ВТОРАЯ БИТВА ЗА СТАЛИНГРАД

БИТВА ЗА СТАЛИНГРАД

Продолжаем серию очерков Эрика Котляра «Маленькие кузнецы большой победы».

ШЕЛЕСТЯТ СТРАНИЦЫ ЛЕТОПИСИ… О ТРУДОВЫХ РЕЗЕРВАХ ВОЕННОГО ВРЕМЕНИ, О СЛАВНОЙ СТРАНИЦЕ ИСТОРИИ ТЫЛА ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ…

Советская Армия выиграла битву под Сталинградом.
И тогда, в сорок третьем, израненный, разрушенный город надо было вернуть к жизни. На месте кровопролитных сражений начались эпидемии, угрожающие жизни людей. Ходить по улицам было небезопасно — воздух то и дело сотрясался от взрывов. Это рвались мины, которые все еще таились в земле. В обломках или на дне воронок прятались не сработавшие в положенный час фугасы и снаряды. Груды скрюченного металла громоздились на месте когда-то просторных цехов тракторного завода и других предприятий.
Было от чего прийти в смятение! Государственный Комитет Обороны призывал восстановить все в короткие сроки. Сделать это было очень трудно, поскольку там, где еще недавно красовался один из лучших городов на главной водной магистрали, не сохранилось ни одного дома под крышей, не было воды, топлива, не хватало продовольствия, теплых вещей. Не было очень многого, но самое главное — не было пока еще рабочих рук, способных вернуть к жизни край, превращенный в пустыню.
Здесь, в Сталинграде, как, впрочем, и в других местах, где прокатилась война, еще раз показали свою жизнеспособность и военно-хозяйственное значение трудовые резервы. Почти в каждом районе, освобожденном от фашистских захватчиков, события развивались одинаково — недавно тут лютовали оккупанты, сразу после освобождения ремесленные училища и школы фабрично заводского обучения первыми радушно открывали двери для молодежи. Ребята приходили молчаливые, недоверчиво смотрели на парты в классных комнатах, на доски на стенах… Немало требовалось внимания, человеческого тепла, чтобы вернуть молодым людям, подавленным ужасами вражеской оккупации, уверенность в себе, в собственные силы, пробудить интерес к науке.
Училища и школы ФЗО не только первыми возвращались в города после разгрома врага, но и покидали их последними. Они продолжали действовать там, где врагу не удавалось сломить сопротивление наших войск. Так было в Ленинграде, в Севастополе, в Ростове-на-Дону. Так было и в Сталинграде. Объяснялось это особой ролью училищ и школ ФЗО в прифронтовой полосе — они оказывали помощь военным мастерским, где оперативно ремонтировалась боевая техника, готовились боеприпасы. Из мастерских трудовых резервов фронт получал техническую помощь. Сталинград не сдался. И в разгар жарких боев в городе, где каждая уцелевшая стена превращалась в неприступную -крепость, ни на один час не прекращалось производственное обучение.
Сталинградский тракторный завод превратился в один гигантский цех по ремонту грозных боевых машин. Сюда раненые танки приползали, как на перевязку. Борта их покрывала копоть сражения, а пробоины не успевали еще остыть от взрыва снаряда… Немцы стремились во что бы то ни стало остановить рабочее сердце завода. Дальнобойная артиллерия обстреливала его корпуса, день и ночь атаковали его фашистские бомбардировщики. Поставленная перед немецкими летчиками задача состояла в том, чтобы бомбить территорию тракторного завода, где рабочие руки круглосуточно заживляли покалеченную броню. «Заводфронт» — вот как тогда называли Сталинградский тракторный!
В цехе № 5 комсомольцы Осипов и Пастухов не останавливали станки, несмотря на то что снаряды взрывались у самых стен помещения, а в воздухе то и дело со свистом проносились пули. От прямого попадания бомбы загорелся моторный цех — комсомолка-наладчица Литвинова ни на миг не прекратила шлифовать детали. В этот трудный день она вместо 30 деталей по норме выдала 37!
Находиться в сражающемся Сталинграде — значило забыть об опасности, поджидающей на каждом шагу. Но риск не пугал комсомольцев. Воодушевляемые примером героизма отцов, старших братьев и сверстников фронтовиков, юные патриоты мечтали о личном участии в историческом сражении!
