Вы здесь
Главная > #ЭКСКЛЮЗИВ > ГЕВОРК И ГОАР ВАРТАНЯН. КОМАНДИРОВКА ДЛИНОЮ В ЖИЗНЬ

ГЕВОРК И ГОАР ВАРТАНЯН. КОМАНДИРОВКА ДЛИНОЮ В ЖИЗНЬ

Тегеран-43 и еще сотни стран, операций и подвигов.

Сегодня мы публикуем очередную главу из готовящейся к 100-летию СВР России книги нашего обозревателя Илоны Егиазаровой, этот очерк посвящен самой результативной паре разведчиков-нелегалов.

…У нее в руках серебряная пудреница. Изящная вещица с явно восточными «корнями», подаренная давным-давно молодым, влюбленным в нее человеком – будущим мужем. На коробочке выгравированы силуэты двух птиц – символ вечной любви. В ушах начинает звучать песня Шарля Азнавура из фильма «Тегеран-43». Эта лента хоть в очень общих чертах, но все-таки отражает часть их с мужем легендарной биографии.

Геворк Андреевич и Гоар Левоновна Вартанян считаются самыми результативными разведчиками за всю историю мировых спецслужб. Вместе они преодолели путь, полный невообразимых виражей и испытаний, длиной в 65 лет. И еще семь лет она жила без него. Не плакала, не хандрила, просто в ее жизни образовалась пустота. Листала старый альбом, открывала пудреницу с птичками – и переносилась во времена их юности…

Неуловимые мстители

Тегеран 40-х годов представлял собой эдакий плавильный котел. Сюда пережить трудные годы войны съезжались со всего мира – в большинстве своем люди обеспеченные. Разумеется, здесь орудовали и разные разведки, в первую очередь – германская, около 20 тыс. немцев занимались вербовками иранской верхушки, подготовкой диверсионных операций… Гитлер расценивал Иран как важный плацдарм для грядущего броска в советский Баку, снабжавший фронт нефтепродуктами. Но и наша разведка не дремала.

В родном Ростове-на-Дону Геворка Вартаняна всегда встречали как самого дорогого человека.

…Андрей Вартанян приехал в Тегеран из Ростова-на-Дону, где работал директором маслобойного завода, в 1930 году. Говорят, это было заданием советской разведки, с которой он активно сотрудничал. В Тегеране развил бурную коммерческую деятельность – его кондитерская славилась на всю страну, особенно ее почитала многочисленная армянская диаспора. А еще это была прекрасная «крыша» для встреч с агентами, передачи информации… Вся эта деятельность проходила на глазах сына – Геворка. Периодически Андрея Вартаняна арестовывали, и мама с мальчуганом носили отцу передачи. Когда Геворку исполнится 16, советский резидент в Иране Иван Агаянц предложит парнишке пойти по стопам отца и даст первое задание: создать спецгруппу из ребят – выходцев из СССР и заняться выявлением фашистской агентуры. Несмотря на юный возраст, Геворк со всей ответственностью отнесется к поручению. За два года он с друзьями-сверстниками установит 400 человек, связанных с германской разведкой, – среди них будут генералы, полковники, чиновники шахского двора, министры, депутаты. Успеху группы Вартаняна во многом сопутствовал возраст: на шныряющих повсюду на своих велосипедах подростков немцы не обращали внимания. А в Центре ценили этих отчаянных ребят и любовно называли «легкой кавалерией». В группу парней входила 13-летняя Гоар, сестра одного из «кавалеристов», – две толстые косички и море отваги и обаяния. Геворк уже тогда к ней приглядывался, она – уроженка Ленинакана – не говорила по-русски, Геворк почти не говорил на армянском, общались на фарси. Этот язык навсегда для них останется в числе родных, будут потом на нем секретничать даже в Москве… Когда Гоар поняла, что влюблена? Наверное, когда в первый и последний раз жизни Геворк попал в тюрьму по подозрению (не беспочвенному!) в пособничестве советской разведке. Его жутко били, но доказать ничего не смогли. Вступились уважаемые люди – друзья и клиенты отца, и его отпустили. Что юная Гоар тогда пережила!…

