Ольга Богданова: Человек молод, пока не утратил энергию и интерес к жизни и к работе

Ольга Богданова

7 августа — юбилей народной артистки России Ольги Богдановой. К этой дате готовится новый проект — «Пять вечеров с Ольгой Богдановой», который состоится в октябре. К тому же актриса играет в двух премьерах нового сезона. В канун дня рождения с любимой всеми актрисой Театра Российской Армии встретился наш корреспондент.

— Ольга Михайловна, расскажите о премьере спектакля Глеба Черепанова «Не может быть!». Какая роль у вас?

— Премьера нашего спектакля состоится осенью, когда мы откроем новый сезон. Великие мастера говорили, что спектакль рождается где-то на десятом показе. Сейчас мы словно бы стоим перед пропастью: не знаем, как нас примут зрители, поймут ли, будет ли интересно, будет ли весело, будет ли грустно? Мы ничего пока не знаем! Но у премьеры есть свой необыкновенный аромат. Что удивительно — так происходит каждый раз, сколько бы премьер не было за плечами. Как будто каждый раз в первый класс. Экзамены никогда не кончаются!

На репетициях мы столкнулись с абсолютно новым и для нас неизведанным. Достаточно сказать, что актеры работают как бы в трех измерениях. Во-первых, это традиционная работа с парт­нером, во-вторых, в спектакле есть непосредственное общение с публикой, а в-третьих, у нас есть еще один партнер — кинокамера. Это такой оригинальный режиссерский ход: действие построено так, как будто снимается кино. Такого у нас в театре раньше никогда не было, хотя экраны сейчас задействованы часто. У нас множество задач, работать трудно и очень интересно. Большинство актеров играет две роли, и у меня их две. Одна из них в первой новелле, и в этом тоже есть свои сложности, ведь зрители только вникают в правила игры, и нужно сразу добиться их внимания и правильного восприятия. Это очень интересная роль! Моя героиня все время подстрекает своего мужа к воровству, у нее большие аппетиты, она завидует каким-то мифическим «другим», у которых дом – полная чаша. А потом мужа внезапно вызывают в милицию — и тут начинается нечто невероятное! Испугавшись, она устраивает полную распродажу имущества, чтобы показать, что у них ничего нет, ее упорно называют «вдовой», хотя ее муж жив и здоров, и она умудряется даже выйти замуж за своего соседа! У Зощенко необычайно тонкий юмор, в его сюжетах происходят невероятные повороты и такие коллизии, что так и хочется воскликнуть: «Не может быть!»

Ольга Богданова

Вторая моя роль – невеста. Может возникнуть удивление оттого, что «молодая немолода», но ведь на самом деле женщина может оказаться в роли невесты в любом возрасте! Моя героиня прошла через многое, где-то по деревням живут ее дети, она не раз пыталась создать семью, но ничего не получилось. И этот жених, который познакомился с ней в трамвае, — ее последняя надежда. Но юмор заключается в том, что он видел ее только в пальто и шляпке и на свадьбе не может узнать свою невесту! А она наряжается, прихорашивается, прибегает к всевозможным женским ухищрениям, совершенно ненужным и бесполезным, когда между мужчиной и женщиной нет настоящих чувств, соблазняет своего жениха, чем приводит его в полнейшую оторопь, ведь он все это время думает, что разговаривает с ее матерью!

И когда в тщетных попытках узнать свою невесту жених перецеловывает едва ли не всех женщин на свадьбе, и наконец, доходит до нее, он просто теряет сознание, и женщина, всю жизнь мечтавшая, чтобы ее носили на руках, остается на руках со своим — увы! — несостоявшимся мужем! Это настоящая феерия!

Я не знаю, воспримет ли это зритель, но лично я прочитываю в режиссерском решении Глеба Черепанова мысль о том, что все люди о чем-то мечтают: о счастье, о благополучии. Но если мы ищем не там, где надо, и не то, что надо, то жизнь преподносит нам только разбитые мечты, и в действительности все у нас получается настолько нелепо и коряво, что так и хочется снова воскликнуть: «Не может быть!». У Зощенко юмор всегда идет рука об руку с грустью. Ему жалко этих людей – нелепых, в чем-то наивных, простодушных…

— Как вы думаете, пойдет ли зритель на Зощенко? Сейчас другой век, другие нравы, вкусы… Почему был выбран именно этот материал, на ваш взгляд?

