ВСЛЕД ЗА ПРОФАНАЦИЕЙ ВЫБОРОВ ИДЕТ ПРОФАНАЦИЯ НАБЛЮДЕНИЯ ЗА НИМИ

Институт наблюдения за выборами используется для внешнего управления, в процессе миссии производится реализация принятого заранее решения. Как это делается, рассказали участники выездного совещания комитета СФ по международным делам.

Совещание состоялось в Таврическом дворце Санкт-Петербурга в четверг и было посвящено хронически больной теме «Институт международного наблюдения за выборами. Противодействие иностранному вмешательству в избирательные процессы».

На обсуждение декларативно вынесены вопросы соблюдения политической беспристрастности и невмешательства во внутренние избирательные процессы со стороны международных наблюдателей, а также предложения по возможному уточнению подходов к приглашению международных наблюдателей на предстоящие выборы Государственной Думы Рф, которые пройдут в сентябре.

В реальности разговор крутился вокруг аморальной деятельности Бюро по демократическим институтам и правам человека (Office for Democratic Institutions and Human Rights).

Накануне совещания сенатского комитета в Петербурге депутаты Леонид Слуцкий и Петр Толстой провели в Москве встречу с новым директором БДИПЧ, итальянцем Маттео Мекаччи, который прибыл для обсуждения участия миссии БДИПЧ в наблюдении за выборами в Госдуму восьмого созыва.

По словам Слуцкого, БДИПЧ «призвали к отказу от двойных стандартов, заведомо политизированных подходов и к концентрации непосредственно на мониторинге за избирательным процессом».

БДИПЧ существует с 1990 года как Бюро по свободным выборам. К ОБСЕ оно не имеет никакого отношения, кроме номинального. Европейскую организацию под зонтиком ОБСЕ создал Вашингтон для управления выборами в странах, расположенных к востоку от Вены. Он же императивно определяет кадровый состав, подготовку и деятельность, подбирает наперед заданные решения.

БДИПЧ нее предоставляет первичных материалов и запрещает своим экспертам отвечать на вопросы. Об оценках России мы узнаем из внешних источников после их согласования в США. При этом от России требуется полная открытость и возможность приезда практически неограниченного числа наблюдателей, причем и для работы до объявления избирательной кампании.

Символично, что для штаб-квартиры БДИПЧ Вашингтон выбрал Дворец Млодзеёвских в Варшаве – историческое здание с бурной и сложной судьбой.

В 1784 году Дворец Млодзеёвских приобрела Русская митрополия. В нем размещался со своей миссией посол России Осип Игельстрём. Во время восстания Костюшко Дворец Млодзеёвских был разрушен, затем перестроен. БДИПЧ занимает его с 2011 года. Штат организации — 180 человек.

Когда Москва выстроила защиту и выезд тысяч манипуляторов под видом наблюдателей не мог быть отмыт никакими отчетами, ни политическими ни финансовыми, БДИПЧ перепрофилировало свою деятельность на менее затратную —  дискредитацию выборов. Использовался тандем российских НКО и государственных западных СМИ для имитации поводов в России, синтеза фабрикаций за ее пределами с последующим вбросом продуктов управления массовым сознанием, которые управляемые СМИ обязаны размещать, цитировать и приводить в качестве аргументов.

Считается, что данный вариант управления массовым сознанием направлен на дискредитацию России, которая никак не вмешивается в выборы США.

Однако это не так. Россия вынуждена была участвовать своими резервами в финансировании избирательной кампании того кандидата, которому в силу политической целесообразности было назначено стать президентом США.

Кроме того, Россия оказывает влияние на внутренние процессы в США двумя каналами – самим фактом своего существования как примером и через сдерживание агрессивной политики международных правил США экстерриториального применения. Фактически Россия ретуширует позор этой страны, не имеющий пределов после устранения конкуренции с СССР.

Поэтому России инкриминируются происходящее в самих США, чтобы через маргинальный сегмент аудитории индуцировать ассоциацию с внешней силой, когда скрыть профанацию выборов стало невозможно.