Будущие водители составов из железнодорожного училища побывали в госпитале, где после ранений выздоравливали герои битвы. Какое огромное впечатление произвел на ребят рассказ о том, как четыре летчика — командир экипажа Дивиченко, штурман Журавлев, два стрелка-радиста Мысиков и Ешов — приняли решение направить горящий самолет в гущу автоцистерн, повторить подвиг капитана Гастелло. В живых чудом остались трое. Раненые, вооруженные одними пистолетами, они сумели прорваться через линию фронта. Миллионы людей узнали об их подвиге из сводки Совинформбюро.
Отважные летчики рассказывали учащимся: «Мы были в лапах смерти, но остались живы. Мы снова будем сражаться с ненавистным врагом. Будем драться с гитлеровцами до тех пор, пока в жилах течет кровь! Наша жизнь принадлежит Родине!»
В училище ребята вернулись испытывая чувство подъема. На первом собрании постановили: просить руководство отправить их на Юго-Восточную дорогу, обслуживающую Сталинградский узел. Стальная магистраль пролегала по земле, над которой не рассеивались клубы пороховой гари. Чтобы водить составы по этой дороге смерти, требовалось большое искусство и отвага. И вот на этот участок просила направление группа выпускников училища.
Подлинным виртуозом железнодорожного мастерства стал один из них — комсомолец Рыбалкин. Под ураганным огнем приводил он поезда почти к самой кромке передовой. Изучив дорогу до каждой шпалы, Рыбалкин так ловко маневрировал на путях, что самые опытные фашистские асы сбивались с толку, не в силах разобраться, куда направляется состав.
Другой выпускник — машинист Коломийц не уступал в храбрости своему товарищу. Как-то раз его вызвали к начальнику станции:
— Ты принимаешь ценный груз, — предупредили его. — Будь осторожен. Три раза проверь обстановку, прежде чем выводить состав на открытые места. Во что бы то ни стало груз надо доставить на передовую!
Коломийц попал под жестокий артобстрел. Осколок перебил кисть руки. Но тяжело раненный комсомолец не покинул кабину. Перевязав рану, он продолжал управлять поездом и довел его до нужного места. Только тогда, ослабев от потери крови, юноша оставил свой пост.
На узловой станции этой же ветки работала еще одна выпускница училища — Нина Швец. Бомбежка была настолько ожесточенной, что, казалось, земля вздыбилась до самых облаков! Кромешный ад! Наконец огонь зениток отогнал фашистов. Нина осмотрелась. Кругом раздавались стоны. Девушка бросилась отыскивать раненых. Переходя от одного к другому, она оказывала людям помощь. И вдруг увидела группу немецких автоматчиков — крадучись, они приближались к зданию станции. Оттуда выскочил телеграфист. Задыхаясь, он добежал до места, где пряталась Нина. Раздалась автоматная очередь. Телеграфист упал. Незаметно, переползая между телами убитых и раненых, Нина приблизилась к нему.
Увидев Нину, он попытался что-то сказать, но деревенеющие губы стали непослушны. Нина прислушалась. Сквозь свистящее дыхание она еле улавливала отдельные слова: «…связь прервана… беги в дистанционную службу… доложи…» Это было последнее, что ей удалось расслышать. Ловко перебегая от одного укрытия к другому, прячась за штабелями шпал, железнодорожными строениями, Нина Швец мужественно исполнила роль связной и доложила об обстановке на станции. Благодаря отваге девушки через два часа поезда смогли продолжить движение к линии фронта.
Труд и бой в сражающемся Сталинграде стали неразлучны! Воин в любой момент мог стать рабочим, рабочий всегда оставался бойцом. Выпускники училищ, независимо от того, вставали ли они к риверсу или к пылающей топке паровоза, к рычагам управления стрелками путей, вступали в сражение наравне с теми, кто держал в руках автомат. Они воевали по-мальчишески отчаянно, и их храбрость приводила в изумление бывалых солдат.
Евгений Чернышев первым обнаружил упавшую в депо бомбу. Жаркое пламя охватило ажурные конструкции ангара. Чернышев и с ним еще четверо молодых железнодорожников выводили из горящего парка паровозы, несмотря на бушующий огонь, болезненные ожоги. Только когда все паровозы оказались в безопасности, юноши обратились в ближайший прифронтовой госпиталь.
