Ровно 120 лет назад, 7 сентября 1902 года, в Ревеле (ныне Таллин) торжественно открыли памятник броненосцу «Русалка»

Он был поставлен на средства, собранные со всей Российской империи — от Финляндии до Дальнего Востока. Десятки тысяч людей всех сословий — крестьяне, мещане, купцы, священники, дворяне, а также разных верований — православные, мусульмане, буддисты, лифляндские лютеране и польские католики вносили свою лепту в шедевр, который сейчас считается одним из символов Таллина, одной из немногих его достопримечательностей.

памятник Русалке, фото Яна Маевская

По дороге в Гельсингфорс

памятник Русалке, фото Яна Маевская

Гибель «Русалки» печальна. Боевые корабли должны либо погибнуть в бою, либо с почетом уйти на пенсию, переделку и переплавку. «Русалка» же затонула в мирное время во внутренних водах Российской империи по глупости командования.

Это была башенная броненосная лодка береговой охраны. Заложили ее на Галерном острове близ Санкт-Петербурга, спустили на воду в 1867 году. Она служила в броненосной эскадре Балтийского флота.

Термин «береговая охрана» говорит сам за себя — броненосец был плохо приспособлен к открытому морю, особенно в непогоду. Из-за тяжелого вооружения высота его надводного борта была всего 76 см.

7 сентября (19 по старому стилю) 1893 года броненосец «Русалка» получил приказ: следовать из Ревеля в Гельсингфорс (так тогда назывался Хельсинки) совместно с канонерской лодкой «Туча». Погода была совершенно неподходящая для этого. Однако контр-адмирал Павел Степанович Бурачек отдал приказ, а капитаны «Русалки» и «Тучи» не осмелились ослушаться.

В 8 часов 40 минут «Русалка» и «Туча» отправились в свой роковой путь. Современные паромы на подводных крыльях преодолевают расстояние из Таллина до Хельсинки в среднем за 2 часа 15 минут. Сто тридцать лет назад скорости были несколько иными. Лодка «Туча» прибыла в Гельсингфорс в три часа дня. Одна.

Впоследствии на суде ее капитан Николай Лушков даст подробные показания. Ветер и волнение усиливалось с каждой минутой. Лушков был твердо уверен, что капитан «Русалки» прикажет вернуться назад, и поэтому приказал наблюдателям внимательно следить за ней. В 11 часов «Туча» миновала Ревельштейнский плавучий маяк. «Русалка» к тому моменту заметно отстала, и капитан дал приказ замедлить ход. Это не помогло: в полдень пошел частый мелкий дождь, было очень пасмурно, и мгла скрыла броненосец от наблюдателей.

Но у капитана «Тучи» к этому времени появились свои заботы: шторм усилился до 8 баллов (а в последствии и до девяти), лодка то взлетала на гребни волн, то стремглав летела вниз.

«Одним словом, было такое состояние моря, при котором ни один командир, даже если у него часть команды упадет в море, даже не подумает спасать ее, чтобы не увеличить число и так уже погибших. Чувствуя себя совершенно бессильным при подобных условиях быть чем-то полезным для броненосца «Русалка», я решил дать полный ход машине и все внимание обратил исключительно на сохранение вверенной мне лодки и ста человек команды», — так рассказывал впоследствии на суде Николай Лушков.

Однако суд счел, что капитан Лушков вел себя недостойно и опозорил звание капитана. Немалую роль в этом сыграло то обстоятельство, что капитан отважился взять с собой молодую жену — дескать, именно о ее спасении он и заботился. А контр-адмирал Скрыдлов выступил с очень интересной речью. В ней переплелись как желание повесить на капитана «Тучи» всех собак, так и взгляд человека, прекрасно знакомого с морскими реалиями. Адмирал начал свои обвинения с того, что надо было следовать вместе с «Русалкой» и точка, продолжил тем, что надо было хотя бы подобрать из воды погибающих, а закончил тем, что «если бы даже «Туча» не имела возможности оказать прямую помощь, то капитан Лушков, присутствуя при ее гибели, избавил бы флот и все общество от чувства неизвестности о причинах этого ужасного случая…».

Истинный виновник происшествия, контр-адмирал Павел Бурачек, отделался выговором…

О «Русалке» спохватились не сразу. Лушков, прибыв в Гельсингфорс, не сразу сообщил об отсутствии «Русалки». Только на следующий день, 8 сентября, он запросил контр-адмирала, ждать ли ему «Русалку» или следовать дальше в Бьёркё (ныне город Приморск в Ленинградской области). Но контр-адмирал был сильно занят и никаких мер не предпринял.

А 10 сентября на одном из островов Кремаре нашли шлюпку с «Русалки». Под банкой (то есть скамьей) шлюпки застрял труп матроса 2-й статьи Ивана Прунского. Еще несколько разбитых шлюпок с «Русалки» было найдено тоже 10 сентября на остров Сандхамн — а это, между прочим, возле самого Стокгольма!

Возможно, что на гибнущем броненосце успели спустить на воду шлюпки и погрузить в них экипаж. А дальше людей, скорее всего, смыло в море.

