему по сути становится невозможно.
Так получилось, что директор библиотеки сделала нам перерыв на проветривание помещения, чтобы посмотреть на нашу жизнь в аспекте вечности. Сам факт того, что жизнь не умирает, ставит под сомнение ее дрессированное знатоками происхождение. Случилось библиочудо, иллюстрация к обсуждаемой теме.
В библиотеке есть небольшой музей: дореволюционная библия, еще более древнее руководство по обучению детей псалтыри, документы военного времени. Платок с записями молитв, пронесенный сквозь войну.
Районная газета «Ломоносовский вестник» в первом мартовском номере опубликовала материал о бывшем директоре библиотеки, сотруднице взорванного диверсантами (они маскировались на Ваганьковском кладбище) завода по производству боеприпасов. Статья называется «Книжный компас судьбы: история Ольги Шедловской» по материалам ведущего методиста библиотеки №179 Е. Л. Манукян.
История судьбы фрактально отражает историю страны.
О массовом бегстве из Москвы партийно-советского руководства рассказывала моя мама. Видела из окна чекистского дома на Садовой. Миниатюрная девчонка, студентка-вечерница работала мастером мартеновского цеха. После бегства руководства началась настоящая работа. История Ольги Шедловской идет синергично с историей моей мамы. Однако вот такого я не знал о том остром моменте в истории страны. Отправленные поезда с боеприпасами возвращались на завод. Никто не знал, куда их направлять и кому. Координации не было. Управления не было. Была жизненная сила, пассионарность по Гумилёву.
Великий, выносливый, неистребимый русский народ…
После взрыва на заводе Ольга Шедловская была уволена «по сокращению штатов» и ушла на фронт в Красную армию.
Кто бы знал, что возрождение районной газеты как явления жизни информации в обществе – одно из достижений Москвы. Районки массово уничтожали по всей стране, они сеяли локальный патриотизм малой родины и мешали глобализации.
Меня не понимают, когда я, парламентский корреспондент, утверждаю, что не занимаюсь политикой. Мне такой подход из положения «выше жизни» претит. Гораздо интереснее и важнее вести лаборантский протокол того эксперимента над народами, который сам бы никогда не поставил.
В советское время мрачно шутили про самое высокое здание на Лубянке, с него вся Сибирь видна. Сегодня самое высокое здание в мире – Совет труда и обороны на Охотном Ряду, с него виден весь человеческий мир.
Благодаря Думе я смог достроить свои эволюционно-генетические воззрения. Дело за малым: рассказать людям. И вот тут проблема. Вспоминаю собственную непримиримость. Первые доступные описания самоорганизации мое сознание отторгало. Потом мне стыдно стало. Синергетика – дело на всю жизнь. Я спорщиков понимаю на собственном примере, они меня – нет. Мой пример может и не наступить. У меня образование другое. Чтобы меня понимать, надо иметь естественнонаучный талант выбора существенного и быть готовым не просто учить непривычные слова, но менять собственный менталитет.
Споры на секциях Багоцкого заставляют и позволяют искать слова и пути какого-то понимания. Наука самых высоких достижений мертва, оставаясь запертой в одной голове. Багоцкий по происхождению жизни рассказывал в основном то же, что и раньше. Массив его знаний намного превосходит мои, и вообще всех, кто к нему приходит.
Общепринятой картины происхождения жизни нет. У идеи панспермии с заносом на Землю Сванте Аррениуса нашелся предшественник – Герман Рихтер, автор термина. Признанный автор был еще студентом. После споров у Багоцкого по крайней мере стало ясно, что искать.
Представленный на заседании научпоп изложен, например, в статье «Теория панспермии: Как возникла жизнь на Земле?» https://dzen.ru/a/XRdT4c15hgCuKeEI?ysclid=mnh1p8xv9b98488770&utm_referrer=ya.ru
В статье нет Вернадского, к его идее предбиологической эволюции Багоцкий относится трепетно. Великий Вернадский исповедовал идею предбиологической эволюции. Не обошлось без коацерватов Опарина. В самом конце Багоцкий добрался до того, с чего надо бы начинать. Самое трудное – скачок сложности, чтобы естественный отбор мог работать. Переход решает самоорганизация.
Самоорганизация простым образом создает сложные вещи. Красивые картинки сложнее фракталов запускают совсем легкие программы. Воспринимается как единое целое, может быть, даже проще геометрических фигур, потому что эстетически активны.
Из четырех принципов организации жизни Багоцкий назвал один – про клетку. В комплекте начинается с «Omne vivum ex ovo» Уильяма Гарвея, «Omnis cellula e cellula» Рудольфа Вирхова, «Omnis molecula ex molecula» Николая Кольцова и закольцовка тетрады «Всякая жизнь от жизни». В вопросе отношения науки и религии Багоцкий занимает уверенную позицию. Они существуют параллельно. Религия и вера в бога – разные вещи.
