Вы здесь
Главная > #ЭКСКЛЮЗИВ > ТЕРЕЗА ДУРОВА: ВСТРЕЧАЕМСЯ В ТЕАТРЕ!

ТЕРЕЗА ДУРОВА: ВСТРЕЧАЕМСЯ В ТЕАТРЕ!

ТЕРЕЗА ДУРОВА

15 сентября стартовал беспрецедентный проект – рекламная кампания «Встречаемся в театре», объединившая 24 московских театра.

Ее цель – вернуть зрителей в театральные залы в новом сезоне 2020/21. В съемках рекламных видеороликов и записи аудиороликов для радио приняли участие прославленные актеры и художественные руководители. Автор и инициатор акции – «Театриум» Терезы Дуровой. С народной артисткой России, дочерью легендарной дрессировщицы – Терезой Ганнибаловной Дуровой побеседовали наши корреспонденты.

– Тереза Ганнибаловна, что послужило толчком к началу акции «Встречаемся в театре»?

– Мне интересно делать то, чего никогда не было, и делать то, во что мало кто верит. Фестиваль клоунады, которого никогда не было, а потом из него родился театр. Международный фестиваль «Гаврош», который мы затеяли вместе с Мариной Райкиной, а сейчас репертуар нашего театра пополняется спектаклями европейских режиссеров. Мне нравится заниматься организацией новых проектов с нуля. Приходит идея в голову, и начинаешь ее реализовывать. Видимо, в составе крови есть молекула, которая периодически говорит: «Давай! Придумала – сделай!» И мне всегда поразительно везет. Вокруг мгновенно оказываются нужные люди. Мне не надо никого искать. Так в моей жизни появился Максим Гуткин, так появилась Марина Райкина и так далее. Но эта конструкция работает только при условии, если я собираюсь что-то делать не для себя. У каждого из нас есть своя Богом данная задача. У меня, получается, собирать вокруг себя людей, значит, я должна это «отработать».

– Были ли сложности на стадии договоренностей с театрами?

– Нет, не было. Сложность – это когда вы собрали команду, приехали, а дверь закрыта, вас никто не ждет. А нам, так или иначе, все «открывали двери» и отвечали на звонки.

– Как протекала сама работа по съемкам роликов?

– Весело! Съемки проходили на московских улицах. А Москва, как известно, не самый простой и удобный город для подобных задач. Тем более что большинство театров – участников нашей кампании находятся на центральных или магистральных улицах. Запомнились съемки около театра «Современник». Из-за поворота не всегда было видно идущий трамвай, а наша точка находилась как раз на рельсах. Только и успевали уворачиваться. Каждый раз вокруг нашей съемочной группы собирались прохожие, которым было очень интересно, что же мы такое снимаем. Они узнавали актеров, которых привыкли видеть либо далеко на сцене, либо на теле- и киноэкранах. Надо сказать, что московская публика, во всяком случае те, с кем мы сталкивались, очень тактичные люди. Они спрашивали разрешение, можно ли им остаться посмотреть. Никто панибратски не кидался на наших героев. Меня это очень порадовало. В «натурных» съемках были, конечно, и свои сложности. Мы видим прекрасный театр, направляем камеру, и открывается огромное количество проводов, дорожных знаков… Нужно срочно искать другую точку…  Но наша команда никогда не уходила в злость или негатив, наоборот, воспринимала это как вызов: мы все-таки найдем нужный ракурс!

– Когда артисты узнали об акции, не выстроилась ли у вас очередь из желающих поучаствовать в проекте?

– Скорее, когда кампания вышла в эфир. Весной у нас уже был опыт объединяющего театры проекта. Мы запустили в сети Instagram челлендж #ПарадХитов. Театры записывали свои музыкальные хиты и по очереди ежедневно их выкладывали. Проект получился и даже стал финалистом Международной премии «Звезда Театрала». Сейчас как раз продолжается зрительское голосование, можете поставить за нас галочку. И когда возникла идея сделать акцию «Встречаемся в театре», мы, конечно же, в первую очередь обратились к «своей» команде, с которой сложились отношения. В сотрудничестве есть своя прелесть, актерам это нравится. Мы не Департамент культуры и не СТД, задания свыше у нас не было. Было просто желание собрать единомышленников и сделать добрый театральный проект, адресованный зрителям.