Впоследствии писатель Константин Паустовский, тщательно расспросив моряков Балтийского флота, писал, что в это время года на Балтийском море часты бури, которые начинаются примерно в полдень. «Русалке» надо было выйти на два часа раньше — тогда бы она успела проскочить. Но приказ есть приказ…

Мальчик из Ууга-Рятсепа

памятник Русалке, фото Яна Маевская

В 1855 году на хуторе Ууга-Рятсепа родился мальчик, которого назвали Амандус Хейнрих Адамсон. Его отец был моряком, а мать — хуторянкой. Мальчик учился в Ревельской школе для бедных детей — именно там она начал проявлять себя, как творец: вырезал из дерева скульптуры.

Обычно в то время эстонские дети особого образования не получали. В этих краях господствующим классом были немцы, датчане и шведы — именно они жили в городах, учились в колледжах, лицеях и Тартуском университете. Коренным жителям, для того чтобы продолжить образование после церковно-приходской школы, надо было уехать.

Двадцатилетний Амандус Адамсон перебрался в Санкт-Петербург и поступил в Императорскую академию художеств. Успешно ее закончил, преподавал, работал в Париже. В 1907 году получил звание академика.

Многие работы Амандуса Адамсона связаны с морем. Он выполнил скульптуры для «Памятника затопленным кораблям» в Севастополе, создал скульптуру «Рыбак с острова Муху». Некоторые его скульптуры тиражировались в бисквите. Например, созданная для украшения Михайловского дворца аллегория «Последний вздох корабля», «Поцелуй волны» или «Внимая шепоту моря». Экземпляры этих скульптур можно увидеть в Третьяковской галерее и Эрмитаже.

Работы мальчика с эстонского хутора красуются на Невском проспекте, в Соляном переулке и на Троицком мосту в Санкт-Петербурге. В Полтаве стоит выполненный им памятник Петру I.

Но больше всего его работ, конечно же, в Эстонии. И в 1900 году, когда Высочайшим императорским указом была объявлена подписка о сборе средств на создание памятника, было совершенно ясно, кому поручить работы. Конечно же, эстонскому и российскому скульптору Амандусу Хейнриху Адамсону.

Работы по изготовлению памятника обошлись в 67159 рублей, из них 61 тысяча — это пожертвования. Он был открыт и освящен 7 сентября (19 по старому стилю) 1902 года, в годовщину гибели броненосца.

Памятник стоит на площадке, выложенной плиткой так, что образуется звезда с восемью лучами — роза ветров, восемь основных румбов компаса. Вокруг стоят столбики с табличками и именами погибших — 167 человек. Имена офицеров, впрочем, высечены отдельно, на самой скале. Основание памятника — это нос корабля, пробивающийся сквозь волны из неотесанного розового гранита. Панно, которое изображает «Русалку» в день гибели и лавровый венок. А на вершине скалы установлена фигура ангела с золотым крестом.

Предсказание сбылось

Многое изменилось за прошедшие сто двадцать лет. Границы стран, названия государств и городов. Оставалась неизменной легенда: будто через сто лет и один год после установки памятника тень от креста в руке ангела укажет на место ее гибели.

Среди российских моряков даже сложился обычай: обязательно навестить «Русалку» и обойти ее по кругу, прочитав имена всех погибших. Это было необходимым условием: на земле должен был остаться хоть один скорбящий.

И действительно, через сто лет и один год, в 2003 году, «Русалка» была найдена. Обнаружила ее эстонская экспедиция под руководством исследователя Велло Мясса.

Предварительно эстонские специалисты внимательно изучили архивы и выбрали квадрат для работы — напомним, что шлюпки отнесло аж к Стокгольму. После долгих поисков они обнаружили под водой странный объект. И первое же погружение водолазов показало: да, это она!

На глубине в 74 метра, в финских экономических водах, в 25 морских милях южнее Хельсинки. Корабль стоял почти отвесно, глубоко уйдя носом в глинистое дно. Он прекрасно сохранился: в свете прожекторов были видны ходовые винты со специфическими изогнутыми лопастями, иллюминаторы, световые люки.

Водолазы не стали проникать вглубь корабля, подводная могила осталась неприкосновенной. Они тщательно измерили и сверили все параметры корабля. И пришли к выводу: ошибка исключена. Это «Русалка». Броненосцу удалось пройти две трети пути до Гельсингфорса, когда случилась трагедия.

* * *

Вот уже сто двадцать лет памятник броненосцу «Русалка» по праву считается одной из главной достопримечательностью Таллина. Всех гостей столицы, всех туристов обязательно водят к нему. На столбиках вокруг скалы есть не только русские, но и эстонские имена. Они служили на броненосце рука об руку.

Амандус Адамсон по праву считается одним из величайших деятелей культуры Эстонии XX века. И одним из величайших скульпторов России — добавим.

Это часть нашей общей истории. И про любых обстоятельствах об этом надо помнить. Именно в этом был заложен смысл легенды: могила «Русалки» откроется живущим, если на земле останется хоть один скорбящий.

Что бы не случилось, мы всегда должны помнить, скорбеть и сохранять память.

Яна МАЕВСКАЯ.

памятник Русалке, фото Яна Маевская
Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
0
Оставьте комментарий! Напишите, что думаете по поводу статьи.x