ИХ НАЗЫВАЛИ «БИОРОБОТЫ»

В сентябре 1986 года начался один из опаснейших этапов ликвидации аварии на Чернобыльской атомной станции – ручная уборка 200 — 300 тонн высокорадиоактивного графита и тепловыделяющих сборок.

Не знаю, насколько этично писать, что мне повезло, остался жив, не стал инвалидом, потому что в последний момент в ликвидаторы не попал, хотя призывался из запаса именно в это время. Но упомянуть, считаю, обязан: что было – то было.
Повестку получил в конце августа, попал во вторую волну призыва солдат, сержантов и офицеров запаса – их называли «партизанами». В военкомате сказали: отправят в Чернобыль.
Страха не было. В начале сентября 1986 года, через 4 месяца (!) после аварии, даже мы в Москве достоверно не знали о смертельной опасности. Так нас «информировали» в СССР. О самой аварии власти молчали 36 часов.
Мне же предстоящее виделось чуть ли не приключением. Азарт всех пишущих людей или моя конкретная дурь: «Все увижу своими глазами, поучаствую и напишу!» Но когда через неделю снова явился в военкомат, мне сказали: «Идите домой. В следующий раз призовем». На вопрос почему ответили: «Вы нам не подходите».
Так я не попал в Чернобыль.
Организационно эффективней было бы с самого начала направлять на ликвидацию аварии действующие войсковые подразделения. В строевых, а главное – в военно-строительных частях была необходимая техника, работающие на ней солдаты. Но… Как свидетельствует один из руководителей работ по ликвидации последствий аварии: «Забирали в основном «партизан» (запасников), кто уже отслужил. Это был приказ. Средний возраст ликвидаторов – 35 — 40 лет».
Видимо, был расчет: молодым солдатам-срочникам еще надо «пополнять генофонд», а «партизаны» свою детородную функцию уже выполнили…
Сергей Шалькевич, ликвидатор: «Осенью 1986 года солдат, призванных из запаса, было в Чернобыле 80 — 90% от числа всех военнослужащих. И Легасов (академик Валерий Легасов – член правительственной комиссии по расследованию причин и по ликвидации последствий аварии на ЧАЭС, покончил с собой 27 апреля 1988 года), и все остальные подписались бы под словами, что самую грязную работу сделали именно «партизаны».
Генерал Николай Тараканов, руководитель операции по удалению высокорадиоактивных элементов из особо опасных зон Чернобыльской АЭС: «До сих пор не могу понять, почему ни правительственную комиссию, ни химические войска, ни Гражданскую оборону СССР, ни Госкомгидромет, ни Институт имени Курчатова не интересовали особо опасные зоны, куда были выброшены сотни тонн высокорадиоактивных материалов в виде графита, тепловыделяющих сборок (ТВС), тепловыделяющих элементов (ТВЭЛ), осколков от них и прочего… Мыслимо ли, что так долго – с апреля по сентябрь 1986 года – из этих зон ветрами разносилась радиоактивно-зараженная пыль по всему белу свету!
Самые же опасные и ответственные работы по дезактивации предстояло выполнить на кровлях третьего энергоблока… Ждали и надеялись на робототехнику, несколько роботов были доставлены в особо опасные зоны, но они не сработали. Аккумуляторы сели, а электроника отказала. Тогда правительственная комиссия подписала постановление: для снятия вручную ядерного топлива привлечь к уборке живых «биороботов», как их назвал Борис Щербина, глава правительственной комиссии».
Михаил Бергман, комендант Чернобыля: «В первые дни японцы в виде экстренной помощи прислали два специальных робота, оборудованных щупальцами и дистанционным управлением. Офицеры (не сказать, чтоб трезвые) начали ими играться, как дети, и разбили их об стену. Починить не смогли. Тогда заставили солдат сбрасывать еще дымящиеся обломки графита прямо с крыши в реактор!»
(Конечно, следовало обратиться к миру за помощью. Все бы откликнулись – речь об общей безопасности. Но мы – не обратились. Через 14 лет, 12 сентября 2000 года, в Баренцевом море на глубине 108 метров потерпела аварию атомная подводная лодка «Курск». США, Великобритания, Франция и Норвегия тут же предложили помощь – спасательные мини-подлодки, погружающиеся на глубины от 320 до 1500 метров. Из Англии в Норвегию уже доставили грузовым самолетом подлодку LR-5. Но российские власти отказались. 118 наших моряков задохнулись, не получив помощи. Через месяц, 8 сентября 2000 года, в интервью CNN на вопрос ведущего, что случилось с подлодкой «Курск», президент Путин ответил с исчерпывающей лаконичностью: «Она утонула».)
Юрий Самойленко, заместитель главного инженера по ликвидации аварии на Чернобыльской АЭС: «Прежде всего нужно было защитить жизненно важные органы… Вручную делали доспехи, обшитые листами свинца толщиной 2,5 миллиметра, которыми прикрывали торс. Изготавливали свинцовые трусы в виде полоски, крепившейся к поясу. Свинцовой пластиной защищали затылок, на руки надевали просвинцованные перчатки, а на глаза – очки из толстого плексигласа. Органы дыхания защищал респиратор. Их использовали многократно. Выбрасывали, когда они загрязнялись до недопустимого уровня».
Николай Тараканов: «В таких доспехах весом от 25 до 30 килограммов солдат походил на роботов. Но эта защита позволяла снизить воздействие радиации на организм в 1,6 раза. «Как же так?! – не устаю я задавать себе вопрос. – Или мы пришли из каменного века, чтобы так вот собирать свинцовые листы и вырезать из них на скорую руку защиту критических органов человека?» Началась адская операция в особо опасной зоне третьего энергоблока. Время выхода и возвращения – 60 секунд. Время работ в зоне 40 – 50 секунд. 2 октября 1986 года мы успешно завершили операцию по удалению высокорадиоактивных элементов. Всего было сброшено в развал 4-го взорвавшегося энергоблока около 200 тонн ядерного топлива, радиоактивно зараженного графита и других элементов взрыва».
