НЕТ ПОВЕСТИ ПЕЧАЛЬНЕЕ НА СВЕТЕ, ЧЕМ БЫВШИЕ РОМЕО И ДЖУЛЬЕТТА

Валерий Рашкин, самый агрессивный и токсичный для партии власти коммунист в Госдуме, провел в понедельник круглый стол фракции КПРФ «О законодательном обеспечении прав детей и родителей в сфере семейных споров».
Но даже он не смог назвать причины столь непримиримого отношения власти к детству. Причем не власти вообще, а низовых исполнителей. Опека, суды и судебные приставы не подчиняются закону, не говоря уж о здравом смысле, и принимают решения во вред. Подчиняются непонятно кому, но кому-то явно подчиняются. Это общий принцип во всех сферах, а по детям особенно. Появляются какие-то липовые эксперты. Отдают ребенка опасному родителю, а иногда вовсе чужому человеку.
В чем причина такой непримиримой войны между бывшими супругами? То есть родители ведут бои без правил и государство помогает разлучать детей.
Участники круглого стола ругал и опеку за безразличие и непрофессионализм и уповали на процедуру медиации. Прозвучали предложения не разводить супругов, пока они при свидетелях не договорятся о судьбе своих детей. 70% детей прошли через развод и не хотят жить, как родители, хотя и не знают как надо.
Особенно много вопросов у участников к Московской областной психиатрической больнице на улице 8 Марта. Например, решения могут приниматься заочно. Задержанный на трое суток отец признается нормальным. Моется в ванной с четырехлетней дочерью. Преследует бывшую супругу.
В комментарии «МП» Рашкин сказал, что если суды и опека действуют не по закону, значит, надо расформировывать, надо судить, надо наказывать. Причину их решений он видит в том, что где-то нерадивость, где-то деньги, где-то что-то.
Когда столько нарушений, никакие меры не помогут, надо системно устранять причины.
И что лучше – решать законом по факту развода или заранее пытаться уговорить родителей вести нормальную жизнь?
Председатель комитета Госдумы по вопросам семьи, женщин и детей Тамара Плетнева в комментарии «МП» рассказала, что у нас это все есть. В законодательстве есть, в жизни, в традиции. Медиация конечно пробуксовывает. Когда между мужем и женой накал страстей, они ссорятся каждый день и считают, что только развод и больше ничего, у нас ничего не получится. Они будущую жизнь не просматривают, ни свою, ни детей.
Плетнева видит решение через психологов в школе. Это должны быть профессиональные психологи, которые с детства должны приучать детей. Надо ввести в школе обязательно предмет, как, в свое время, Плетнева вела в школе «Этику и психологию семейной жизни». Этот предмет ребята очень любили. Если вопросы были интимные, то занятия проводили отдельно с девочками и отдельно с мальчиками.  У Плетневой основным предметом была история, а это как бы в нагрузку. Строили программу и с детьми работали. Самое главное, приучали, что ответственность должна быть. В жизни за все должна быть ответственность. За работу свою. За семью свою особенно, потому что в жизни самое главное — это семья.
Почему ответственности нет, стало понятно из пояснений Людмилы Виноградовой, члена комиссии по социальной политике и качеству жизни граждан Общественной палаты.
По словам Виноградовой, вопрос о ненависти бывших супругов друг к другу — это вопрос глобальный. Она 28 лет проработала в суде и шесть лет следователем. Молодые люди приходят и ставят вопрос о разводе. Большая, львиная доля заявлений подается женщинами. Все идет от воспитания, от образования, от культуры. У нас сейчас женщины стали слишком самостоятельны и они эту самостоятельность иногда превратно понимают. Они ее понимают как отказ от каких-то обязательств перед семьей.
Люди сороковых годов рождения еще той, старой советской закалки, и они как-то более-менее себя ведут. А вот последующие поколения более категоричны. Уже никаких обязательства перед семьей не существует. Слишком все какие-то свободные. Например, женщины сейчас стали материально независимыми  и поэтому нет необходимости идти на какой-то компромисс ради чего-то.
Виноградова считает, что ссылки на международные договоры несостоятельны, там стране дают рекомендации, но обязательств нет. В России все давно решено в плане ювенальной юстиции и судьи были специализированные. А на настоящий момент разрушили свое, отечественное, и ориентируются на зарубежную практику.
