КУНЦЕВО. РАДОСТЬ И НОСТАЛЬГИЯ

Старинный московский район Кунцево… Когда-то эта местность была охотничьими угодьями  Ивана Грозного, позже дачным пригородом московского дворянства и интеллигенции, потом рабочей  окраиной, а ныне – элитный район столицы.

Мое детство прошло в старом  Кунцеве — трехэтажные домики, построенные пленными немцами после войны, да пятиэтажки-«хрущевки», куда  активно переселяли народ из центра, из коммуналок и бараков, в изобилии теснившихся внутри Садового кольца.

Когда мама и папа поженились, то вынуждены были жить в полуподвальной квартирке с родителями, бабушками и тетушками, да еще и младенец появился… Теснота, извечные проблемы отцов и детей… Два года мой папа добровольно, каждый выходной, да и после основной  работы, вкалывал  на стройке в тогда далеком и еще чужом  Кунцеве, чтоб побыстрее получить  квартиру.  И вот сбылась мечта! На старой черно-белой фотографии, сделанной дедом, мама, переполняемая неземным счастьем, танцует в пустой комнате СВОЕЙ! ОТДЕЛЬНОЙ! КВАРТИРЫ!!!  Я мало что понимал, все проблемы, которые достались моим родителям (а именно — переезд из старого, привычного и родного центра на окраину без метро, дорог и магазинов) меня по малолетству, не касались, и осознавать свой район родным я стал примерно с начала школьных лет. Нас тогда не интересовали проблемы жилья, быта, благоустройства, богатства и роскоши. Есть дом, есть мама, которая вкусно накормит и приласкает, есть папа, который строго проверит дневник, есть кинотеатр недалеко от дома, палатка с мороженым, двор, где можно играть… Что еще надо для счастливой жизни?

Район рос вместе с нами, застраивали его в основном пятиэтажными домами, сейчас пренебрежительно именуемые «хрущевками». А скольким семьям эти неказистые домики дали чувство своего дома, скольким людям отдельная квартира помогла создать семью, сколько детей появилось на свет в этих счастливых семьях, переехавших в квартиру со всеми удобствами из бараков, общежитий и убогих домишек довоенной постройки с туалетом во дворе?! Пятиэтажка наша была одной из четырех, стоящих квадратом, образуя внутри  замечательное пространство —  двор. Неказистые качели, песочница, в которой никогда не было песка, штанги для сушки белья, которыми никто не пользовался, турник, столик со скамейками, сколоченный любителями «забить козла»… Около каждого подъезда стояла лавочка с неизменно восседающими на ней всезнающими старушками в серых козьих платках  и ботиках «прощай, молодость». Бабули  следили за порядком,  за  всеми детьми, играющими  во дворе, не деля на своих  и чужих,  наблюдали  и  за взрослыми, зная  все про  всех. Это была своеобразная «полиция нравов»,  защищавшая и охранявшая молодежь, да и взрослых от наглой вседозволенности хамства,  разврата, цинизма и пошлости.

Пролетело счастливое детство, пронеслась бурная, полная надежд и разочарований, побед и поражений юность, и вот уже моя дочка гуляет в старом кунцевском дворе. Район тоже растет, меняется, появляется много новостроек, кои либо удачно вписываются  в  окружающую среду, либо кичливо выпячивают свои псевдоархитектурные «изыски»,   резко выделяясь среди построек 60 — 70-х годов.

В один прекрасный (или не очень?) день мы узнали, что наши пятиэтажки скоро пойдут на слом. Ох, не случайно народная молва гласит, что один переезд равен трем ремонтам!  И вот она — новая квартира, в безликой типовой современной  многоэтажке, недалеко от старого места жительства. Мама уже не танцует от радости в комнате, а устало ворчит, что, мол, сменили старую «хрущевку»  на  новую, холодную, безликую и неотремонтированную…..

Как  трудно оказалось расстаться со старым домом и двором! В темных окнах выселенных квартир  роятся тени прошлого, каждый гвоздь в стене согрет теплом твоих рук… Невыносимо больно было наблюдать, как твой дом превращают в труп, стирают в пепелище. Еще до сноса  какие-то мерзавцы, опьяненные злом, глумясь над выселенным домом, бьют стекла, гогоча при каждом ударе. Кажется, из покорно открытых черных окон  доносится тихий стон.  По стенам, как слезы, стекают капли воды, и тихо шепчутся березы, навсегда прощаясь с домом и с жизнью — за углом уже жужжит пила…

В день, когда  к нашему дому подогнали тяжелую технику, и первые куски бетона, бывшие когда-то родными стенами, полетели на землю, многие жильцы, не сговариваясь, пришли во двор. Долго стояли бывшие соседи в бывшем родном дворе.  Разговаривали, вспоминали, просто молчали… Кто-то фотографировал, кто-то просто смотрел… Кое-кто плакал, иные сдерживались, сжав зубы и украдкой смахивая случайную слезу.  Постепенно разошлись,  вздыхая  и оглядываясь на кучу строительного мусора, которая была их домом,  их судьбой,  их  жизнью… Люди  уходили  в  новые квартиры,  в новый  период  жизни, и  только в еще сохранившемся  окне позабытая  тюлевая занавеска,  зацепившись  за  край  сломанной  рамы, развевалась  на  ветру,  как  будто  старый дом  махал  своим  жильцам,  прощаясь  с  ними  навсегда.

Михаил КОВАЛЕВ.

Фото автора.

0 0 голоса
Рейтинг статьи
Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
0
Оставьте комментарий! Напишите, что думаете по поводу статьи.x
()
x