160 лет назад, 16 апреля (по новому стилю) 1866 года, в Санкт-Петербурге, у входа в Летний сад, было совершено первое покушение на жизнь императора Александра II.
Произвести точный выстрел революционеру-террористу помешал ремесленник Осип Комиссаров. Террориста схватили, подвели к царю. И злоумышленник, ответив утвердительно на вопрос, русский ли он, заявил: «Ваше величество, вы обидели крестьян».
Запомним эту фразу.
В кармане террориста нашли прокламацию-завещание: «Удастся мне мой замысел – я умру с мыслью, что смертью своею принес пользу дорогому моему другу – русскому мужику. А не удастся, так все же я верую, что найдутся люди, которые пойдут по моему пути. Мне не удалось – им удастся. Для них смерть моя будет примером и вдохновит их».
За последующие 15 лет на жизнь императора Александра II было совершено еще шесть покушений. Последнее – 145 лет назад, 1 (13) марта 1881 года – закончилось трагически. Император погиб. Еще недавно во многих городах СССР именами цареубийцы называли улицы и площади.
В советских (безусловно) и в большинстве современных историографических работ говорится, что возникшие в 1850-1860-е годы революционные студенческие кружки, организации «Земля и воля» и откровенно террористическая «Народная воля» изначально находились под идейным влиянием Герцена и Чернышевского. Да, влияние было, и огромное, но данное заключение – далеко не вся правда. Напомним (mospravda.ru/2024/09/06/742985), что опубликованное в герценовском «Колоколе» анонимное «Письмо из провинции» с призывом «К топору зовите Русь» никакого отношения к Чернышевскому не имеет. Оно приписано ему, и стало чуть ли не историческим фактом. Во всяком случае, в массовом сознании.
Герцен, печатая это «Письмо…», в предисловии к нему выразил несогласие с изложенными в нем идеями:
«Но к топору, к этому ultima ratio притесненных, мы звать не будем до тех пор, пока останется хоть одна разумная надежда на развязку без топора. Чем глубже, чем дольше мы всматриваемся в западный мир, чем подробнее вникаем в явления, нас окружающие, и в ряд событий, который привел к нам Европу, тем больше растет у нас отвращение от кровавых переворотов. <…> К метлам надобно кричать, а не к топорам!»
То есть чистить надо, подметать, убирать, а не крушить.
И Чернышевский, которому приписали экстремистский призыв, был сторонником мирных перемен, боялся каких-либо народных восстаний, предупреждал о страшных последствиях:
«Народ невежествен, исполнен грубых предрассудков и слепой ненависти ко всем отказавшимся от его диких привычек. Он не делает никакой разницы между людьми, носящими немецкое платье; с ними со всеми он стал бы поступать одинаково. Он не пощадит и нашей науки, нашей поэзии, наших искусств; он станет уничтожать всю нашу цивилизацию».
Еще в 1855 году Герцен напечатал в «Колоколе» обращение к императору Александру II: «Дайте землю крестьянам. Она и так им принадлежит; смойте с России позорное пятно крепостного состояния, залечите синие рубцы на спине ваших братий – эти страшные следы презрения к человеку».
И – свершилось. 19 февраля (3 марта) 1861 года, 165 лет назад, император Александр II подписал Манифест «О Всемилостивейшем даровании крепостным людям прав состояния свободных обывателей» и «Положение о крестьянах, выходящих из крепостной зависимости».
Александра II, с легкой руки Герцена, стали называть царем-освободителем.
«…С того дня как Александр II подписал первый акт, всенародно высказавший, что он со стороны освобождения крестьян, что он его хочет, с тех пор наше положение к нему изменилось.
Мы имеем дело уже не с случайным преемником Николая, – а с мощным деятелем, открывающим новую эру для России, – писал Герцен в статье «Через три года». – Он работает с нами – для великого будущего.
Имя Александра II отныне принадлежит истории; если б его царствование завтра окончилось, если б он пал под ударами каких-нибудь крамольных олигархов, бунтующих защитников барщины и розог, – все равно. Начало освобождения крестьян сделано им, грядущие поколения этого не забудут!»
Трагическая ирония истории: царь-освободитель пал не «под ударами каких-нибудь крамольных олигархов, бунтующих защитников барщины и розог», а наоборот – под ударами революционеров, объявлявших себя защитниками крестьян.
Вот теперь и вернемся к заявлению террориста, который 16 апреля 1866 года стрелял в Александра II: «Ваше величество, вы обидели крестьян».
Да, далеко не все было идеальным: в вину Александру II ставили освобождение крестьян без земли, выкупные платежи и другое. Но ведь само по себе событие – эпохальное. (Герцен: «новая эра».) Вдумаемся, во второй половине XIX века в России существовал фактически рабовладельческий строй. Отмена крепостного права стала началом грандиозных преобразований в России. От экономических (переход к капитализму, бурное развитие производительных сил) до правовых, юридических. В 1864 году началась судебная реформа. Процессы стали гласными, с открытым состязанием сторон обвинения и защиты, был введен суд присяжных. (Кстати, отмененный после Октябрьской революции 1917 года.)
Реформы Александра II называли великими. И в ответ на все это – пули и бомбы, «благодарность» в виде семи покушений на жизнь. В итоге – гибель царя-освободителя от рук террористов. Что это было? Массовое помрачение разума? Или накопившееся прошлое начало взрываться?
Сергей Баймухаметов.
Фото: Шерер и Набгольц. https://pastvu.com/p/8999, Общественное достояние, commons.wikimedia.org/w/index.php?curid=93940804
