БЕЛАЯ «ВОЛГА» «КРАСНОГО МАЙОРА»

В телевизионных спортивных анонсах нам часто приходится видеть две буквы — vs. Это сокращение от латинского слова versus, что означает «против». Например, Фетисов vs… Против кого или чего? На льду он дослужился до звания майора Советской армии, но авторитет у него уже тогда, в конце 1980-х, был генеральского масштаба. Двукратный олимпийский чемпион, семикратный чемпион мира, двукратный обладатель Кубка Стэнли. Вячеслав Фетисов, легендарный «армейский» хоккеист, с 2016 года еще и ведущий программы имени себя («Фетисов») на телеканале «Звезда». Наш разговор — о советской системе, силе воли и победах над собой.

– Вячеслав Александрович, что из предыдущего опыта министра, тренера, капитана сборной вам пригодилось в работе телеведущего? Или телеведущий – это всего лишь игрок, которого продюсеры тренируют? Он действительно ведущий или ведомый?
– В моем понимании это связано с психологией. Я уверен, что руководитель любого уровня сегодня – это прежде всего психолог, человек, который должен знать тему досконально, и говорить нужные слова в нужное время в нужном месте.
– Недавние скандалы с мельдонием, со всеми этими допингами заставили задуматься: а в советские времена были в западной прессе публикации о том, что коммунисты используют какие-то хитрости?
– Чтобы ответить на этот вопрос, надо посмотреть документальный фильм «Красная армия» режиссера Гейба Польски. Он посвящен советскому доминированию в мировом хоккее во время холодной войны. Именно моя история стала одной из главных в этом фильме. В принципе, скандалы с допингами и в советские времена были: вспомните публикации, связанные с ГДР. Но у нас – никаких допингов. Четырехразовые тренировки, колоссальная самоотдача, осознание того, какой герб у тебя на груди. Мне кажется, в советское время мы выигрывали практически во всех игровых видах спорта – даже в футболе! – пока политика не вмешалась в это дело.


– Кстати, о футболе. Это правда, что, когда вы написали рапорт и пошли к министру обороны Язову увольняться, он перепутал хоккей и футбол?
– Вообще большие советские начальники очень неоднозначно относились к спорту. Я с уважением отношусь к министру обороны Язову и могу сказать, что он просто не владел ситуацией. Ему доложили то, что доложили, те, кто хотел под определенным углом донести информацию. И потом, для него это было десятым, а может, двадцатым делом.
Сам факт того, что советский офицер собрался уехать играть за океан, и принятие этого решения переложили на министра обороны, конечно, вызвал у него раздражение. Я ему объясняю: у нас сейчас и формы нет, даже коньки и клюшки купить не на что. Он спрашивает у Виктора Васильевича Тихонова, тренера ЦСКА и сборной СССР: «Это правда?» Тот подтверждает. Министр берет трубку и звонит кому-то: «Слушай, – говорит, – у армейских футболистов денег нет, чтоб купить клюшки!» Я ему: «Товарищ министр обороны, не у футболистов, а у хоккеистов…» Он: «Тьфу, у футболистов, у хоккеистов…»


– Неужели в Советском Союзе у армейской спортивной элиты были проблемы с экипировкой? Мне казалось, что все это началось уже в постсоветское время…
– Это началось где-то с середины 1980-х. Но мы и того не имели бы, если бы не играли в сборной страны, где были дополнительные возможности. Например, мы получали клюшки по частным рекламным договоренностям, никаких официальных договоров не было. Мне лично где-то около ста клюшек одна фирма прислала. Я их раздавал ребятам, с которыми мы играли в сборной. Приходили ветераны, говорили: «Ой, Слав, а клюшка-то какая!» Я отвечал: «Конечно, Палыч, возьми…» Нам всего одни коньки на сезон выдавали…
Поэтому, конечно, неслучайно начали игроков продавать – и футболистов, и хоккеистов. Ребята уезжали, контракт у них забирали, а сами они получали на руки примерно по тысяче долларов. Когда мы приезжали играть, известные футболисты, не буду называть имена, приходили к нам на игры. Я спрашиваю: «Как жизнь здесь у вас?» Они отвечают: «Ну чего, вот копим…» А один признался: «Я забор вчера красил у соседа, он мне заплатил…»
Мы все тогда копили – чтоб приехать и машину купить. Представляешь, отыграл карьеру, поехал, а деньги все забрали у тебя! Какая-то унизительная ситуация. То же самое предлагали нам. Я сказал: нет. Не в одних деньгах дело. Когда ты едешь, все понимают, что ты – статусный человек. А ты будешь экономить на еде, чтобы что-то купить? Здесь конфликт не тренера и игрока, как пресса старалась представить публике, а системы и человека.
– Вы верите в судьбу: если человеку суждено кем-то стать, он тем и станет? Или это набор каких-то случайностей?
– Я вообще-то в судьбу верю. А случайности тоже бывают закономерными. Каждый раз, что-то делая, ты совершаешь выбор. А когда вторгается случай – это, наверное, некое испытание. Вот я попал в детскую спортивную школу ЦСКА с третьего раза.
– Наверное, это не случай, а воля?
– Даже не воля – желание. Мне было 9–10 лет. Отец говорил: сынок, ты должен хорошо учиться, чтобы выбраться из барака, где ты родился. То есть установка по жизни была. И как только ты принимаешь решение о том, что тебе это надо, начинается совершенно другая история. Ты начинаешь понимать: чтобы стать успешным, нужно уметь пахать.


– Среди ваших многочисленных спортивных травм не было ли звездной болезни?
– Конечно, это вещь, которую очень тяжело переживать. Так случилось, что я уже в 20 лет стал лучшим защитником в мире. И орденом наградили, и машина, и квартира – в то время это была какая-то несбыточная мечта. И вдруг мне как будто дали сигнал откуда-то сверху: парализованный 20-летний пацан без всяких перспектив.
– Из-за чего это случилось?
– Травма и переохлаждение – всё вместе. У меня два диска выпали. Если бы тогда сделали операцию, я бы уже не сидел здесь. Переохлаждение случилось как раз в этой роскошной белой «Волге», которую я получил в награду: она не заводилась зимой. Мы ее толкали, катали, а мороз был под 40 градусов. Потом был долгий перелет, автобус. И вот, видно, заклинило.
Это испытание меня быстро переформатировало. Врач сказал: всё, даже ходить не сможешь, забудь про хоккей. Я лежал в военном госпитале Бурденко. Я тогда даже не понимал степень проблемы, которая передо мной встала. Но появились два врача, которые мне помогли: доктор ЦСКА Олег Маркович Белаковский и Яков Михайлович Коц. Олег Маркович приходил вечерами, когда уходили врачи, и проводил со мной процедуры. И через два месяца я снова вышел на лед.
Все, что я делаю, – это то, чему меня отец учил. Делай свое дело хорошо – и все у тебя будет получаться. Наверное, это мой принцип.

Евгений Ю. ДОДОЛЕВ.

http://www.NewLookMedia.ru

0 0 голоса
Рейтинг статьи
Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
0
Оставьте комментарий! Напишите, что думаете по поводу статьи.x
()
x