Многое зависело и от молоденькой стрелочницы Тани Карякиной. Пустячный просчет, небольшая ошибка грозила роковыми последствиями не только для тех, кто находился в эшелонах, но и для всей передовой, с нетерпением ожидающей подкрепления. Таню ранило осколком в тот момент, когда на станцию дополнительно прибыли еще три эшелона. Требовалось как можно скорее отправить их в безопасное место. Не думая о боли, не замечая набухшую от крови одежду, девушка собрала все силы. До конца смены оставалось еще много времени. Глаза застилала туманная пелена, уши как будто заложило ватой. Собрав в комок всю волю, Таня изо всех сил старалась сосредоточиться на управлении стрелкой — страх перед тем, что возможна непоправимая ошибка, помогал ей держать себя в руках. И только когда подошла замена, Таня опустилась на землю…
При поддержке с воздуха станцию атаковал сброшенный с вражеского самолета десант. Силы оказались неравные, и в штабе полка, понимая, что другого выхода нет, приняли решение: отойти на короткое время, перегруппироваться и после этого выбить противника с занятого им железнодорожного узла.
Во время боя выпускники училища Николай Шерстобитов, Анатолий Прокопенко ни на минуту не покидали рабочий участок. Они спешно ремонтировали подвижной состав, на котором должна была эвакуироваться воинская часть, обороняющая участок пути. После приказа об отступлении ребята отправились к комиссару полка и заявили о желании воевать на борту фронтового бронепоезда. Их зачислили в экипаж.

***

…Отгремели выстрелы в Сталинграде. Фронт ушел далеко на запад. Теперь вставала другая задача — восстановить сталинградские предприятия, коммуникации, жилье. Немалая роль отводилась трудовым резервам. После разгрома немецко-фашистских войск на Волге для возвращения училищ к нормальной жизни надо было построить здания, наполнить их учебным оборудованием. Причем это не терпело промедления! Страна с благодарностью помогала городу- богатырю, лежащему в развалинах. Из самых дальних уголков протянулись к нему дружеские руки.
Теперь сюда шел мирный груз: вагоны с продовольствием, строительными материалами, заводским оборудованием, теплой одеждой. На бывших улицах строители раскинули палаточные лагеря по названиям городов-посланцев. По надписям можно было изучать географию страны — не было города, представители которого не трудились бы над восстановлением Сталинграда. Весь народ вел битву за его возвращение к жизни. Фабрики и заводы города с нетерпением ожидали пополнения рабочих кадров, поэтому возобновление занятий в трудовых резервах было особенно важно. Первые училища приступили к работе в феврале-апреле 1943 г. По всей стране учебные заведения готовили для Сталинграда слесарно-монтажный инструмент, режущие части станков, мебель для общежитий и классных комнат, белье и постельные принадлежности, рабочую одежду, обувь. Сверх основной производственной программы создавались станки для учебных мастерских и верстаки.
Помочь сталинградским училищам решили работники и учащиеся ремесленных училищ и школ фабрично- заводского обучения Ивановской области. Они дали слово целиком восстановить в короткое время училище металлистов, рассчитанное на 500 человек, и одну школу фабрично-заводского обучения. Ивановцы постановили: отправить в сталинградские учебные заведения отличников для работы помощниками мастеров в открываемых училищах и школах.
Училища Коврова послали 1000 напильников, 11 станков, режущий и мерительный инструмент. В Макарьевском училище изготовили табуретки, тумбочки. Там, где велась подготовка металлистов, в сверхурочные часы выпустили столько наковален и кроватей, что их вполне могло хватить на несколько училищ. Специальная комиссия отобрала станки из учебного парка, которым располагали ивановцы. Комсомольцы отправили 10 000 простыней, 1700 одеял, 200 пар белья, 20 000 метров ткани, салфетки, шторы. Все это было выткано и сшито руками самих ребят. Каждую вещь для Сталинграда выполняли с исключительным старанием и любовью.