В 1942 году 18-летний Геворк получает задание внедриться в созданную в Тегеране английскую разведшколу, набирающую молодых людей, знающих русский язык, для дальнейшей их отправки с диверсионными задачами в республики Закавказья и Средней Азии. Геворк подошел по всем статьям: сын обеспеченного человека, серьезный, знающий русский язык, да и заявивший с порога: хочу-де выучиться, а потом много зарабатывать. Меркантильность англичане в своих агентах поощряли. Юноша прошел в этой школе полный курс обучения. Попутно собрал информацию и об учащихся и передал ее в Центр. Таким образом, заброшенные в СССР выпускники школы тут же попадали под колпак советской разведки и либо обезвреживались, либо перевербовывались.

На одном из светских раутов

До конца жизни Геворк Андреевич с благодарностью вспоминал ту школу:

– Там я получил все оперативные знания, необходимые разведчику – как уходить от слежки, вербовать агентов, работать с тайниками, фотографировать, поддерживать радиосвязь… Мне не приходилось применять оружие, потому что главная сила разведчика – интеллект. И этому меня тоже научили англичане.
…После Сталинградской битвы в вой­не наступил перелом, было понятно, что военная инициатива переходит в наши руки. Сталину нужно было закрепить результат, встретиться с главами союзников и убедить их в необходимости открытия второго фронта. Президент США Франклин Рузвельт и премьер Великобритании Уинстон Черчилль не спешили, Сталин нервничал. Не будем описывать процесс организации этой встречи – изрядно потрудились все: и дипломаты, и военные, и разведчики. Но когда время и место знакового события было определено – ноябрь 1943-го, Тегеран, началась серьезная работа по обеспечению безопасности мероприятия. Нацисты всеми силами пытались сорвать конференцию и готовы были на самые радикальные меры – в частности, устроить покушение на глав трех держав. Операцию «Длинный прыжок» поручили любимцу Гитлера знаменитому диверсанту Отто Скорцени, который должен был десантироваться в Тегеране и который двумя месяцами ранее уже утер нос американцам и англичанам, выкрав из партизанского плена Муссолини – Черчилль и Рузвельт хотели убедить того в выходе из войны.

Под псевдонимами Анри и Анита они проработали десятки лет.

19-летний Геворк, работавший под псевдонимом Амир, получил задание выявить в Тегеране немецких диверсантов. Много лет спустя Геворк Андреевич признается, что, по его мнению, Скорцени, разведав обстановку накануне конференции, в итоге уехал из Ирана. Но вот его группа боевиков высадились на парашютах в 70 км от Тегерана, их-то «легкая кавалерия» и нашла.

– Знаете, как мы их вычислили? – смеясь, вспоминала Гоар Левоновна. – По обу­ви! Переодетые во все иранское, они не сменили лишь европейскую обувь, мы проследили за подозрительно выглядящими людьми, довели их до места, в котором они скрывались…

Боевиков поймали, планы фашистов оказались сорваны. Конференция состоялась, лидеры «Большой тройки» все-таки договорились об открытии второго фронта, исход войны фактически был предрешен… И во всем этом была огромная заслуга Геворка и Гоар Вартанян.
Что ими двигало? Юношеский авантюризм, азарт, желание попробовать свои силы?

Герои с недоумением выслушивают эти вопросы.

– Мы очень любили свою Родину – Советский Союз. В Иран многие из наших друзей попали по разным причинам – кто-то бежал семьями, опасаясь репрессий 1930-х годов, но мы оставались патриотами и всегда мечтали вернуться домой и делали все возможное, чтобы быть полезными своей стране, – отвечал Геворк Андреевич.

