Матч за Суперкубок на «Лукойл Арене», завершившийся победой «Спартака» над ЦСКА со счетом 1:0 (0:0) благодаря голу Лары Ивануши, стал самым посещаемым в столице, превзойдя рекорд 2023 года почти в два раза. Но, несмотря на 12 567 зрителей, сохранил фирменную странность, касающуюся женского футбола в России.
Вы можете представить, как главный тренер мужской сборной с одним из ведущих игроков за двадцать минут до начала топового дерби стоит вне ограждений у входа на сектор болельщиков? А вот наставнику женской национальной команды Юрию Красножану в компании Полины Юкляевой, накануне вернувшихся из дважды победной командировки сборной в Китай, это удалось. Стояли не прячась, если не считать за маскировку отсутствие двух фирменных заплетенных кос у полузащитницы «Локомотива» (что при отсечке загара под шортами без привычных рабочих гетр аккурат чуть ниже колена смотрелось как Савелий Крамаров в образе женщины из «Джентльменов удачи»)…
И если ноль внимания хоть кого-либо из проходящих у трибуны «А» к Красножану можно списать на стечение обстоятельств в момент наблюдения, то по отношению к игроку это традиционно.
Артём Дзюба от женского футбола, то есть рекордсмен по количеству забитых мячей – Олеся Курочкина, пришедшая в прошлом году на кубковый матч субботних финалистов, ни на трибуне, ни после игры, проходя мимо остановки у стадиона «Арена Химки», не получила не только назойливых просьб о селфи, но и ни одного бескультурного пальца, указавшего в ее сторону. А в этом году довелось увидеть одиноко шедшую мимо остановки, также заполненной фанатами, в сторону шоссе несостоявшуюся героиню Суперкубка, дважды выходившую один на один с вратарем «Спартака» боснийку Софию Крайсумович.
Если случай с Курочкиной, выступающей за пермскую «Звезду-2005», можно объяснить отсутствием осведомленности (преимущественно по юности) у болельщиков обоих клубов, то история с приметной, подкрашенной в блондинку в фирменной атрибутике ЦСКА Софией – классика жанра. Существует комплекс причин, по которым к футболисткам не подходят пообщаться. Главная из них в том, что большая часть мужской поддержки за пределами спортивных объектов двух слов связать при встрече с понравившейся женщиной не может. А футболистки – народ сильно специфичный, живущий по своим негласным, не регламентированным, но продиктованным самой жизнью понятиям. Что можно сказать той, кто впахивает пять дней, чтобы на шестой с бледно-красным (красно-белым, если угодно) лицом, получив плюс-минус стандартную дозу побоев на зеленом газоне, остаться с привычной болью, распределенной по всему телу, на утро разделяемой лишь теми, кто также испытывает это из года в год? К вниманию она готова, но, варясь в постоянном стрессе круглогодичной футбольной битвы, с криками, иногда истошными, партнерш и соперниц, тренерскими накачками, судейскими свистками, дополняемыми словесными предупреждениями и карточками, фальшь такие люди чувствуют сразу. А если интерес не личный и разговор про футбол, тогда, чтобы быть воспринятым всерьез, говорить нужно грамотно и по делу. На обеих этих территориях подавляющее большинство торсиды остается ни с чем. Добавьте к этому пароли и явки, по которым на физически существующей территории женского футбола определяют местных и залетных: есть группа активных фанатов – ультрас, основная тусовка – родители и воспитанники футбольных школ и академий, относящихся к командам, штучное количество агентов и связанных с медиа людей. На этом фоне заметен даже один человек, впервые пришедший на стадион, если это не матч-исключение типа суперкубкового, где среди двенадцати с половиной тысяч могут затеряться новички, но будет видно своих.
Во втором тайме рядом со мной над сектором стояли воспитанницы ЦСКА, соответствующие возрастным маркировкам от U-14 до U-18. Перед матчем они выходили на поле растянуть один из баннеров, посвященных Суперкубку. Несмотря на то, что бронзовый сектор не территория агрессивной поддержки, слева от нас с армейской воспитанницей молодой спартач зарядил неприличную фразу в адрес ЦСКА. Он не видел ее, ростом ниже поручня, на который все мы опирались. Но такой крик – последнее, на что футболистка среагирует. И не только потому, что ее старшие одноклубницы с минуты на минуту упустят последний шанс отыграться: по сравнению с тем, что в футбольной жизни слышно от родителей на стадионах перед тем, как местный стюард или охранник подведет к ним сотрудников полиции, такой выкрик – цветочки. Зная этот народ, скажу, что, если бы за спартаковцем стояла вся их армейская девчачья флейва, они бы с удовольствием слушали подобные заряды и беззлобно посмеивались, а то и поддакивали. По сравнению с тем, что происходит в их битвах, такая выходка – забава, между собой они назовут парня кринжменом и будут пародировать друг дружке за обедом или заскучав на трамвайной остановке. Нормальными в привычном понимании нормальности девочки, дошедшие в системе профессиональных клубов до U-16, не будут никогда.
Всем, кто в этом сомневается, нужно было видеть прямой эфир на канале «Матч Премьер» в перерыве второго прошлогоднего полуфинального матча Кубка между ЦСКА и «Спартаком». На начавшуюся в конце первого тайма грязную рубку ведущая, в прошлом защитница Людмила Шадрина, сказала: «Похоже, что после перерыва на поле начнется мясо…» «Да», – согласилась тренер женской молодежной сборной, в прошлом защитница Елена Медведь. «Я бы поучаствовала», – добавила Шадрина. «Я бы тоже», – согласилась Медведь.
Постояв рядом с юной футболисткой армейцев в борцовке (черной, как принято у болельщиков красно-синих), скажу, что всегда с трудом симпатизирую «Спартаку» и ЦСКА. Но Крайсумович была хороша, как и стадион, на котором с момента написания материала о задержке его строительства в 2007 году побывал впервые.
Илья Румянцев.
Фото RFS.RU