А в самом Сталинграде кипела работа. Первым делом город надо было избавить от разлагающихся трупов фашистов, это требовало большой сознательности и мужества. С февраля по март они убрали более 6 тысяч вражеских трупов! Постепенно жизнь города налаживалась. Отступали эпидемии, болезни. Но опасность все еще подстерегала. Под руководством опытных саперов молодежь училась обезвреживать мины. Риск и находчивость молодых саперов соперничали с умением опытных фронтовиков. Только одна комсомолка, учащаяся школы ФЗО Маруся Гренадерова в один день обезвредила 40 мин!
15 апреля 1942 года в одном из разрушенных цехов тракторного завода вступил в действие первый токарный станок. Через десять дней бригада учащихся начала ремонт первой партии трофейных танков. В цехах завода работали над боевой техникой, а рядом, на территории завода, полным ходом возводились стены, строили новый промышленный комплекс. Весь город говорил о достижении Нади Тюльпановой — она уложила за смену 3600 кирпичей. Не успели обсудить это событие, как на следующий день ее подруга Ада Вайнштейн уложила на 302 кирпича больше. Соревнование развернулось также между Марией Кондрашевой и Айной Плайтес. Вместе они уложили 6200 кирпичей. Ударная работа набирала темп, и вскоре известия о стахановских рекордах стали привычными для сталинградцев.
Мастерство ребят настолько возросло, что когда Иван Смолянинов и Григорий Христов уложили за смену 15 000 кирпичей, учащиеся-строители, изучив их опыт, обсудили возможности дальнейшего роста производительности кладки. Во второй половине июля 1943 года заработала теплоэлектроцентраль. По ожившим артериям завода пошел ток. И 20 июня 1943 года победный гул горнов возвестил — заработал кузнечный цех. В 7 часов вечера старейший мастер завода, орденоносец Яковлев отковал в Сталинграде первую поковку. Тракторный начал вторую жизнь… По этому случаю рабочие пригласили в заводской клуб учащихся ремесленных училищ на традиционную заводскую конференцию.
Это была первая конференция после прекращения боев. В клуб шли торжественно. Начистили и отутюжили одежду.
В подвале, единственной парикмахерской в разрушенном городе, где два мастера, бывшие бойцы, раненные на сталинградских улицах, наперечет знали всех городских жителей и могли угодить любому вкусу, мальчишек из ремесленных училищ подстригли под фасон. И вот «расфранченные» ремесленники пришли в клуб завода, чтобы на равных участвовать в конференции взрослых рабочих.
Это было серьезное событие в мирном Сталинграде, и, принимая в нем участие, юная смена рабочего класса как бы приобщалась к замечательной традиции: передаче эстафеты от ветеранов рабочего дела тем, кому предстояло приумножать славу заводского мастерства. После конференции возвращались в палатки счастливые, взволнованные. Там, в клубе они дали торжественное обещание работать лучше. И сдержали слово. Двухсотников и трехсотников становилось все больше и больше.
А условия жизни все еще были трудные. Жилья по-прежнему не хватало. Крышу над головой заменяла палатка. Даже городской комитет весной и летом 1943 года помещался под стареньким, изуродованным бомбежкой армейским брезентовым тентом. Под этой импровизированной крышей работали, проводили совещания. Здесь и жили. Рядом устроили небольшую, открытую площадку, где проводили литературные вечера, лекции, доклады, концерты, встречи дорогих гостей с фронта.
Однажды на площадке состоялась встреча учащихся ремесленных училищ и фронтовиков-артиллеристов. Они приехали поблагодарить ребят за продукцию, выпускаемую в учебных мастерских, — снаряды всех калибров и систем.
Очень тяжело вручную возводить леса. Из Кировской области приехали Людмила Яковлева, Таня Рокша, Лена Козлова, Аня Макеева, Паня Корнюхова и попросили назначение на самую ответственную стройку. По шатким стропилам на плечах девушки поднимали на высоту пятого-шестого этажей бревна, доски, готовили фронт работ для каменщиков. Задолго до рассвета они проходили на участок. — Почему так рано? — спрашивали у них. — Нельзя допустить, чтобы простаивали машины.