– Мы были не исключением. Однажды в Тегеране в районе советского посольства мы увидели худенького мальчишку лет 14 в солдатской форме, с перебинтованной головой. У него на груди сияла Звезда Героя! В Иран привозили некоторых раненых из СССР – чтобы они передохнули. Потом выяснилось, что этот парнишка взорвал штаб с немецким генералитетом…Так хотелось к нему подойти! Но нельзя! Мы такую гордость за него испытали, – признавалась Гоар Левоновна.

– А вашу-то работу Центр оценил? – спрашиваю у Геворка Андреевича.

– Еще как! – без тени иронии отвечает он, – нам из Москвы прислали благодарственную телеграмму. Мы были на седьмом небе от счастья!

В одной из многочисленных командировок.

Бриллиант Сталина

65 лет спустя после Тегеранской конференции в особняке Пресс-бюро СВР России произошла знаменательная встреча. Мне довелось ее наблюдать, и уже тогда было понятно: присутствуем при историческом моменте.

Он – статный пожилой джентльмен, она – настоящая английская леди, рослая и рыжая, стоя напротив, в упор разглядывают друг друга, а потом вдруг начинают обниматься… Он – Герой Советского Союза, полковник СВР Геворк Вартанян, она – Селия Сандис, внучка Уинстона Черчилля.

Внучка Черчилля Селия Сандис и человек, спасший жизнь ее деда, Геворк Вартанян.

– Я о шпионской работе знаю только по фильмам о Джеймсе Бонде, и любимая серия как раз «Из России с любовью», – начинает разговор Селия. – Меня никогда не приглашали с визитом в британскую разведку. Господин Вартанян – вообще первый живой шпион, с которым я знакомлюсь.
– И это лишний раз доказывает, что мы всю жизнь были более открытыми, – поддевает собеседницу Геворк Андреевич. – Кстати, я не шпион, а разведчик.
Он пришел на встречу с коньяком, отдавая дань историческому факту: Сталин посылал знаменитый армянский «Двин» Черчиллю ящиками, британский премьер обожал этот напиток… Вартанян наливает рюмку, выпивает за здоровье «прекрасной дамы», следом наливает вторую.

– Ты много пьешь? Ты пьешь каждый день? – оживляется Селия Сандис.

– Я пью рюмку водки или бренди за ужином,- на чистом английском отвечает разведчик. – Ну а тут такой тост… Давай выпьем за память Сталина, Рузвельта и Черчилля. Благодаря им мир тогда устоял…

– Сталин… – задумчиво произносит леди Сандис. – В нашей семье к нему всегда относились как к русскому медведю. Я была слишком мала, чтобы оценивать его личность. Но есть одна история, о которой мне приятно вспоминать. Во время войны моя мама работала в Красном Кресте и какой-то период находилась на территории СССР. Сталин разыскал ее и подарил на память о встрече роскошное бриллиантовое кольцо. Это был такой красивый и по-настоящему мужской жест… Кольцо было изумительное, в нашей семье его так и называли – «бриллиант Сталина». К сожалению, у нас его украли, и след этой реликвии утрачен, наверное, навсегда…

Спасибо тебе, что спас тогда деда, – вдруг со слезами на глазах обращается Селия к Вартаняну…

Три свадьбы

Геворк и Гоар поженились в 1946-м. Разрешение на брак дал Центр. Их обвенчали в тегеранской армянской церкви.

Они всегда выглядели как пара аристократов.

– На вопрос священника, готов ли Геворк взять меня в жены, он сначала едва слышно сказал: «Да!» Священник переспросил, и тогда Жора закричал на всю церковь «Да-а-а-а-а!», – смеясь, рассказывала Гоар Левоновна.

Свадьба была веселая – ее играли на крыше дома, в котором выросла Гоар, туда перетащили не только персидские ковры, столы, еду, но и… два музыкальных коллектива – один играл национальную музыку, другой – современную.

Они еще целях пять лет работали в Иране, пока в 1951 году Центр не отправил их в Ереван – изучать языки в местном институте. Вартаняны готовились к жизни разведчиков-нелегалов.

