Среда, 13 ноября, должна войти в историю. Если не согласится – подправим.
В этот день состоялось заседание Президиума Российской академии наук.
По информации сайта РАН, «Развитие палеогенетики усилило возможности современной науки в процессе познания человечества. Изучение древней ДНК позволяет проверить исторические реконструкции, основанные на археологических материалах, и обеспечивает новый уровень доказательности».
Согласно приведенному определению, «историческая генетика – область исследований, которая применяет современные молекулярно-генетические методы анализа древней ДНК для идентификации и выявления родства и исторического происхождения отдельных индивидов, культур и народов».
Так сказал в своем докладе заведующий кафедрой генетики МГУ, академик Евгений Рогаев. Его доклад был основным.
«Процесс выделения древней ДНК для генетического анализа проходит в несколько этапов: измельчение образца; декальцирование и лизис; очистка ДНК от примесей. Цикл должен завершаться секвенированием образца и приготовлением геномных библиотек, к которым в дальнейшем можно снова обращаться», – объяснил академик Рогаев суть метода.
Он достаточно кратко и при этом вполне точно и одновременно образно описал итог своих всеобъемлющих исследований по молекулярной генетике царских останков.
Оказалось, что гемофилия царевича Алексея, локализованная в женской X-хромосоме Александры Фёдоровны, серьезно отразилась на истории. «Королевская болезнь» так называется потому, что распространена от «бабушки Европы», британской королевы Виктории.
Академик Рогаев рассказал следующее: «Наследование болезни сопровождалось носительством по женской линии. Болезнь сама возникает у лиц мужского пола. То есть типичное сцепление с так называемой Х-хромосомой половой. Нам удалось извлечь нужный материал из костных останков царевича Алексея, сына Александры Фёдоровны, после того, как мы провели идентификацию этих останков. Удалось с помощью разработанного нами так называемого мультиплексного анализа ультракоротких ампликонов извлечь эту мутацию из одного из генов, так называемого фактора свертываемости IX. Эта мутация относится к типу болезни гемофилии «бета», которая является более редкой, чем традиционная гемофилия. Мы обнаружили, что носительство этой мутации также было найдено у младшей сестры царевича Алексея, Анастасии, но не у старших сестер, и оно передавалось через Александру Фёдоровну. Соответственно, мы предполагаем, что эта мутация была и у королевы Виктории».
Конец цитаты. Источник: интервью Рогаева https://www.interfax.ru/russia/991428
Ампликоны – фрагменты, получаемые путем амплификации из выделенной ДНК для секвенирования, то есть расшифровки генетического текста.
Отдельного внимания заслуживает изучение пещерных остатков.
«Удалось изучить палеолитический образец именно у нас в стране. Эта работа была проведена по исследованию зубов неандертальцев из Мезмайской пещеры», – сообщил Рогаев. Источник тот же.
Согласно пояснению источника, это археологический памятник в Апшеронском районе Краснодарского края, где обнаружена многослойная палеолитическая стоянка неандертальцев.
«В одном и том же месте жили неандертальцы совершенно разных периодов от 40 до 70 тыс. лет, то есть в одной пещере, меняя друг друга». «Квартирный вопрос стоял остро еще в те времена», – пошутил академик.
Провел заседание президент РАН Геннадий Красников.
«Историческая генетика – это новое направление, которое позволяет фактически дополнить или по-другому посмотреть на нашу историю, уточнить данные, тем самым развивая исторические науки на новом уровне», – сказал во вступительном слове Геннадий Красников.
Сие есть не совсем так, потому что для любой генетики необходимы и достаточны генетические маркеры. Когда не было ни молекулярной генетики, ни вообще никакой генетики в современном понимании, возможность идентификации благоприобретенных или наследственных аномалий всегда была и по останкам, и даже на изображениях людей. Например, знаменитая габсбургская губа.
Та же историческая генетика может вполне успешно развиваться на примере современных популяций. Например, уникальный генетик происхождением из новосибирского Академгородка Михаил Голубовский описал генетические маркеры, которыми отличаются евреи.
Правда, у нынешних исторических генетиков дедовские методы не в почете. Журналы ставят условия для авторов, какие методы применять и оборудование какой фирмы использовать.
Но все же былые достижения генетики в историю не ушли. У древних народов генетический груз меньше. В процессе аллогенеза генная нагрузка признака в понимании Сергея Гершензона сокращается.
А Голубовский больше известен своим памфлетом о Николае Дубинине. В России всегда был главный генетик, но не всегда впопад.
Несомненным прорывом стал переход от изучения редких и эндемических этнических групп к попытке получения генетической картины русских в целом. Политический процесс в генетике шел долго и трудно.
Идеологический прорыв произошел на основе методического прорыва, тут исторические генетики совершенно правы. В генетике произошел революционный переход от ДНК-генеалогии на основе анализа гаплотипов ДНК к применению методов биоинформатики к компьютерным поискам в генетических базах данных секвенирования множества геномов из разных географических и временных точек.
Метод важнее открытия.
Член-корреспондент РАН Егор Прохорчук в своем докладе отметил: «Важно решить проблему использования зарубежных алгоритмов. Иногда метод важнее открытия. Тот, кто придумывает метод в математике, снимает все сливки, а мы лишь следуем трендам <…> Нам остро необходимы новые алгоритмы анализа древней ДНК».