– Телевизионщики и радийщики сами соглашались предоставить эфирное время или пришлось кого-то уговаривать?

– Это вопрос лоббизма и убеждения партнеров, а не уговоров. Профессиональные люди ведут профессиональные переговоры. Мы же не маленькие дети. У каждого есть свои резоны, свое время, свои возможности. Кто-то долго решает эти вопросы, кто-то быстрее. У кого-то есть свободное время для нашей социалки, у кого-то его нет. Но все хотели нам помочь, чему мы искренне рады.

– Ваши ожидания от акции?

– Очень простые: новая публика придет в театр, кто-то заинтересуется спектаклями, названия которых впервые услышит. Я не знаю точную цифру, но, положим, 5% россиян ходят в театр, 3% москвичей. Может быть, после нашей акции их будет 3,5%. Все делается ради этого, не ради нас самих, это не наша развлекашка. Плюс ко всему уже давно не было нормального, этического, красивого, веселого, тактичного разговора о театре относительно зрителя. Мы устали слушать о том, кто что украл, кто с кем живет, какие проблемы в театре… Театр превратился в передачу «Дорожный патруль». И вдруг появляется то, что сделали мы с одним-единственным посылом: люди, мы вас ждем, мы очень хотим, чтобы вы пришли к нам в гости.

– Теперь немного лично о вас и вашем театре. Как получилось так, что вы между цирковой ареной и театральными подмостками выбрали последнее?

– Я не собиралась, меня клоуны уговорили. После Фестиваля клоунады я думала, что все на этом закончится: теперь все знают, как много в России хороших клоунов, им предоставят площадки, цирковые арены… А все призеры фестиваля неожиданно пришли ко мне: «Тереза Ганнибаловна, мы видим, что вы неплохой администратор, не могли бы мы все вместе, большой клоунской тусовкой, покататься с гастролями, наверное, это было бы интересно людям». И я вместо того, чтобы сказать «нет», сказала «да». С этого все и началось. А после гастролей я поняла, что никто уже не хочет расставаться. Потом мне стала интересна сцена как таковая, несмотря на то, что я цирковой режиссер. Появились идеи новых проектов. И я даже не почувствовала, как коготок увяз.

– Вы очень много создали спектаклей и постановок для детей. Это осознанный выбор или так получилось в процессе становления вашего творческого кредо?

– Я никогда не делала спектакли для детей, я всегда делала спектакли для семьи. Именно поэтому наши спектакли немного отличаются от всего детского репертуара в привычном его понимании. Я очень люблю сказку. Потому что в сказке сконцентрировано огромное количество философии, вопросов этики, культуры, жизни и смерти… Сказки пронизаны основами, на которых держится сознание человека и на которых человек растет, а человек никогда не прекращает расти.  Мы ставим многие вопросы, на которые без нас родители не смогут найти ответы. Например, как реагировать взрослым, если выбор их ребенка – не их выбор, что с этим делать? Как воспитывать мальчика, чтобы он был достоин девочки? И насколько девочка важна в его в жизни, насколько она требует уважения, любви и тактичного обращения? На эти вопросы мы тоже можем ответить. Я очень люблю делать спектакли, которые были бы интересны папам и мальчикам. Когда мы только начинали театр, в зале сидели в основном бабушки и девочки, а теперь у нас сидят семьи целиком. И мальчишки с папами очень любят наш театр.

– Как вам работается с собственным сыном –  автором пьес?