Десятки лет Анри и Анита (псевдонимы наших героев) будут колесить по миру (за их плечами – сотня стран) и добывать важную информацию для Родины. Стаж работы Геворка Андреевича составляет… 121 год – коэффициент почти 1:3 – за «особые условия», за командировку практически в целую жизнь…

Сколько языков знают? На этот вопрос отвечали расплывчато, чтобы не вычислили места пребывания. Было понятно, что в активе русский, армянский, фарси, английский, что изучали французский, немецкий, арабский, итальянский, испанский… Однажды Владимир Владимирович Путин на приеме в Кремле спросил Гоар Левоновну, в каких странах она работала, но и тут разведчица не раскололась. «Во многих…» – с хитрой улыбкой ответила она.

Жизнь Вартанянов похожа на остросюжетный фильм: они жили под видом коммерсантов в богатых домах с прислугой, общались с цветом европейской аристократии. Геворк Андреевич и вправду обладал талантом бизнесмена, дела его фирмы шли блестяще, у него были крупные европейские партнеры, и президенты некоторых стран почитали за честь присылать за парой частные самолеты. Вартаняны блистали на светских раутах, Гоар дружила с женами высокопоставленных чиновников и военных, сотрудники ЦРУ, ФБР даже не представляли, с кем садятся за стол, кого впускают в свои дома… Однажды у Центра срывалась важная операция в Америке, спасти ситуацию мог только Анри. Но как срочно перебраться из Европы в США? Уровень дружбы и контактов с влиятельными людьми у Геворка Андреевича был такой, что позволил обратиться к будущему директору ЦРУ, а тогда командующему адмиралу южного фланга НАТО за помощью – и Вартаняну выделили самолет! Операция прошла блестяще.

Были ли минусы в этой полной приключений жизни? Единственное, о чем наши герои жалели, – о том, что опасная работа не дала им возможности стать родителями. А еще – о том, что часто приходилось обрывать дружеские связи, уезжать из стран, не прощаясь, без надежды на будущие встречи… Специфика профессии. Однажды Гоар пришлось бежать прямо с приема: она узнала человека из прошлой жизни. Опасаясь разоблачения, разведчица артистично разыграла внезапный приступ, прыгнула в машину – и по газам…Автомобилисткой была знатной – еще в Тегеране на американском бьюике гоняла!
А когда в одной из стран она занемогла на самом деле, то почти как радистка Кэт из «Семнадцати мгновений весны» дала себе установку не кричать от боли в госпитале на родном языке. Из мочевого пузыря удалили 195 камней, чистили протоки – боль адская, все четыре часа Геворк был с ней, и она не проронила ни слова. Всю жизнь – жесткий самоконтроль.

Они не могли разговаривать друг с другом на родном языке, даже оставшись вдвоем, не могли праздновать реальные дни рождения, отмечали вымышленные. Однажды в какой-то праздник Гоар стала напевать мотив советской песни – без слов, одну мелодию, так Геворк ее таким взглядом одарил… Даже в безобидной светской болтовне приходилось держать ухо востро. Брякнешь, скажем, что-то про оперу «Чио-Чио-сан» – и тебя рассекретят. Потому что так эта опера называется только в России, европейцы ее знают как «Мадам Баттерфляй».

Переезжая из страны в страну, они дважды (и еще один раз в Ереване), но под разными именами играли свадьбу – так нелегалы узаконивали свой супружеский статус. Гоар Левоновна потом часто говорила: «Я счастливая женщина – несколько раз надевала свадебные наряды, а шла под руку с одним и тем же мужчиной». На что Геворк Андреевич неизменно отвечал: «Спасибо!» Они прожили вместе 65 лет. Геворк Андреевич, отличавшийся прекрасным чувством юмора, узнав, что 60-летняя годовщина свадьбы называется бриллиантовой, а 65-летняя – железной свадьбой, как-то даже прилюдно возмутился: «Чем дальше – тем дешевле, что ли?»…

Звания Героя Советского Союза Геворк Андреевич, как вы это, наверное, уже поняли, удостоился совсем не за Тегеран-43. А вот за какой именно подвиг – эта информация, возможно, никогда не будет предана гласности.

