БУДОРАЖАЩАЯ «КРЕПОСТЬ»

В галерее «Ковчег» проходит выставка «Крепость»: тема винопития и алкоголя в изобразительном искусстве в работах художников ХХ и ХХI веков.
Эта выставка продолжает серию объемных экспозиций «Ковчега», исследующих «немагистральные» темы в российском искусстве ХХ столетия: «Память нёба» (еда в российском искусстве), «Акварель и время» (эволюция акварельной лирики), «Сто лет с огоньком» (курение и курильщики как предмет изображения), «На солнечном пляже в июне…» (отдых у воды в изобразительном искусстве ХХ века), «Желтые страницы» (газеты и изобразительное искусство), «Страховой случай» (форс-мажор в российском искусстве), «художественно-офтальмологический» проект «А еще в очках!»
Представляя работы лучших художников ХХ — начала ХХI века, отдавших дань вакхической теме, создатели экспозиции Сергей Сафонов и Игорь Чувилин словно приглашают посетителя к захватывающему размышлению, что может значить в жизни человека это вожделенное и губительное «Оно». И потому, как справедливо заметил выступавший на приуроченном к выставке культурологическом проекте «Пьяные чтения» с рассказом о творчестве Довлатова прозаик и журналист Андрей Щербак-Жуков, каждый из экспонатов этой выставки хочется унести с собой или хотя бы запечатлеть на пленке, чтобы показать друзьям.

Марк Улупов. «Девушка в зеленом»

Винопитие, как воплощение переливающейся всеми красками молодости, предстает на картине романтического реалиста Марка Улупова «Девушка в зеленом». Пиршеством ярких красок являются перед нами «Винные ночи Тосканы». Метафора любви прочитывается в написанном в наивной (фовистской) манере «Натюрморте с цветами и бутылкой» Юрия Васнецова. Ощущение праздничной весны возникает при взгляде на картину Анатолия Зверева «Ветка в бутылке». Взрыв фантастического веселья выплескивается перед зрителем на полотне Натты Конышевой «Карнавал».
Давно замечено, что водка (а тем паче вино) душевно сближает людей. Перед зрителем проходят и многолюдные застолья. Сюжет винопития возникает в графических работах Михаила Горшмана и Иллариона Голицына как непременный атрибут свадьбы и беседы с друзьями. В зримо рельефной работе Марии Кулагиной «Прощальная симфония» оно становится связующей нитью безутешно скорбящих. К сакральным канонам и сюжетам отсылает и метафизическая картина Ольги Булгаковой «Застолье при луне».

Ольга Булгакова. «Застолье при луне».

Опрокинутая реальность предстает перед зрителем в работах, связанных с темными сторонами пристрастия к спиртным напиткам. Такова картина Ирины Юдиной «Разборка ночью во дворе». Экспрессия не имеющего гендерной принадлежности чувства отчаянья и безысходности хорошо передано в рисунках Карла Фридмана «Запой» и Романа Усачева «На следующий день». Бесконечно страшными в своей зооморфной силе кажутся устремляющие глаза к небу «персонажи» Гарифа Басырова. По словам куратора выставки Сергея Сафонова, это и есть тема последствий. Все это безоценочно, без морали, а как констатация того, что «так бывает».
Известно, что роману с вином русской литературы посвящались как научные конференции, так и серьезные труды. И совершенно очевидно, что для нашего самопознания ничуть не менее важна «хмельная тема» в живописи. Поэтому хочется выразить уверенность, что содержание этой интереснейшей выставки будет в итоге представлено в подробном и хорошо иллюстрированном каталоге.

Александра Гордон.