Цитата из отчета о мероприятии на сайте: https://www.ras.ru/news/shownews.aspx?id=6b8c8807-9285-4b40-b3ab-6faecd1c77cc&ysclid=m3goz8yr9h956192632
Методы анализа больших оцифрованных баз данных достаточно универсальны, и каждый статусный ученый знает по себе, что такое индекс Хирша. Теоретически успех зависит от объема накопленных данных. Получилось так, и не спрашивать, почему, что образцы вывезли, а созданные при их использовании базы русской науке стали трудно доступны.
Но и это на самом деле не главное. Главное то, что результат не радикально зависит от примененных алгоритмов. В науке они могут быть сложные и, как правило, не раскрываются. Для сравнения. Учет котировок фондового рынка устроен проще. Исходя из субъективных приоритетов индексы, например, сетевых компаний умножаются на подобранные коэффициенты. Я с таким столкнулся в семидесятых, когда полученные в полевых условиях расщепления маркеров просто умножали на два, потому что они не соответствовали менделевским.
Тут уж воистину метод важнее открытия.
Пока там в РАН заседают молекулярное биологи, алголог Галина Белякова пришла к выводу, что без использования нормальной биологии от них больше вреда, чем пользы. Только путают.
Но и тут не все плохо. Например, важнейшее открытие XXI века – Денисовского человека Анатолия Деревянко – не забыто. Открыли неизвестный ранее вид человека, соединив палеонтологию и археологию.
Тут все возвращается на свои места, и открытие выявляет главное независимо от метода.
Почему редкая мутация бета-гемофилии повлияла на исторические события русской революции и войны в Испании, академик Рогаев не объяснил. Или я не понял.
Например, профессор кафедры генетики Марлен Асланян специализируется по генетике продуктивных животных, и для него основной метод – анализ родословных. В Советском Союзе племенные книги были чем-то священным вроде той коровы. Потом куда-то испарились.
Собственные экспериментальные исследования профессора Асланяна опередили время. Он показал преимущественное оплодотворение чужой спермой на примере кроликов. То есть установил неслучайность в стохастическом процессе.
Жаль, что у обильных потомков королевы Виктории такого способа предотвращения инбридинга не было, и вредный ген выстрелил в Петербург.
Научный руководитель моей дипломной работы по генетике аллогенеза Нина Николаевна Орлова специализировалась на генетическом анализе. Описала систему разнообразия методов генетического анализа и ввела понятие разрешающей способности объекта и метода.
Эволюционную историю можно изучать, например, только по хвостам или только по головам, носам или глазам, митохондриям, хромосомам и так далее. История получится разная. Например, наши митохондрии настолько древние, что отличаются одной буквой в генетическом коде. Для эволюционной истории это очень много. Поэтому наши представления о жизни до генетического кода скудны до полного отсутствия. Мы просто видим по самому генетическому коду логику прошедшей эволюции, о чем нам рассказывал на факультете естественных наук НГУ Вадим Ратнер в конце шестидесятых. Генетический код не мог возникнуть одномоментно. Он вызывает аллюзию с рисунком прибрежной лавы в районе Беломорской биостанции. Рисунок показывает, как она текла, когда была расплавленной.
Я читаю репортажи с Президиума РАН подобно стенографическому отчету сессии ВАСХНИЛ 1948 года. Становиться героем репортажа с петлей на шее не хочется. В тот же день в Думе депутат Олег Смолин назидательно напомнил: «Ученый, сверстник Галилея, был не глупее Галилея, он знал, что вертится Земля, но у него была семья».
Простая феноменология в сравнении разных эпох – прекрасная историческая генетика. Очень наглядно и неопровержимо. Как говорила моя соученица по кафедре генетики Лена Таль, против генов не попрешь.
Есть политическая установка развивать генетику. Благодаря решению национального лидера, в Россию вернулись выпускники советских вузов, и в том числе – моей родной кафедры генетики. Они вернулись не просто так, а с новой для России наукой. Все новое – это перелицованное старое после пространственно-временной петли из России в Россию через Новый свет. В контексте исторической генетики оказался ортодоксальный менделизм, то есть обычная формальная генетика на новых данных.
Почему геном, гены и хромосомы считаются стабильными, непонятно совершенно. Изменчивость хромосомного набора показал Николай Воронцов в полевых исследованиях по цитогенетике. Генетик Сергей Разин показал, что у нашей генетики может быть семь пятниц на дню благодаря переформатированию хроматина. Переключается генная экспрессия.
Еще одна новация молекулярной генетики, что все люди братья, едва ли не близнецы. И не только люди, но и обезьяны, от которых по слухам с островов произошел дарвинизм. Почему так получилось, объяснил генетик Центра психического здравья Иван Юров. Мне это недоступно, а у Юрова большой опыт в науке США при сохранении русской ментальности. Открытие определяет особенность метода.
Итак, новая метла новые гены метет. ДНК-генеалогия Анатолия Клёсова на основе изучения гаплотипов (совокупности генов в комплексах) отодвинута как лженаучная. Явления викарирования Тимофеева-Ресовского мы как бы никогда и не знали. Явление гетеробатмии не про нас.
Естественно, не осталось ни следа от предыдущего президента академии Александра Сергеева. Он успел организовать и провести серию Научных советов РАН в РИА «Новости», на которых была выявлена генетическая природа инфодемии. Иван Юров участвовал с апокрифической концепцией.
Потом на выборах в академии Сергеев неожиданно снялся. При его популярности это был единственный способ сменить президента РАН. Красников знал об этом заранее. Такой вот фазовый переход в исторической генетике.
Лев Московкин.
Иллюстрация нейросети Kandinsky