– Прекрасно работается! Мы с ним читали одни и те же книжки. У нас общее понимание, что такое хорошо и что такое плохо. Нам не надо ни о чем договариваться – мы понимаем друг друга с полуслова уже много лет. Мы всегда были друзьями, очень много общались, обсуждали различные жизненные ситуации. Я знаю все его приоритеты по жизни. Мне очень помогает то, что многие вещи мне не приходится ему объяснять. А учитывая его талант, словарный запас, мощь его эрудиции, мне с ним работать еще и очень интересно. И всегда очень неожиданно. Новая пьеса Артема для меня всегда немножко сюрприз. Он делает этнические вещи, и, чтобы написать о Шотландии, Индии или другой стране, Артем полностью погружается в ее культуру. У него на это уходит практически год. Он хорошо владеет английским, он знает, как и где искать, он умеет работать со словарями, про интернет я уже просто не говорю. Для него не проблема, если мы говорим о Шотландии, сесть и уехать в Шотландию, прожить там некоторое время, приехать и сказать: теперь я знаю, о чем писать! Есть и оборотная сторона этой медали. После премьеры спектакля Артем говорит мне: я ожидал увидеть все, что угодно, но только не это. Так что у нас двойные сюрпризы. В этом году мы готовим шотландскую премьеру «Легенда о белом тумане». Артем, естественно, побывал в Шотландии, много мне о ней рассказал. Он знает историю Шотландии от самых истоков, поэтому предложил рассказать нашим зрителям о тех временах, когда страну населяли пикты и другие племена. Это будет история об объединении.

– Личный вопрос. Почему именно Даниловский монастырь и что вам дает вера?

– Потому что Даниловский монастырь находится в трех минутах от театра. Потому что это совершенно поразительное место – вроде в центре и не в центре. Здесь поют другие птицы, в небольшом парке Даниловского монастыря иногда бывает абсолютно другая погода. Здесь тишина, светит солнце, красиво идет снег. Здесь другая атмосфера. Она дает мне корневую подпитку. Когда я читаю молитву, возникает ощущение, что я крепче стою на ногах. Я никогда не прихожу в церковь с жалобами или с просьбами, я всегда прихожу с благодарностью. За то, что я смогла, за то, что мне позволили, за то, что меня поддержали, за то, что мне хватило сил, за то, что мне хватило ума… И, действительно, молитва мне очень помогает.

– Ваше отношение к последнему заявлению руководителя «Коляда-театр»?

– Я очень люблю Николая и отношусь к нему с нежностью. «Коляда-театр» не раз бывал у нас на фестивале, его театр пользуется очень большой популярностью в мире и очень много гастролирует. Я думаю, Николай слишком драматизирует сегодняшнюю ситуацию, но я могу его понять. Они живут на те деньги, которые зарабатывают. У них очень маленький бюджет, и для них каждый билет, каждая проданная программка – целое состояние. Но в любом случае не стоит обвинять зрителей, они не виноваты. У них тоже есть свои проблемы. Надо просто чуть-чуть подождать.

– Что нужно сделать всем нам, что бы такие самобытные театры продолжали жить и приносить радость зрителю?

– Любому самобытному театру я бы пожелала самобытного директора. Или самобытного худрука, у которого хватит сил, энергии и эмоций для того, чтобы этот театр оставался самобытным и мог зазвучать вовне, заинтересовать публику. Это большая работа. И не только в постановке спектаклей. Это раньше можно было сделать хороший спектакль, выйти на улицу, расстелить коврик и показать его зрителям. Сегодня нужно огромное количество совершенно иных усилий. Я не большой любитель давать советы. Могу решить исключительно за себя, как в той или иной ситуации поступать мне, но не давать советы другим.

Такова она, Тереза Дурова, – мать своему сыну, своим артистам и всем тем, кого она объединила в проект «Встречаемся в театре», так необходимый прямо сейчас, в эпоху коронавирусов и пандемий.

Владимир Сабадаш, Ирина Будовнич.

Фото из личного архива Терезы Дуровой.

 

 

 

Добавить комментарий

Loading...
Top