Николай Цискаридзе: Мне не стыдно ни за один день своей работы в Академии

23 июня в честь 95-летия выдающегося хореографа современности Юрия Николаевича Григоровича в Государственном Кремлевском дворце состоится концерт выпускников Академии Русского балета имени А. Я. Вагановой. В преддверии этого события народный артист России, и. о. ректора Академии Николай Цискаридзе рассказал о предстоящем концерте, о проблемах выпускников и своей работе в Академии, на сцене и телевидении.

Концерты выпускников Академии Русского балета имени А. Я. Вагановой - предмет особой гордости Николая Цискаридзе. В этом году первое отделение концерта составят танцы Дня и Ночи из оперы «Джоконда» А. Понкьелли (хореография М. Петипа в редакции Н. Цискаридзе), «Фестиваль цветов в Чинзано» Э. Хельстеда и Х. С. Паулли (хореография А. Бурнонвиля) и «Классическая симфония», поставленная Л. Лавровским на музыку С. Прокофьева, а во втором отделении зрители увидят III акт «Раймонды» А. Глазунова в постановке Ю. Григоровича.

- Николай Максимович, выпускные концерты Академии Русского балета в Москве уже стали доброй традицией, зрители их ждут с нетерпением, потому что знают: это будет настоящее событие, яркое, незабываемое зрелище. Прокомментируйте, пожалуйста, программу вечера, который мы увидим через несколько дней.

- Программа каждого выпускного спектакля строится под конкретных учащихся. Природа же, как известно, не создает одинаковых людей. Вот в этом году у нас такой материал, поэтому мы выбираем такие номера, на следующий год - всё по-другому. На этот раз так получилось, что в связи с юбилеем Юрия Николаевича Григоровича я выбрал третий акт «Раймонды», что на самом деле большой риск. Ну, элементарно, даже если говорить с технической точки зрения, у вас должно быть в кордебалете восемь мальчиков, которые могут девочку посадить и на левое плечо, и на правое. Поверьте, не во всех балетных труппах вы найдете таких восемь мальчиков. Не то что подростков в школе. И когда я позвонил Юрию Николаевичу и спросил разрешения на эту работу, он поинтересовался: «Коля, а мы на Гран-па ребят наберем?»

Что касается первого акта, то в нем представлены разные постановки. Я всегда настаиваю на том, чтобы в самом главном училище мира, там, где, собственно, классика и родилась, классический балет был представлен разнообразно. И первый номер у нас – танцы Дня и Ночи из «Джоконды» Понкьелли, я их восстанавливал к юбилею Мариуса Петипа. Далее - хореография Бурнонвиля, одного из классиков датского балета, и, наконец, шедевр Леонида Лавровского «Классическая симфония» - этот балет, он поставил в моем родном Московском хореографическом училище, и когда я выпускался, мы его танцевали. Так что для меня это своеобразная ностальгия. К сожалению, это спектакль давно исключен из репертуара московской школы, ну, а я воспользовался этим и забрал его в Петербург, на родину Леонида Михайловича.

- Почему в честь юбилея Юрия Николаевича Григоровича вы подготовили с выпускниками именно III акт «Раймонды» Глазунова в его редакции?

- Но я же знаю, что дети могут исполнить.

- Впервые ваши выпускники выступили на кремлевской сцене в 2015 году. А как вообще родилась идея этого проекта?

- На мой взгляд, выпускной концерт – это очень красивая история. Хотя и грустная – ведь коллектив, который вы создали для этого вечера, последний раз выступает вместе. И потом, у нас же старейшая академия, которая подарила миру классический танец, - на самом деле сегодня весь балет, который существует, так или иначе сходится на улице Зодчего Росси. И больше в нашей стране таких институций, которые влияют на ход всего мирового искусства, нет. И мне всегда хочется, чтобы все видели работу и выпускников, и педагогов. Академия, так же, как и театр, это не стены, пусть и замечательные, но прежде всего, люди, которые их наполняют.