— Это трудно прогнозировать. Но, на мой взгляд, наш зритель тянется ко всему советскому. Почему — пусть разбираются политологи и психологи. Но эта тяга, эта любовь существует. Недаром появляются такие замечательные картины как, например, «Оттепель». Конечно, жизнь не стоит на месте, но советское время оставило какой-то необыкновенный след в нашей памяти и в жизни каждого из нас. Это было непростое время, но это было не только время нашей молодости, но и время, когда понятия дружбы, честности, порядочности не были для нас пустыми словами. Это было время надежд! А какие бесподобные фильмы тогда рождались! С этими картинами мы идем по жизни. Я сама как зритель была в театре Ермоловой, и там великолепные актеры читали со сцены сценарий фильма «Бриллиантовая рука». Сначала я была удивлена: «Зачем это надо? Ведь есть же фильм!» Но в результате я получила огромное наслаждение от нового прочтения хорошо знакомого старого! Мне думается, что это такая особенность нашего времени: мы с удовольствием возвращаемся к тому, что уже полюбили. Фильм Леонида Гайдая «Не может быть!» многие видели, а для кого-то он незнаком. Это совершенно бесподобная картина! И наш премьерный спектакль для кого-то станет новым прочтением уже знакомого и любимого фильма, а для кого-то это будет внове.

Нельзя сказать, чтобы Зощенко широко ставился у нас в те­атрах. А значит в этом мы будем почти первооткрывателями. И я надеюсь, что наша премьера вызовет зрительский интерес.

— Какие еще спектакли с вашим участием мы, зрители, сможем посмотреть в предстоящем сезоне? Насколько мне известно, театр готовит что-то новое в честь вашего юбилея…

— Я не люблю слово «юбилей». Зачем подсчитывать свои годы? Сколько мне лет? Столько, сколько и зим. Фаина Георгиевна Раневская на вопрос «когда вы родились?» отвечала: «весной»! Я не хочу думать о юбилеях, я просто живу. Но в октябре театр планирует устроить некий марафон моих спектаклей под названием «Пять вечеров», и это мне интересно!

Я мечтаю не только встретиться со своими любимыми зрителями, но и доказать и себе и другим, что я могу выдержать этот марафон и отыграть все пять спектаклей на высоком эмоциональном и физическом уровне. Годы идут у всех, и ты начинаешь терять силы, азарт. Я хочу поставить себе самой некий плюсик, показать, что я ничего не потеряла.

Ольга Богданова

Я знаю, что человек молод, пока он не утратил энергию и интерес к жизни и к работе. И в этом плане для меня ярким примером служит Владимир Михайлович Зельдин, рядом с которым прошла огромная часть моей жизни. Он никогда никого ничему не учил. Он просто жил. Но сейчас я воспринимаю наше общение с ним как некие незримые уроки и заветы. Он никогда никуда не торопился, не пытался ничего урвать, везде успеть, жил, как Бог дает. Очень важно не выкручивать руки судьбе, не требовать от нее чего-то, и при этом ценить то, что тебе дано, хорошо делать свое дело, любить его и все время работать.

И вот этой осенью пять вечеров подряд я буду выходить на сцену в главных ролях. Начнем мы со спектакля «На всякого мудреца довольно простоты», а закончим Зощенко. Это две мои новые работы. Одной мы начнем, а второй закончим. А в середине будет моя обожаемая «Филумена Мартурано». Этому спектаклю уже пять — шесть лет, а роль Филумены бесподобна! Это женщина с очень сложной судьбой, я таких людей и в жизни встречаю и очень их люблю. Следующий спектакль — «Главная роль» по современной пьесе, которую написал Михаил Лившиц. Эта пьеса словно бы преследовала меня: то в антрепризе предлагали принять участие, то еще что-то… В этой роли я увидела свою мамочку. И подумала: «Может быть, это она хочет, чтобы я ее сыграла?» У нас получился очень трогательный спектакль, который невероятно любят зрители. У моей героини непростая и невеселая женская судьба, ей знакомо чувство одиночества. Но при этом в спектакле столько юмора, а в финале возникает такой свет, который словно бы компенсирует всю грусть. Пятый спектакль – это «Леди на день» в постановке Дмитрия Астрахана по пьесе Олега Данилова, написанной по одноименному рассказу американца Дэймона Раньона. Это прекрасный, веселый спектакль, мы отыграли его только один сезон, но он уже выдержал экзамен у зрителей. Здесь у меня очень яркая роль хозяйки публичного дома.

Я думаю, что ни один из спектаклей «Пяти вечеров» не разочарует зрителей.