Ударные смены Ольги Чиговицыной, Зои Вагиной, Саши Тямейкина, Светланы Либо, Нади Тюленевой… В то время не было в округе ни одного человека, кому были бы неизвестны эти имена. Передвижные типографии печатали листовки, в которых разносились по всему городу известия о славных делах этих ребят. Считалось почетным, если о твоих успехах печатный листок рассказал всему городу! Друг у друга учились работать и побеждать. ..
Они разбирали под строительную площадку завал из кирпича рухнувшего здания. Заканчивался день, и девушки уже собирались уходить, когда вдруг кто-то крикнул:
— Посмотрите!
Из-под разобранного кирпича, обломков штукатурки и досок виднелась рука, крепко сжимающая ствол автомата. Они накинулись на гору битого кирпича и щебня и стали разбрасывать его с таким старанием, как будто выносили из боя раненого воина и от каждой минуты зависела его жизнь. Позади был тяжелый день. Но никто не напоминал об накопившейся за день усталости.
Осторожно опустили они тело на землю. Бережно разжали руки, освободив автомат с вогнанным в ствол патроном, и сложили их на его груди.
Кто он, один из тех, кто на сталинградской земле решил судьбу мира, где его дом? родня? Это осталось неизвестным. Девушки предали тело священной земле, за которую солдат отдал жизнь. Они похоронили его рядом с тем местом, где он сражался и погиб.
Недавнее прошлое не отходило, оно все еще было рядом, напоминало о себе: «Видите, нам было трудно, очень трудно, но мы все выдержали. Вы пришли сюда следом за нами! Будьте достойны нас! Мы верим вам и надеемся на вас!»
Прошлое взывало со стен: «Стоять на смерть!», «Выстоять во что бы то ни стало!» И они старались изо всех сил! Вот уже пущено пять электропечей и во дворе тракторного завода прошли пробу два турбокомпрессора, четыре подъемных крана и два котла. Они придирчиво обследованы комиссией специалистов и признаны годными к использованию. Начал действовать трансформатор мощностью в 500 кВт, отремонтированы 700 станков. Два взвода танков отобраны на полях бывших сражений, восстановлены вне очереди и направлены на фронт сверх плана.
Не хватало мужских рук. Девушки осваивали сложные, а часто и тяжелые профессии.
Здесь, в Сталинграде, Тоня Орлова, первая женщина в Советском Союзе, стала штамповщицей-кузнецом на паровом молоте.
В городе к ноябрю 1943 года молодежь трудовых резервов построила 3400 кв. метров жилой площади. Но этого все еще было мало. Начинались дожди, заморозки, а многие жили в палатках. На северной окраине города построили каменный одноэтажный теплый барак. Часть ребят из палаточного городка переселилась в благоустроенный дом. Но всем места не хватало. Что же делать? И решили строить скоростными методами во внеурочное время еще один жилой дом… Организовали дежурную смену — каждый добровольно отработал в ночные часы. Приходилось нелегко! Могли это сделать только умелые, знающие, убежденные люди. Бывало всякое. Некоторые из ребят, не имея достаточного жизненного опыта, не выдерживали трудностей и срывались. Но люди, впервые попавшие в Сталинград, испытывали трепетное волнение при мысли, что вот тут, на этом месте народ совершил великий подвиг, сокрушив и уничтожив противника.
Два месяца напряженно трудились комсомольцы школы ФЗО № 12. Они разобрали уцелевший подвал, оборудовали в нем столовую. Новенькое общежитие весело засверкало чисто вымытыми окнами.
В механической, слесарной и деревоотделочной мастерских деловито рокотали станки. И сами мастерские, и станки в них — все было создано в свободное от основной работы время. И уже к октябрю 1943 года (потребовалось всего несколько месяцев после разгрома фашистов) двадцать восемь училищ и школ ФЗО гостеприимно распахнули двери, чтобы принять 7 769 молодых людей.
Сталинградская земля стала свидетелем еще одного сражения. Начатое в 1943 году, оно продолжалось, сохраняя традиции фронтового героизма, имя ему — мирный труд!
Сегодня задача поисковиков и волонтеров найти героев славной, второй битвы за Сталинград, чтобы отдать должное их подвигу! Тем из них, кто дожил до наших дней, девяносто лет и больше! Сколько важного могут они донести до молодых людей современности.

Эрик Котляр.

Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
0
Оставьте комментарий! Напишите, что думаете по поводу статьи.x
()
x