Сергей Баймухаметов. «Вы какой нации будете?..»

Слово «национальность» — иностранное. На мой взгляд, и в связи с этим тоже, при переводе его, в результате адаптации к нашей жизни, возникла путаница, подмена, неразбериха и в толковании, и в государственной политике, и в массовом сознании.

В романо-германских языках термин natio, nationality обозначает государственную принадлежность – гражданство, подданство. Для обозначения кровного происхождения существует термин ethnicity – этнос.

В России термин «этнос» не прижился, и с веками и годами «национальность» стала обозначать этническую принадлежность. Марксисты-коммунисты в России и СССР пытались разделить «нацию» как «государственную общность» и «национальность» как «национальную общность», но ничего из этого не вышло. Произошло лишь сращение, и «нация» иногда стала заменять «национальность» как более удобное, короткое слово. Так и говорили в широких массах: «Вы какой нации будете?»

И тем не менее (а может, во многом и поэтому) вопрос остается острым. После отмены в 1990-е годы графы «национальность» в паспорте каждые 5 — 7 лет на государственно-политическом уровне возникают предложения о восстановлении «пятого пункта». Чаще всего – от фракции КПРФ в Госдуме.

Свой вклад в путаницу вносят и некоторые СМИ. Например, недавно распространилась информация под заголовком «Против обязательного указания национальности в паспортах высказалось большинство россиян». И авторы, вроде бы, не погрешили против истины. По данным соц­опроса, за обязательное введение этого пункта выступили 17% респондентов, а против — 27%.
Но при том 37% — за восстановление графы «национальность» при условии ее добровольного заполнения.

То есть вместе — 54% за восстановление графы «национальность» в паспорте.

В определенной степени выразителем этих настроений выступил депутат Госдумы, председатель комитета по делам национальностей Ильдар Гильмутдинов:

«Это некая связь, в том числе с предками… Ряд малочисленных коренных народов хотели бы иметь национальность в паспорте. У них есть определенные преференции, предусмотренные законодательством, для этого им надо предъявить документы, которые говорили бы об их национальности. Сейчас проблему КМН решает специальный реестр… Кто-то может в реестр встать, кто-то не встать, кто-то правильно сдал документы, кто-то нет. А от этого ведь не должны умаляться их права. В этой части можно было бы подумать. Сумеем ли мы только путем реестра решить эту извечную их проблему — принадлежность к той или иной национальности?»

Здесь тоже есть некоторая несогласованность. Житель Москвы с записью «алеут» в графе «национальность» никаких преференций не может иметь. Преференции не персональные, а территориально-этнические. Но все же связь есть, темы пересекаются. И уже на глобальном, мировом уровне.

В 90-е годы я обращался в разные инстанции, организации, и не смог найти денег, чтобы снять фильм об уникальном малочисленном народе, в котором на тот день оставался лишь один (!) человек, знающий родной язык и помнящий обычаи. Не станет его — не станет народа. Запечатлеть бы, сохранить хоть на пленке. Не получилось — всем инстанциям и организациям тогда было «не до того».
Сейчас в России менее 2 тысяч человек насчитывают камчадалы, кеты, саамы, тубалары, тоджинцы, удэгейцы, челканцы, чуванцы.

По данным на 2015 год, алеутов – 482 человека, алюторцев – 12, води – 64, ижорцев – 266, кереков – 4, нганасанов – 862, негидальцев – 513, орочей – 596, ороков – 295, сетов – 214, тазов – 274, тофаларов – 762, чулымцев — 355, энцев – 227.

В России проживает 193 народности. За постсоветский период исчезло 5 языков. Под угрозой исчезновения находятся 18 языков.

«2019 год был объявлен в стране годом языков коренных народов. И даже за этот небольшой период было очень много сделано, — говорит Владимир Соболев, директор Фонда сохранения и изучения родных языков народов России. — Совместными усилиями лингвистов, ученых подготовлено около семидесяти учебников на родных языках народов Севера. Я считаю, что свой учебник родного языка должен быть у каждого народа, даже если потомков осталось всего четыре человека».

Будущее коренных малочисленных этносов находится под угрозой во всем мире. По данным ООН, в мире насчитывается около семи тысяч языков, из них 40 процентов — на грани исчезновения. Каждые две недели на планете умирает один из языков. «На языках аборигенов разговаривают только 4 процента населения Земли. А 96 процентов — на 4 процентах мировых языков. Это означает, что языковую неоднородность человечества обеспечивает крошечное меньшинство», — говорится в докладе экспертной группы ЮНЕСКО.

Человечество идет к унификации во всем. В историческом будущем на планете останется, вполне возможно, несколько сотен языков многочисленных этносов, как правило – имеющих свою государственность. Из семи тысяч. То есть мы непоправимо беднеем, человечество теряет краски, многоцветность.

И потому давайте больше, активнее говорить не о графе в паспорте (часто преследуя партийные, политические цели), а о сохранении российских этносов, их языка, истории, культуры. О сохранении уникального разнообразия России.

На снимке: Студенты Герценовского университета – участники ежегодного форума молодежи коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока. Москва, 2020 год.

Фото из открытых источников

Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
0
Оставьте комментарий! Напишите, что думаете по поводу статьи.x
()
x