Сергей Баймухаметов. Как политические карлики уничтожили СССР. Часть 2

Штурм Белого дома означал кровавую мясорубку. Никак иначе. И если бы это немыслимое произошло – тогда что? Что после? Москва бы в ужасе притихла? Скорее всего, так.

А вот союзные республики ГКЧП напугать бы не смог. Не имел сил, возможностей. Во-первых, к тому времени республики объявили государственный суверенитет, пусть и в рамках СССР. Во-вторых, там сопротивление приобретало характер национально-освободительного движения.

И осталась бы одна Россия под властью ГКЧП? Несмотря на то, что именно с России начинались в Советском Союзе перестройка, гласность, демократия.

История богата и не такими парадоксами.

Конечно, читатель может скептически усмехнуться: «Если бы да кабы, да во рту росли грибы…» Считается, что история не имеет сослагательного наклонения. Имеет. Бывают моменты, когда все качается на весах, и одна соломинка может переломить ход событий в ту или иную сторону.

Например, путчисты планировали арестовать президента Ельцина еще за сутки до объявления о переходе власти к ГКЧП, за сутки до выхода народа на улицы Москвы. Казалось бы, элементарно необходимое решение — заранее нейтрализовать потенциального главного противника. Почему не арестовали, когда никаких препятствий для этого не было, почему остановились в последнюю минуту – не очень понятно до сих пор.

Ночью с 18 на 19 августа 60 бойцов из группы спецназа «Альфа» 7-го управления КГБ СССР заняли позиции в трех километрах от подмосковного поселка Архангельское – от дач президента Бориса Ельцина и других высших руководителей РСФСР. Ждали приказа. Но его все не было и не было. На каждый запрос отвечали: «Ждите команды!»

Настало утро 19 августа. В 6 часов радио и Центральное телевидение начали передавать заявление ГКЧП. То есть возвестили о захвате власти. В тот момент на даче Ельцина собрались премьер-министр РСФСР Иван Силаев, исполняющий обязанности председателя Верховного Совета Руслан Хасбулатов, государственный секретарь Геннадий Бурбулис, министр печати Михаил Полторанин, исполняющий обязанности председателя Государственного комитета РСФСР по оборонным вопросам генерал-полковник Константин Кобец, председатель Российской телерадиовещательной компании Олег Попцов, государственный советник РСФСР по правовой политике Сергей Шахрай, министр внешних экономических связей Виктор Ярошенко, мэр Ленинграда Анатолий Собчак, вице-мэр Москвы Юрий Лужков.

В 8 утра 19 августа с выдвинутых вперед постов сообщили: «Колонна — два бронированных ЗИЛа, две «Волги» с охраной Ельцина и прибывшими туда лицами, выдвигается на трассу. Готовьтесь к операции!»

Командир «Альфы» генерал Виктор Карпухин в очередной раз позвонил в Москву, председателю КГБ Крючкову. И снова услышал: «Ждите указаний!»

Заместитель командира «Альфы» полковник Сергей Гончаров впоследствии вспоминал: «Никто (…) так и не решился дать «отмашку» на захват Ельцина. Спрашивается, зачем тогда они заварили всю эту кашу? Если уж идти, то идти до конца! Я это говорю для тех, кто до сих пор считает причиной провала ГКЧП позицию офицеров «Альфы». Все можно было решить в ночь с 18-го на 19-е августа. Время, когда ГКЧП мог победить, было бездарно упущено. Ельцину было дано драгоценное время, чтобы мобилизовать своих сторонников и приступить к активным действиям».

Президент Ельцин приехал к Белому дому, в 12.15 вышел на площадь, зачитал с танка «Обращение к гражданам России», в котором назвал действия ГКЧП «реакционным, антиконституционным переворотом», призвал граждан к всеобщей бессрочной забастовке.

И стал вождем, символом сопротивления.

А если его, Силаева и Хасбулатова утром 19 августа арестовали бы, как и планировалось? Кто бы вместо него стал знаменосцем борьбы? Хотя следует помнить – мы вышли на площадь к Моссовету, на Манежную площадь и к Белому дому сами, по первому порыву, ничего еще не зная о Ельцине. Можно считать, что это он потом примкнул к нам и возглавил нас.