Конечно, поначалу это была большая авантюра – никто не верил, что мы в июне сможем собрать огромный зал в Кремлевском дворце, который вмещает шесть тысяч зрителей. Лето, дачный сезон. К тому же все привыкли, что концерт балетной школы – это какие-то однообразные скучные номера…

А в итоге все произошло безумно ярко, причем в день рождения Агриппины Яковлевны Вагановой - так совпало. У нас была потрясающая программа: первый акт «Спящей красавицы» полностью, потом балет «Раймонда» в постановке Джорджа Баланчина, который никогда не шел в России, и затем сюита из балета «Лауренсия». Я знал точно, что нет в мире школы, которая могла бы показать такую программу. Даже моя родная московская школа никогда бы такого не сделала. И, конечно, мне очень хотелось показать эту программу в моем городе, где я служил, где живу. Я благодарен Петру Михайловичу Шаболтаю (генеральный директор Государственного Кремлевского дворца  – прим. автора) за то, что он поддержал мою идею. И в итоге всем это так понравилось, что мы стали приезжать ежегодно. Из-за пандемии был перерыв на два года, и вот теперь мы снова возобновляем традицию.

- Это не первый ваш «именной» выпускной – раньше, например, спектакли посвящались юбилеям Баланчина, Фокина, Петипа...

- Всю свою творческую жизнь настаиваю на том, что важно ценить людей, которые были до нас. Это одна из основных составляющих воспитания. И в школе у нас всегда чествуют абсолютно всех выдающихся выпускников. Поэтому в 2015-м мы посвятили выпускной концерт Джорджу Баланчину, без которого невозможно представить балет ХХ века. В 2019-м – Мариусу Петипа, без которого нет балета XIX века. А в этом году – Юрию Григоровичу, которому исполняется 95 лет. Слава Богу, он в здравии. Юрий Николаевич очень любит свою школу, которую окончил в 1947 году, очень любит улицу Зодчего Росси. Когда он оказывается в Петербурге, мы с ним долго бродим по нашему зданию, и Юрий Николаевич рассказывает о том, что здесь когда-то происходило.

- Вы не раз подчеркивали, что на самом деле нет пресловутой разницы между питерской и московской балетными школами, различается лишь манера исполнения, обусловленная размерами сцен - в Большом театре она существенно больше, чем в Мариинском. А насколько сложно адаптировать репертуар выпускных концертов академии для выступления на огромной кремлевской сцене? Приходится ли что-то корректировать в пластике детей?

- Нет, никогда ничего корректировать не приходилось. Другое дело, что когда дети попадают на такое огромное пространство, они поначалу немного теряются. Но мы всегда приезжаем рано утром, у нас есть так называемая разводная репетиция, и мы имеем возможность всё отрепетировать. Но, конечно, этот момент – размер сцены, он очень влияет на манеру танца. Вам просто должно хватить сил добежать до центра сцены, а потом, после поклона, добежать к кулисам. Это непросто, поверьте.

- В выпускных концертах Академии всегда выступает много талантливых ребят. Удается ли отслеживать в дальнейшем их творческую судьбу?

- К сожалению, удается. Как правило, это всё очень печально.

- Почему?

- Понимаете, трагедия нашей профессии, как, впрочем, и любой другой, заключается в том, что, окончив учебное заведение, пусть даже и с красным дипломом, мы обнуляемся, как теперь принято говорить. А дальше то, как сложится карьера, зависит от очень многих факторов. И от профессионализма руководства, и от твоего умения ладить с людьми. И мне очень больно, когда по-настоящему способных артистов ломают, и еще больнее, когда действительно талантливые люди оставляют профессию – из-за харрасмента, из-за травм или еще по каким-то причинам.

Это мне повезло, что на меня обратил внимание Юрий Николаевич Григорович, который взял меня в театр и выстроил мою судьбу. Но так, к сожалению, случается далеко не всегда.

- Значительная часть билетов на концерты выпускников Академии всегда реализуется по максимально доступным ценам – это ваша принципиальная позиция, которая вызывает уважение. Как вам удается находить необходимый баланс между экономической составляющей и социальной поддержкой зрителей?

- На самом деле я ничего по большому счету в этом процессе не понимаю. Но я помню, как в детстве, когда я был еще совсем маленьким и не собирался становиться артистом балета, мама водила меня на спектакли, в том числе на оперы в Кремлевский дворец, за какие-то символические деньги. И свою первую «Иоланту» в Большом театре – это был утренний спектакль» - я слушал с великой Тамарой Милашкиной. Представить себе соизмеримость величины Таланта Тамары Андреевны с тем, сколько стоил билет, невозможно.

И конечно, мне хочется, чтобы и сегодня у людей была возможность приобщиться к высокому искусству.

- Уже девять лет вы возглавляете Академию Русского балета им. А.Я. Вагановой, которая буквально преобразилась. Вы стали одним из самых известных руководителей ВУЗов в стране и даже заняли первое место в медиа-индексе ректоров. Да, вы окончили с красным дипломом магистратуру Московской государственной юридической академии, но все же насколько сложно вам было перейти с творческой работы на административную?