Юрий Самойленко: «Из взорвавшегося реактора на близлежащие крыши вылетело около 300 тонн графита и металлические сборки с ядерным топливом… Эти сборки представляли наибольшую опасность – фон рядом с ними составлял 10 тысяч рентген в час. Для каждой разрабатывалась операция. Например, первая группа атомщиков-профессионалов подбегала к сборке, чтобы обернуть листовым свинцом места, за которые возьмутся руками люди. Вторая группа сбрасывала сборку вниз. Порой эти «железки» были внушительных размеров и веса. Одну из них поднимали восемь человек… При инструктаже солдатам втолковывали: ни в коем случае не прикасайтесь к металлическим предметам. Бойцы сбрасывали с крыши только куски графита».
Как видим, даже у непосредственных руководителей – разночтения. Аж в 100 тонн. Сколько же человек было задействовано на уборку этих 200 или 300 тонн, если каждый сбрасывал несколько лопат?
Эдуард Гречуха, ликвидатор: «Забирались на крышу по лестнице, бросали 10 лопат и быстро спускались обратно… До нас ликвидаторы работали не по времени, поэтому и облучались. Нас уже начали запускать на крышу на ограниченное количество времени… При мне погибли два человека – захотели посмотреть на четвертый реактор. Подошли к нему вплотную, а там 6000 рентген, там и потеряли сознание».
Профессор Георгий Лепин, физик-ядерщик: «После возвращения с крыши они сдавали дозиметры, майор вставлял их в прибор, который показывал, сколько они набрали. Всё зашкаливало, но майор писал в журнал: «24,5». 25 было пределом… Солдаты там были бесправные. Наверно, неслучайно туда присылали много ребят из Средней Азии, которые даже не слышали об атомных электростанциях. Поэтому они не боялись. Им говорили пойти и сделать что-то – они шли».
Председатель республиканского «Союза инвалидов Чернобыля» Фаридун Хакимов: «В ликвидации последствий Чернобыльской аварии участвовали более 6 тысяч посланцев Таджикистана. На сегодня (апрель 2017 г.) в живых осталось лишь 1865 человек, 1470 из которых – инвалиды».
Владимир Панкратов, офицер запаса, ликвидатор: «Солдат выпускали секунд на тридцать – лопату графита скинуть вниз. Старались беречь людей. Я померил дозу на крыше, она оказалась больше 1000 рентген… Нас называли «биороботами» – мы выглядели как роботы в кино… Представьте, случалось, что люди поднимались на реактор и из любопытства заглядывали внутрь. А там было более десяти тысяч рентген. Сразу кровь носом. И – все. Или такой пример. При первом тушении пожара смена пожарных лила воду на реактор и не подозревала, что поднимающийся пар смертелен. Две недели только прожили после этого… Через чистку крыши прошло 3,5 тысячи человек. (По утверждению Самойленко – 5 тысяч.) Из них примерно половину «сожгли» на той крыше. При этом не разрешалось писать в документах, что человек получил больше 25 рентген. Через два года, мне тогда 37 лет исполнилось, определили на инвалидность. Удалили опухоль головного мозга. С палочкой ходил. Говорить заново учился…»
Вышедший в этом году, доступный в Сети и ставший мегапопулярным американский сериал «Чернобыль» вызвал в России неоднозначную реакцию. Ветераны чернобыльских событий говорят, что все там отражено верно, за исключением незначительных деталей. Однако есть и возмущенные граждане. Так, партия «Коммунисты России» обратилась в Роскомнадзор с требованием: «Заблокировать доступ к гадостному сериалу на всех трекерах, на всех ресурсах. В отношении режиссера, сценариста и исполнительного продюсера сериала нужно возбудить уголовные дела за публичную клевету. Россия должна дать сдачи изготовителям подобного сериала».
Вообще-то подобные вопросы решаются просто. Если «Коммунисты России» считают сериал клеветой, то пусть опровергнут его (а также пусть опровергнут и вышеприведенные рассказы ликвидаторов). То есть пусть расскажут и покажут миру, что они считают правдой.
А ведь даже то, что сейчас известно, самими ликвидаторами воспринимается не как полная картина происшедшего.
Владимир Михайлов, председатель красноярской организации «Чернобыль»: «Всей правды никогда не узнаем. Всего из Красноярского края за это время в Чернобыль отправили 2539 человек. Сейчас (июнь 2019 г.) в живых осталось 1324 человека, больше половины из них – инвалиды. Средний возраст ушедших из жизни ликвидаторов аварии – 42 года».
Сергей Медведев, председатель Кировской организации «Союз «Чернобыль»: «Из 3624 вятских ликвидаторов в живых (2016  г.) осталось немногим более 2000 человек. Да и те почти все инвалиды».
Александр Князькин, председатель рес­публиканского союза инвалидов «Чернобыль»: «Почти 1,5 тысячи жителей Мордовии занимались ликвидацией последствий невиданной катастрофы. До сегодняшнего дня (апрель 2016 г.) дожили чуть больше половины».
Владимир Боже, ликвидатор, Челябинск: «Шесть тысяч южноуральцев прошли ад Чернобыля. В живых (март 2016 г.) осталось 3497 человек. Из тех, кого уж нет, многим сегодня не исполнилось бы и шестидесяти».

Сергей БАЙМУХАМЕТОВ.

 

Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
0
Оставьте комментарий! Напишите, что думаете по поводу статьи.x