Митинг у Моссовета

В течение дня и ночи 19 и 20 августа у Белого дома находились десятки и десятки тысяч москвичей. Все понимали, что предстоящий штурм повлек бы массовое убийство гражданских лиц.

Вечером 20 августа командир группы «Альфа» генерал Карпухин вызвал к себе заместителей: полковника Гончарова и полковника Головатова. Из рассказа Гончарова:

«Говорит мне и Михаилу Головатову: «Мужики, нам, наверное, в три часа ночи предстоит штурмовать Белый дом. «Альфа» — основная, нам будут приданы спецназ Минобороны, люди из ВДВ, МВД, бронетехника и будет оказана вертолетная поддержка… Поступил приказ — я его выполняю. Готовьте план операции!».

Если говорить прямо, то в течение получаса поставленная задача была бы выполнена. Правда, с очень многочисленными жертвами. Мы знали, где находится Ельцин, другие руководители, имели поэтажный план… Мы с Головатовым пригласили руководителей отделов».

Из показаний начальника отдела Леонида Гуменного: «Мы стали возмущаться. Карпухин закричал, что мы стали слишком много говорить, что там, возле здания Верховного Совета, молодежь, студенты, как он выразился, сосунки, которых мы быстро раскидаем».

Да, возмущались, не хотели. Но это вовсе не означает, что отказались от штурма, как нынче повсеместно утверждается. Скорее всего, приказ бы выполнили – люди не просто военные, а отборные, спецназ КГБ.

Но приказа не было. Полковник Гончаров: «В 3 часа команды не поступило. Где-то после 4 часов утра приезжает Карпухин, уже более-менее спокойный: «Все, ребята, отбой. Людей не отпускать… Будем ждать дальнейших указаний».

Что случилось за то время?

ГКЧП на штурм не решился.

Здесь надо сказать еще об одном частном случае, который мог повлиять на ход событий.

С «Альфой» все ясно, но главная и самая могучая сила – армия. Танки двинулись к Белому дому.

Живое кольцо вокруг Белого дома

20 августа по единственной работающей в здании Верховного Совета РСФСР линии спецсвязи Борис Ельцин позвонил президенту Казахстана Нурсултану Назарбаеву, сообщил, что готовится штурм, просил принять все возможные меры.

Министр обороны СССР маршал Дмитрий Язов в свое время командовал военным округом в Казахстане, жил в Алма-Ате. Семьи Назарбаева и Язова дружили. Получив подтверждение о готовящемся ночном штурме, Назарбаев позвонил Язову: «Дмитрий Тимофеевич, вы же герой войны, отец, дед. Неужели допустите, чтобы на улицах Москвы стреляли в женщин и детей? Неужели хотите замарать свои руки кровью молодежи, вставшей возле Белого дома на защиту своего президента?»

Возможно, здесь сыграли свою роль личные отношения, личная дружба, и Назарбаев нашел слова, которые удержали Язова от рокового решающего шага. Потому что армия в тот момент не признавала никого, кроме министра обороны, и подчинялась только министру обороны. Командиры танковых подразделений не выполнили бы ничей приказ, кроме приказа министра.

Через двадцать минут Назарбаеву позвонил помощник Язова и сообщил, что танки, направленные на Белый дом, остановлены. Затем информацию подтвердил помощник Ельцина.

В 3 часа ночи командующий ВВС генерал Евгений Шапошников предложил Язову вывести войска из Москвы, а ГКЧП «объявить незаконным и разогнать». В 5 часов утра на заседании коллегии Мин­обороны главком ВМФ адмирал флота Владимир Чернавин и командующий РВСН генерал Юрий Максимов поддержали предложение Шапошникова.

Язов отдал приказ о выводе войск из Москвы.

В 07.42 все армейские подразделения, введенные в Москву 19 августа, покинули столицу.

В 22 часа Генеральный прокурор РСФСР Валентин Степанков вынес постановление об аресте членов ГКЧП.

Окончание следует

 

Фото из открытых источников

0 0 голоса
Рейтинг статьи
Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
0
Оставьте комментарий! Напишите, что думаете по поводу статьи.x
()
x