Реформатор науки, генетик, эволюционист и радиоэколог Тимофеев-Ресовский отшутился: «Что я думаю о происхождении жизни? Я тогда был очень маленький и потому ничего не помню».
Цит. по сайту.
Мировоззрение Багоцкого эклектично из-за попыток встроиться в систему, которая его отторгла и не примет, что бы он ни сотворил над собой. Я рад, что судьба свела меня с таким человеком и будут прокляты те, кто выкидывает на свалку национальную память.
Цитаты Тимофеева-Ресовского.
Талантливый человек все равно что нищий голодранец с куском золота и без охраны.
Невозможно представить, чтобы учебный курс физики начинался с Земли на трех слонах, а химии – с превращения свинца в золото.
Тематика эволюции в вопросе происхождения жизни неизменно содержит самозарождение мышей из грязи. Из века в век транслируется опровержение «жизненной силы» указанным фактом.
Нужно было грязную рубашку положить в шкаф и там появятся мышки.
Учение Жана Батиста Ламарка основано на идее жизненной силы (Vis vitalis), в ином понимании как нематериального фактора, который может проявиться, казалось бы, где угодно.
Ламарк унаследовал свои воззрения от старшего Дарвина – Эразма. Его «Храм природы, или происхождение общества» перевел на русский Холодковский.
В России широко известны идеи Ламарка, потому что у нас борьба с формальной генетикой вылилась в идеологическое противостояние. Сторонники «Мичуринской биологии» выдвинули в качестве оружия то, что отрицали генетики.
Беспристрастный анализ лучшего в отечественной биологии без дискриминации враждующих лагерей происхождения идей выявляет, как всегда, одно и то же разными словами.
В спорах с водой выплеснули ребенка.
На Западе поступили мудро. Репортажи о мракобесии Трофима Лысенко позволили формальную генетику сделать единственно истинной наукой и склеить ее на основе стохастики с дарвинизмом в синтетическую теорию эволюции. В число ее родоначальников попал почему-то Тимофеев-Ресовский. Он имеет к этому отношения не больше, чем Мичурин к мичуринской биологии. Сейчас само имя Тимофеева-Ресовского под запретом, и трудно представить, насколько он был популярен в международной науке. А ведь виновата сама советская Россия, отказавшись за него от выдвижения на Нобелевскую премию.
Сегодня в США формальная комбинаторика в прямое наследство от Менделя стала догмой. По замыслу идеологов признанной международной науки, учение Дарвина всесильно, потому что оно верно на основе случайности. Все силы потрачены на преодоление «кошмара Дженкинса».
Химерически слепленную конструкцию опроверг эксперимент над человечеством в форме инфодемии. Международно признанная наука признала жизненную силу, изобретя относительно свежий термин «жизнестойкость», чтобы отречься от старого мира и отряхнуть его прах с ушей для новой лапши.
Инфодемия опровергла и естественный отбор. И тут тоже придумали термин «отрицательный отбор».
Блестяще подтвердилась идея Льва Берга о номогенезе. Она была популярна у нас не меньше дарвинизма, и пришлось принимать меры против диссидентов-эволюционеров.
Спора как такового не слышно, потому что фикция полностью подавила истину.
Разногласия просматриваются в признании или непризнании старой идеи о неслучайности в стохастических процессах. Иными словами, жизненной силы. А вот это не есть атрибут исключительно жизни – в отличие от информации, другого нематериального фактора. Отсюда следует, что все описания происхождения жизни на Земле не имеют никакого смысла, кроме идеи панспермии Аррениуса. Но и она сама по себе без синергетики ничего не значит.
Принцип «Будущее сегодня» ведущего синергетика Сергея Курдюмова подводит доказательную базу под номогенез Берга и открывает путь к пониманию идеи Станислава Лема о наведении жизни на Земле без физического контакта. Возможно, посредством турбулентности в структуре динамического хаоса Эдварда Лоренца.
Это еще один нематериальный фактор.
В приведенных словах нет ничего нового или выдающегося. Эманация англосаксонского мира под их же названием глубинное государство (ГГ) устроила нам эксперимент, где нет места ни дарвинизму, ни менделизму, ни марксизму. Естественно, международная, признанная сама собой наука защищает не просто себя от альтернатив, а свой Pax Americana с происхождением от «Британские ученые установили…»
Мы сами в лице советской России отказались от утверждения и признания национального наследия. Ради чего, непонятно, – чтобы терпеть тотальное унижение или мужественно бороться с ним? Я готовился к этой теме напрасно. Столько белиберды нет даже по экономике с той же указанной выше целью. Авторы текстов явно стремятся запутать. Смешались большие и сложные системы, сукцессия и рецессия, происхождение живого с превращением свинца в золото, в данном случае – неорганических веществ в органические.
Нет худа без добра. Воинствующие профаны придали уверенность, что как смысл жизни, так и ее происхождение надо искать в самой жизни. Прежде всего в фактах уникальных событий с расхождением частоты и вероятности, которые служат стартом самосборки нового, то есть лежат в основе прогрессивной эволюции.
Лев Московкин.