- На самом деле было очень просто. Нет, правда. Сложно было танцевать, а всё остальное - очень просто. Во-первых, на тот момент у меня уже было две профессии «в кармане» – я не только получил юридическое образование, но и был действующим педагогом с колоссальным опытом. К этому моменту уже ставил спектакли, в том же Театре имени Сац до сих пор идет «Щелкунчик» в моей редакции – я адаптировал замечательный спектакль Вайнонена для этой труппы.

И потом я не пришел в Академию руководить, я пришел туда работать и, кстати, очень редко бываю в своем кабинете. Другое дело, что информационный фон тогда складывался чудовищный, многие ваши коллеги отрывались по полной. Помню, одна критикесса написала: «Цискаридзе – плохой руководитель». Я подошел к ней и спросил: «Слушай, я не руководил еще ни одного дня, откуда ты знаешь, какой я руководитель? У меня не было шанса проявиться». Но вот как-то девять лет я существую. Другое дело, что руководить таким коллективом, с таким количеством несовершеннолетних учащихся - это колоссальная нагрузка и ответственность. Я никому этого не пожелаю.

- Какое свое достижение на посту руководителя Академии вы считаете самым главным?

- То, что именно мои выпускники, в первую очередь, становятся примами и премьерами Большого и Мариинского театров.

- А, скажем так, в хозяйственном плане? Вы ведь очень много делаете для того, чтобы ребятам было комфортно обучаться в стенах Академии…

- Еще раз вернусь в свое детство. Школой, в которой я учился, руководила великая Головкина, и школа наша была образцово-показательной во всём. Каждый день Софья Николаевна выходила из своего кабинета, шла в столовую и проверяла всё, что нам давали. Она ела с нами из общего котла. И точно так же все дети видят в столовой меня. Было очень смешно, когда один мальчик сказал: «Николай Максимович, все знают, что вы рыбу не едите, вот они рыбу-то плохо и готовят». А я действительно рыбу даже попробовать не могу. Поэтому иногда прошу тех, кто ее ест, попробовать и сказать, вкусно или невкусно.

А вообще, конечно, когда я стал руководителем Академии, начал с того, что вот это огромное количество тысяч метров стал приводить в соответствие с логикой моей профессии. И когда некоторые стали возмущаться переменами, я им сказал: «Господа, всё это прекрасно, все эти наши цифры, деньги, субсидии, но когда ребенок выходит на сцену и падает мордой в пол, это первое свидетельство того, что мы с вами занимаемся профанацией». То есть здесь всё должно быть подчинено балету. Сначала балет – а потом все остальное. Я всегда руководствуюсь этим принципом, и по-другому действовать не собираюсь.

Так что мой будущий преемник на посту руководителя Академии, получит ее в фантастическом состоянии. Мне не стыдно ни за один день своей работы здесь. Наверное, это самое главное.

- Николай Максимович, телезрители с большим интересом следят за программой «Сегодня вечером», которую вы с недавних пор ведете на Первом канале. Как вы себя ощущаете в этом проекте?

- Эта программа выходит много лет, и у нее были замечательные ведущие: Юлия Меньшова, Андрей Малахов, Максим Галкин. И у всех них я бывал в качестве гостя. Вести передачу, как это делал кто-то из них, я всё равно не смогу, да и зачем? Другое дело, что первая передача, где я выступил в роли ведущего, была посвящена Дню Победы, а потому задача оказалась весьма непростой. Потому что, с одной стороны, этот праздник для меня с детства непререкаемый, а с другой, я человек, который очень сильно не любит пафос. И тут стояла задача соблюсти эмоциональный баланс, найти правильную интонацию. А вообще я обычно всем объясняю: если ты чувствуешь, что можешь выступить достойно, тогда выходи и делай - так, как можешь именно ты. Вот и всё.

Справка

Народный артист России Николай Максимович Цискаридзе - выдающийся отечественный артист балета, педагог, общественный деятель. С 1992 года - премьер Большого театра, с 2013 года - исполняющий обязанности ректора Академии Русского балета им. А. Я. Вагановой. Трехкратный лауреат премии «Золотая маска». Член Совета по культуре и искусству при президенте РФ, член Совета при президенте РФ по реализации государственной политики в сфере защиты семьи и детей.

Записала Марина Юрьева.

Фото Андрея Лушпы предоставлено Академией Русского балета им. А. Я. Вагановой

Читайте также

Владимир Суровцев: С малого родника начинается история нашей большой страны