ВЛАДИМИР КОТТ: ИЗ ОЩУЩЕНИЯ БЕССМЫСЛЕННО ПОТРАЧЕННОГО ВРЕМЕНИ РОДИЛСЯ ЭТОТ ФИЛЬМ

Режиссер Владимир Котт завершил работу над картиной «Конец фильма», и сейчас лента находится в стадии получения прокатного удостоверения. Премьера ее запланирована на начало весны. Наш обозреватель беседует с режиссером любопытной картины.

— Владимир Константинович, герой вашего фильма Митя сбегает со съемочной площадки очередного телесериала. Потому что в какой-то момент задается вопросом, который так или иначе задает себе каждый человек: «Хочу ли я на самом деле заниматься тем, чем занимаюсь в этой жизни?» Что вас толкнуло на создание подобного кино?

— В нашей истории режиссер вдруг понимает, что все, что он снимал до этого, было искусственным, ненастоящим. Что он использовал кино лишь для зарабатывания денег, а не для выражения себя. Когда «точка кипения» в нем пробудилась, он принимает решение, что участвовать во всем этом больше не будет. Моего героя зажали в бюджетные тиски, он вынужден снимать много минут в день вместо того, чтобы заниматься творчеством. Его мозг начинает взрываться: он чей-то раб, он гонит план, он выполняет чью-то чужую волю, но все это не имеет отношения ни к качеству, ни к искусству.

— Вы приложили руку к созданию сценария. В какой момент лично у вас появилось ощущение, что мы от старого советского кино, в котором существовали образцы настоящего искусства, перешли к подобной коммерческой, изматывающей системе? Спрашиваю потому, что ведь не случайно в вашей картине герою в видении является не кто-нибудь, а Марчелло Мастроянни. И призрак великого итальянского артиста произносит сакраментальное «Г… ты, Митя!».

— Ну, поскольку я не только киношный, но и телевизионно-сериальный режиссер, то, на самом деле, я все время испытывал на себе пресс этого тяжелого сверхпроизводства. У меня не было ни одного фильма, который я бы снял так, как хотел. Кроме, разве что «Карпа отмороженного».

Кадр из картины Владимира Котта «КАРП ОТМОРОЖЕННЫЙ»

— И именно «Карп…» тут же был отобран в программу ММКФ, куда попасть мечтают все, но сделать это — крайне трудно.

— Кроме того, сценарий возник еще и потому, что у меня к моменту съемок «зависли» на Первом канале четыре готовых сериала! Причем в этих сериалах снимались звезды, это была действительно качественная продукция. В одном, например, снимался Юрий Мефодьевич Соломин, а еще — Петренко, Ткачук… состав-то там был убойный! И у меня возникло ощущение бессмысленно потраченного времени. Кстати, мой сериал «Пётр Лещенко. Всё, что было…» придерживали на ТВ пять лет. Я все понимаю – время нерезиновое, да и люди сейчас перестали смотреть сериалы на каналах, все идут в интернет, чтобы смотреть то, что хотят, и в то время, когда это удобно. Но все же, все же…

— Вы в итоге пошли снимать для интернет-платформы. Как себя ощущали?

— Пошел. И для меня это был какой-то глоток воздуха, появилось ощущение свободы. Мне вообще кажется, что очень скоро на телевидении останутся только какие-то знаковые имиджевые вещи, и все. Там будет увеличиваться количество реалити-шоу, ток-шоу и так далее. А зритель? Ему ведь удобнее смотреть в компьютер. Так что реальная борьба сегодня уже идет не за ТВ, а за интернет-пространство.

— Вы в своей новой картине «Конец фильма» сами играете жесткого продюсера, который вашему режиссеру выкручивает руки. А вот хороший продюсер Сергей Сельянов в ответ на упреки в том, что продюсеры зажимают режиссеров, сказал, что продюсер — вовсе не работодатель. Он — автор своего проекта, и подбирает поэтому под свое видение и режиссеров, и артистов…

— Сергей Сельянов прав в своем видении потому, что как раз он-то делает серьезные и очень успешные проекты, особенно в области анимации. Но, с другой стороны, мне трудно себе представить, что Андрей Звягинцев, например, будет озвучивать мысли Александра Роднянского. Да, есть, конечно, коммерческие проекты, но есть и авторские, когда специально под определенного режиссера Минкульт (или Фонд кино) выделяет деньги. И эти деньги, заметьте, выделяются под режиссера, а не под продюсера.

— А как вы ищите артистов? Как-то в одном интервью Полина Кутепова призналась, что после показов режиссерам ей всегда хочется залезть в ванну, потому что она ощущает себя словно животное на рынке, которое режиссер разглядывает со всех сторон.

— Очень хорошо понимаю Полину и то, о чем она говорит. Но фильм ведь рождают не спецэффекты или взрывы: как только на экране появляется актер, зритель автоматически начинает смотреть артисту в глаза. И поэтому я, режиссер, тоже смотрю артисту в глаза на пробах: глаза ведь бывают наполненные, в них читается драма, а бывают абсолютно пустыми.

Елена Булова

0 0 голоса
Рейтинг статьи
Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
0
Оставьте комментарий! Напишите, что думаете по поводу статьи.x
()
x