Недавно рассекреченный Герой России разведчик-нелегал Юрий Шевченко, хорошо знавший Анри и Аниту, говорит:

– Нужно было провести одно мероприятие – ни Бог, ни царь не смогли бы это сделать, а наш Герой Геворк смог. Зная обстоятельства того дела, должен заявить: никого достойнее этого звания нет. Но когда мы с Геворком обсуждали подробности той операции, он на мои восторги отвечал: «Ну какой я Герой? В этой пятиконечной звезде один лучик – заслуга Центра, один – моя, а три – Гоар».

Легендарный начальник Управления нелегальной разведки Юрий Дроздов, немало способствовавший получению Вартанянами званий и наград, как-то сказал про Геворка Андреевича: «Равный Зорге, Абелю, Филби, а возможно, и первый»…

Говорят, что председатель КГБ СССР Юрий Андропов, подписывая документы на присвоение Вартаняну звания Героя, изумился: «Неужели все это сделал один человек?!»…

Не один, вместе с супругой. Шифрограмму из Центра о присвоении Геворку Андреевичу высокого звания Героя Советского Союза, а его жене – ордена Красного Знамени принимала сама Гоар Левоновна – в одной из стран, в 1984 году. Побледнела, напугала мужа. А затем они на радостях отправились в ресторан, заказали дорогущее вино и кутили там всю ночь. Награды были выписаны на подставные имена. Лишь в 1986 году супруги Вартанян, вернувшиеся на Родину, получили подлинные документы.

Эпилог

За годы журналистской работы мне посчастливилось общаться со многими разведчиками. Но если уместны такие слова, «самыми любимыми» были и остаются Вартаняны. Те чувства, которые они пронесли друг к другу сквозь годы и испытания, вызывают восхищение не меньшее, чем их подвиги.

Гоар Вартанян и Директор СВР России Сергей Нарышкин.

Они были очень красивой парой: он высокий, статный, она – миниатюрная, изящная… Оба – модники, элегантные, аристократичные. У Гоар Левоновны всегда были брендовые сумочки, украшения, безупречный макияж и прическа – в ее-то преклонные годы. Совсем недавно (наша героиня умерла в 2019 г.), смеясь, рассказывала: «Вызвала врача – болела нога, а тот, увидев эффектный педикюр у женщины, которой за 90, был просто ошарашен»… Гоар Левоновна была очень смешливой, живой, моторной. Если и рассказывала что-то о своей работе – в основном комические эпизоды. Как, например, приехав в очередную страну, решила «натурализоваться» – сделать прическу, как у местных женщин. Пошла в салон, села под фен и вдруг, увидев мужа по ту сторону витрины, забылась и крикнула ему по-русски: «Жора, я здесь!» Крикнула – и похолодела от ужаса. Благо из-за шумной работы фенов никто не обратил внимания на ее «провал». «А Жора тут же испарился», – с шутливой обидой говорила Гоар Левоновна, бросая игривые взгляды на мужа. «Я искал нам пути отступления», – отвечал он ей.
В другой раз, смеясь, она рассказывала, как ей давались возвращения на Родину.

– Одного нашего нелегала, долго проработавшего за рубежом, обматерили в советском магазине, когда он, показывая на пачку пельменей, попросил равиоли. Со мной была похожая история. На дворе перестройка, идет борьба с пьянством, водку давали только в обмен на пустую тару. Я сдаю бутылки, и тут продавец грубо мне говорит: «Кольца снимай!» Я возмущаюсь – зачем я должна свои золотые колечки с пальцев снимать? И не понимаю, что в СССР «кольцами» называют алюминиевые кружочки, которые остаются на горлышках бутылок… А еще я всегда тщательно проверялась – нет ли за мной слежки. Жора смеялся надо мной – даже вернувшись на Родину, эту операцию на автомате проделывала. Всегда гордилась тем, что все подмечаю. В Иране с женщин местные воришки частенько срывали украшения – я ни разу не попадалась. А тут приезжаю в Армению, и с меня срывают цепочку! Обидно было не за драгоценность, а за то, что дома это произошло…

