ВЕК ОДНОЙ СЕМЬИ

Когда в Москве появились извозчики?

Чем первая купеческая гильдия отличается от второй?

Уезжал ли диктор Юрий Левитан в годы войны из Москвы?

Кто печатал «Доктора Живаго» Б. Пастернака?

Почему Алексей Аджубей начал издавать «Неделю» без решения ЦК?

Фамилия Похлебкин – это псевдоним? – ответы на эти и другие вопросы вы найдете в книге Елены Мушкиной «Что случилось на моем веку…», вышедшей в августе текущего года. Богато иллюстрированная, наполненная многочисленными фактами и деталями, она непременно заинтересует читателя.

Энциклопедия московской жизни – так можно назвать эту книгу. Четыре поколения семьи автора жили, учились, работали в пределах Садового кольца. Трепетно, скрупулезно Е. Мушкина изучала документы, сох­ранившиеся в доме и в Государственных архивах. Старалась восстановить свою родословную, понять, как москвичи жили, работали, как одевались и отдыхали, что ели-пили, как принимали гостей. На фоне семейной хроники прекрасно передан колорит русского быта.

Век одной семьи – век великой культуры вокруг семьи. Встречи, письма, автографы – постоянное общение с выдающимися писателями, художниками, артистами.

Воспоминания – ​словно нож острый. Память о тех, кого уже нет рядом. И никогда не будет. Автор  и представить себе не могла, как крепко будут держать ее вековые корни, каким неукротимым станет зов предков.

В который раз перебирая снимки, она вглядывалась в удивительные лица, уже полузабытые, читала-перечитывала сохранившиеся в доме письма, полуистлевшие, пожелтевшие… Вот оно, наследство, доставшееся ей от прадеда, 1853 года рождения, от многочисленных бабушек, от мамы. И мысль, пронзительная, горькая: я так мало о них знаю! О людях самых дорогих и близких.

Подобное богатство есть практически в каждой семье. Но наследники порой не понимают его ценности, безжалостно выбрасывают. Похоронят человека – ​и выносят на помойку все его вещи, считая старым, ненужным хламом: скорее бы освободить малогабаритные квартиры! Так уходит не только жизнь человека, но и память о нем.

Еще один персонаж повествования – ​сама Москва. Неповторимые названия старинных улиц и переулков, адреса, подчас ныне не существующие. Быт Москвы с коммуналками, примусами и ке­росинками… Уплотнения и переселения… Военные годы, бомбежки, аэростаты на улицах… Пустые полки магазинов…Кто пережил такое, никогда не забудет.

Так в судьбах одной семьи отразилась история Москвы XIX–XX вв.

Без витийских измышлений,
Шью, как по канве,
Для грядущих поколений
Память о Москве.

Елена Мушкина, как и Владимир Гиляровский, хотела оставить память о Москве. О Москве и москвичах. И это ей удалось.

Наталия Колесникова