«КРЕСТНЫЙ ОТЕЦ САМИЗДАТА» — В ДОМЕ И. С. ОСТРОУХОВА ОТКРЫЛАСЬ ВЫСТАВКА К СТОЛЕТИЮ СО ДНЯ РОЖДЕНИЯ ПОЭТА НИКОЛАЯ ГЛАЗКОВА

Звучное название взято из статьи Льва Лосева, опубликованной в журнале «Континент» в 1980 году. По словам куратора выставки, Лидии Александровны Богдановой, рассматривалось несколько вариантов, среди которых был также такой, как «Самсебяиздат» — так сам Николай Глазков называл свои первые книги, которые он печатал на машинке, скреплял и распространял среди друзей и знакомых. Именно Николай Иванович ввел термин «самиздат», которым принято обозначать самостоятельное издание собственных произведений, не прошедших цензуру.

Свою поэтическую деятельность Глазков начал в 1932 году, в 1938-м начал издавать альманахи вместе с Юлианом Долгиным в рамках неофутуристического движения «небывализм». Было создано несколько альманахов, но сохранился лишь один, с четырьмя китами на обложке, отражающими принципы «небывализма» («примитив», «экспрессия», «дисгармония» и «алогизм»).

Затем следовало развитие советского самиздата, вызванное запретом официальной публикации большинства поэтов двадцатого века. Так, создавались маленькие книжечки, со стихами Гумилева, Ходасевича, Мандельштама и Цветаевой, которые перепечатывали на машинке по четыре экземпляра и передавали из рук в руки. Самиздатные машинистки, как правило, не брали денег за свою работу, а если самиздатные книги и продавались, то по себестоимости. Помимо стихотворений, перепечатывали такие обширные произведения, как романы Солженицына, «Колымские рассказы» Шаламова, «Крутой маршрут» Евгении Гинзбург.

Самиздат Глазкова “4ый пароход Лида” Фото: Лидия Богданова

Несмотря на это, какие-то стихи и работы авторов двадцатого века все же публиковались. Так, в 1957 году вышел сборник стихов Глазкова «Моя эстрада», но выбор стихов поэта не устроил, поэтому он продолжил заниматься самиздатом. В 1957 году он принимает участие в создании журнала «Синтаксис», который позже публикует поэтов, которых не пропускала цензура: Иосиф Бродский, Булат Окуджава, Наталья Горбаневская. Альманах также примечателен тем, что на его обложке стояли фамилия и адрес издателя — Александра Гинзбурга, который был арестован в июле 1960 года.

Позже, в 1960 – 1980-е годы, к понятию «самиздат» также стали относить книги, которые собирали из копий страниц журналов и магнитофонные записи. Среди них были «Доктор Живаго» Пастернака, в отношении которого была сказана «знаменитая» фраза «не читал, но осуждаю», и произведения Владимира Высоцкого. С развитием технологий самиздат распространялся как компьютерные файлы на магнитных лентах и дисках.

Своими стихами Николай Глазков покорил Лилю Брик, которая выступила инициатором создания самиздатной книги, включающей в себя стихи поэта и иллюстрации к его стихам. Обложка книги оформлена в футуристическом стиле и включает в себя игру двух слов – «Глазков» и «вокзал». Помимо самиздата, Глазков снимался в кино и занимался переводами. Съемки у Тарковского в «Андрее Рублеве» дались поэту тяжело, он сломал ногу. Фрагмент из фильма с полетом также использован в выставке — он транслируется на небольшом экране напротив входа в зал с экспозицией, приветствуя зрителей и погружая их в творческую атмосферу поэта. На экране также показывают документальный фильм «Я гений Николай Глазков…», снятый телеканалом «Культура» в 2008 году и включающий интервью сына Николая Глазкова и поэта Евгения Евтушенко, чьи работы также распространялись самиздатом.

Фрагменты стихов Фото: Терещенко Анна

«Некоторые элементы были использованы в выставке «Квартирный вопрос», однако эта выставка включает в себя наиболее обширный список экспонатов и материалов, посвященных именно Николаю Глазкову», — говорит куратор Лидия Богданова. Николай Иванович знал якутский язык и питал к нему особую любовь. Именно переводы являются заключающими экспонатами в экспозиции, посвященной жизни и творчеству Николая Глазкова — крестного отца самиздата, положившего начало пути, который позволил людям почитать и послушать столько великих произведений.