Простые в общении, невероятно теплые, они очень любили людей, ценили дружеское общение. На почти домашних посиделках, которые в честь Дня Победы традиционно устраивает Пресс-бюро СВР, всегда были душой компании, живо интересовались делами всех присутствующих. А если кто-то попадал в гостеприимный дом Вартанянов, мог оценить легендарные хачапури Гоар Левоновны. Прощаясь с гостями, она каждому норовила вручить пакет с чем-то вкусным, домашним. А как они радовались, когда Первый канал решил снять об их юности мини-сериал «Правдивая история Тегерана-43», как нежно общались с молодыми актерами, их сыгравшими! А с каким интересом разговаривали с Игорем Костолевским, сыгравшим Геворка Андреевича в легендарном фильме Алова и Наумова «Тегеран-43»!

Как дети – наивно и трогательно – купались во всеобщем признании и обожании. Когда в 2012-м Геворка Андреевича не стало, вся любовь стала доставаться Гоар Левоновне: отовсюду ей присылали подарки – из Костромы эксклюзивные валенки с надписью «Анита», из Татарстана красивые скатерти, от студентов-кулинаров – торт… Она радовалась знакам внимания не по-дежурному – от души, находила очень точные комплименты и слова благодарности…
А я все время, глядя на нее, думала: они с мужем могли бы прожить совсем другую жизнь. В богатом доме, с детьми-внуками-правнуками, без всех этих переездов, нервов, тревог. Они уезжали из стран, оставляя дома и всю роскошную обстановку, с двумя чемоданами. И не жалели ни о чем. Потому что выбрали служение Родине…

На Троекуровском кладбище на памятнике Геворку Андреевичу, сделанном скульптором Андреем Ковальчуком, выбиты его слова, которые многое объясняют и относятся к их с Гоар Левоновной судьбе:

«И, если можно было бы все начать сначала, я выбрал бы именно этот трудный путь»…

На море. Редкие минуты отдыха
Гоар Левоновна органично себя чувствовала в любых декорациях
Где-то, когда-то…
Гоар Левоновна часто и с удовольствием встречалась с молодежью
Эксклюзивные валенки для “Аниты” прислали костромские умельцы
Они надевали награды только в особых случаях

Илона Егиазарова.

Фото из архива СВР России.

 

ЗОЯ ВОСКРЕСЕНСКАЯ. РАЗВЕДКА, КНИГИ И ЛЮБОВЬ

 

ЗНАКОМЬТЕСЬ: БЛЕЙК. ДЖОРДЖ БЛЕЙК

 

АЛЕКСЕЙ БОТЯН. «МАЙОР ВИХРЬ» ИЗ КНИГИ РЕКОРДОВ ГИННЕССА

 

СЕРГЕЙ ГОЛОВ: «ШТУРМ ДВОРЦА АМИНА МНЕ ПРИСНИЛСЯ ВСЕГО ЛИШЬ РАЗ»

 

ЮРИЙ ДРОЗДОВ. ФАНТАСТИЧЕСКАЯ СУДЬБА, В КОТОРОЙ ВЫМЫСЕЛ ИСКЛЮЧЕН

 

К 100-ЛЕТИЮ СВР. ПОЛКОВНИК АФРИКА

 

К 100-ЛЕТИЮ СВР. ЮЛИАН СЕМЕНОВ: ЧЕЛОВЕК, ПРИДУМАВШИЙ ШТИРЛИЦА

К 100-ЛЕТИЮ СЛУЖБЫ ВНЕШНЕЙ РАЗВЕДКИ. ЛЮДМИЛА НУЙКИНА: МНЕ С МУЖЕМ ОЧЕНЬ ПОВЕЗЛО

Loading...
Top