— В вашем творчестве много патриотической тематики. Вы побывали в свое время во многих горячих точках. Это как-то связано с вашей личной жизнью?

— Это, прежде всего, связано с жизнью нашего театра и моей личной жизнью в нем. Когда я сюда пришла, я совершенно не знала, что это за театр. Просто пришла, показалась, и меня пригласили здесь работать. И мне сразу все понравилось. Существует некая интуиция, которая сразу тебе подсказывает, должен ли ты быть в этом месте или оно не твое. И в Театре Армии мне сразу же все пришлось по душе: эта архитектура, эти тяжело открывающиеся двери… А потом я сразу же попала в концертную бригаду, в которой были Владимир Зельдин, Нина Сазонова, Федор Чеханков, Алина Покровская, Александр Михайлушкин, потом туда влилась Людмила Чурсина, которая пришла в театр позже. Это была потрясающая концертная бригада, и мы постоянно куда-то ездили. Дважды были в Афганистане, трижды в Чернобыле, в Чечне, во всех горячих точках. Когда произошла трагедия в Чернобыле, многие театры под разными предлогами отказывались ехать на гастроли в Киев. Но мы не только не отказались от поездки туда, но и поехали всем коллективом, со всем репертуаром. Мы ездили в самый эпицентр, в тридцатикилометровую зону, я была там трижды.

Ольга Богданова

Мы просто не могли отказаться! Я сразу поняла это, глядя на наших ветеранов, наших «стариков», на их отношение к этому. Нас звали туда, где служили наши солдаты и офицеры, и мы чувствовали себя частью Вооруженных сил. Не в смысле репертуара – репертуар у нас всегда был как у любого академического театра. Военные нам никогда не мешали, Главное военно-политическое управление не вмешивалось в наши творческие планы, но они приходили на наши спектакли и гордились театром. И когда нам предлагалась поездка, мы считали это нашей высокой миссией, а не обязанностью. Люди рисковали своей жизнью, почему же мы не должны встать с ними в один строй? Так мы понимали свою принадлежность к этому театру.

— Вам свойственно волнение перед спектаклем или вы уже привычно выходите на сцену и радуете зрителя своей виртуозной игрой?

— Говорят, что когда волнение пройдет, то можно уже не выходить на сцену, потому что ты становишься этаким самоуверенным ремесленником. Конечно, опыт играет свою роль, но волнение не уходит никогда. Тут нет никаких законов, единых для всех. Будучи молодой актрисой, я спрашивала у Владимира Зельдина, у Нины Сазоновой о том, как они справляются с волнением. И каждый говорил мне что-то свое. Для Зельдина таким рецептом было «обнуление», когда он, готовясь к спектаклю, приводил себя в состояние эмоциональной пустоты, чтобы получить и выразить все эмоции на сцене. Нина Афанасьевна Сазонова говорила, что она настолько любит зрителей, что перед спектаклем думает о них, о том, что она хочет им сказать, от чего предостеречь, что они должны запомнить и чего не допустить в своей жизни. Это очень интересная школа. Каждый ищет свои пути. Актерская психология — просто кладезь! Когда я была молодой и играла в спектакле «А зори здесь тихие», я целый день слушала военные песни Владимира Высоцкого, рыдала над ними, приходила в театр, стараясь не расплескать эти эмоции и вынести все это на сцену. А потом я поняла, что это все не то, это не нужно. Все очень индивидуально и иногда непредсказуемо. Иной раз приходишь подготовленной, отдохнувшей, выходишь к зрителю — и что-то у тебя не складывается. А в другой раз успеешь за день побывать в сотне мест, прибегаешь в театр уставшей, едва не опаздывая, быстро гримируешься, вылетаешь на сцену — и все идет замечательно, ты чувствуешь себя восприимчивой и в отношении с партнерами, и со зрительным залом… И когда спектакль заканчивается, ты готова сыграть его еще раз прямо сейчас! Иногда после «Филумены» ко мне приходят зрители и говорят: «Какой спектакль! Мы бы сейчас еще раз с удовольствием посмотрели его от начала и до конца!» А я отвечаю им: «Вы знаете, я так люблю эту роль, что я сейчас же сыграла бы ее еще раз от начала и до конца для вас троих!». Наша профессия – это чудо, она не дает стареть, не дает костенеть, не дает стать равнодушной, она полна жизни и дарит нам эту жизнь в ее невероятном объеме! За это можно благодарить Господа Бога каждый день!

Беседу вела Нина ДОНСКИХ. 

Фото Елены Морозовой