Сейчас в России только 6% детей изымаются из-за угрозы ребенку, только 2% родителей лишается прав за жестокое обращение с ребенком. Все это производится по усмотрению органов опеки. 58% документов просто неквалифицированные, неграмотные. Надо изымать дела из комиссий по делам несовершеннолетних и передавать в суды, причем не мировым судьям — это не их компетенция, а в районные суды. Чтобы не лишали родительских прав за то, что мама не заплатила за детский сад. Дела идут ненадлежащим порядком и нарушаются права родителей, которые не знают своих прав и признают себя виновными, когда нарушения нет.
«МП» Виноградова пояснила, что выполнение международных рекомендаций это желание самого правительства, самой власти. Что они хотят, то они и выполняют. Обязательств нет у страны, если не подписано специальное соглашение.
Оказалось, что и настоящую ювенальную юстицию Россия потеряла под напором внешних рекомендаций. Суды по специализации превратились в автономные. Виноградову это возмущает.
С основным докладом выступила Александра Марова, генеральный директор АНО «Центр содействия реализации родительских прав». По ее данным, в 2018 году возбуждено 17503 дел по спорам, связанным с воспитанием детей. 15188 удовлетворено, а исполнено только 32%. Пять тысяч рублей штрафа можно рассматривать как тариф, чтобы платить и ни чего не делать. 72% постановлений комиссий по делам несовершеннолетних в силу разных бюрократических нарушений не приводят к решению суда о привлечении к ответственности. Неграмотные люди работают. Родители имеют равные права и удержание ребенка не признается как похищение и не влечет никакой ответственности. Родители злоупотребляют родительскими правами и накручивают ребенка против другого родителя, которому ребенок должен быть передан по решению суда. Ребенок начинает истошно орать и судебное решение остается неисполненным. У судебного пристава есть право привлечь психолога. Но ребенка увозят и судебное решение не исполняется годами.
Марова считает, что до точки невозврата супругов можно и нужно уговорить. Но в результате имеем то, что обсуждают и показывают по всем телеэкранам.
Инициатором и основным исполнителем мероприятия выступила Екатерина Шумякина, помощник депутата Рашкина и координатор общественного движения «Стопкиднеппинг», а в прошлом — оперуполномоченный по тяжким и особо тяжким преступлениям. Она предложила подписать обращение к Путину с просьбой о встрече. В обращении говорится, что в России лишили матерей права быть матерями, а отцов отцами. Судебные приставы занимают сторону ответчиков и не исполняют решения судов. Действующая система мер не позволяет это изменить. Разработан комплекс мер. Уполномоченный по правам ребенка Анна Кузнецова, получив письмо этого движения, отказала во встрече, ссылаясь на занятость. Поэтому и просят встретиться с президентом.
Подпись: матери и отцы России.
По словам Шумякиной, ей угрожали убийством и полиция ничего не сделала. Вот она и думает, что с ней сделают, чтобы узнать где находится мама с ребенком, которых она защищает?
В комментарии «МП» Шумякина призналась, что сама не понимает, что это за заколдованная больница на улице 8 Марта. Там полностью против матерей выносятся заключения, которые потом претерпевают очень серьезную проверку от других органов. Когда делают рецензии и отзыв, так называемый, на заключения с 8 Марта, эксперты приходят в ужас от того, какие методики используются и как вообще эксперты могут писать, решая за ребенка, с кем он хочет жить. Ребенок в шесть-семь-восемь лет не может еще свое мнение высказывать. Это все навязывается  взрослыми, с которыми он живет и благодаря которым он занимает определенную позицию. Это может быть по сути чужой человек.
Причина взаимной ненависти бывших супругов, как думает Шумякина, в том, что нет института примирения и нет какой-либо ответственности родителя за то, что он делает. При отсутствии ответственности родители, по сути, творят беспредел как в отношении ребенка, так и второго родителя. Отсутствует понимание, что у нас существует проблема семейных похищений. Статистика обращений родителей год от года только увеличивается в десятки раз.
Таким образом можно видеть: кризис семьи напрямую связан с проникновением в страну постмодернистской идеологии параллельно развалу Союза. В настоящее время атака усилилась через законопроект о домашнем насилии, который продвигают Оксана Пушкина и Алена Попова на базе презумпции мужской вины. В реальности семейными ценностями пренебрегают прежде всего женщины, не ведая ответственности за благополучие семьи. На фоне внешнего давления этот вопрос решать поздно. Надо его, как минимум, осознать.

Лев МОСКОВКИН.

Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
0
Оставьте комментарий! Напишите, что думаете по поводу статьи.x
()
x