Дискуссия в сенатском комитете по международным делам при новом председателе Григории Карасине окончательно перешла на западный формат. Приглашенные участники зачитывают заранее согласованные тексты, выстроенные в едином ключе. Мероприятие служит не для выработки решения – оно очевидно, но с целью моральной подготовки общественного мнения к его принятию.

Из риторики выступающих косвенно можно понять, что участники множества подобных БДИПЧ проектов Вашингтона в силу ментальных особенностей неспособны понять, чего хотят российские коллеги и почему они выходят за пределы назначенной им Вашингтоном роли.

Журналисты управляемой извне прессы в России ведут себя аналогично и точно так же чрезвычайно горды своей влиятельностью. Редкие нарушения данной закономерности свидетельствуют, что пирамидальная ситуация с БДИПЧ на вершине устойчива, но перспектив не имеет и исправлению не подлежит.

Прозвучавшее на совещании по наблюдению на выборах еще совсем недавно казалось недопустимо грубым и вдруг стало удручающей банальностью. Борьба с деятельностью Вашингтона по консервации и экспорту недружественной населению электоральной системы США позволяет России не задумываться о реальных проблемах регулярного электорального процесса, не обсуждать их и не планировать радикальные меры на случай такого же коллапса демократии, каким сделали выборы Байдена.

Интерес представляют два доклада приглашенных участников. Владимир Чуров проанализировал практику работы БДИПЧ. Игорь Борисов представил правовую оценку.

Модератором выступил председатель комитета Карасин и для начала выступил с обзорной речью, в которой сказал, что институт международного наблюдения применяется как инструмент давления на отдельные страны. Международные миссии осознанно выходят за пределы своих полномочий, дают произвольные оценки соблюдению прав человека в принципе. Свою ведущую роль играет и продолжает играть так называемое БДИПЧ, глава которого Маттео Мекаччи сейчас народится в России. БДИПЧ действует без единой методологии наблюдения и оценки.

Он отметил, что БДИПЧ проводит линию на разделение государств на так называемые эталонные, и поэтому не нуждающиеся в международном наблюдении, и на все прочие — то есть проблемные. В отношении последних выдвигаются процедурные и технические претензии, как правило, в зависимости от политического исхода выборов. Однако БДИПЧ предпочитает закрывать глаза на недостатки в электоральной сфере стран Запада. Итоги выборов в европейских странах и США, несмотря на очевидные серьезные проблемы, подает в явно некритическом ключе. Это красноречиво свидетельствует о продолжении практики использования двойных стандартов в деятельности бюро.

Почему-то Карасин считает, что мы в праве ожидать осознанных позитивных сдвигов.

«Нам нужно корректировать подходы к институтам международного наблюдения за выборами, в перспективе подвергнуть взыскательному анализу международную монополию БДИПЧ на оценку их результатов. Тем более что БДИПЧ является исполнительной структурой с вытекающими отсюда функциями. Полагаю, что решение этой задачи имеет очерченные правовые перспективы», – сказал он.

Для убедительности Карасин напомнил, что в 2002 году была подписана Конвенция о стандартах свободных демократических выборов в станах СНГ. Впервые в мировой практике стандарты были закреплены в форме международного правового акта, носящего обязательный характер.

Уже пятнадцать лет действует Международный институт мониторинга развития демократии, парламентаризма и соблюдения избирательных прав граждан государств – участников Межпарламентской Ассамблеи СНГ.

Институт накопил солидный опыт электорального наблюдения не только в странах СНГ, но и в ряде государств дальнего зарубежья. Фактически у нас на пространстве Содружества успешно существует универсальный мониторинговый механизм, основанный на общепринятых стандартах и методологии, поэтому имеет очевидный позитивный потенциал, актуальный для государств ближнего и дальнего зарубежья.

Дума и Совет Федерации приглашали на выборы президента в 2018 году наблюдателей индивидуально, а не через Парламентскую Ассамблею ОБСЕ. Парламентарии стран Европы имели возможность высказывать свое личное мнение, не будучи связанными общими, заранее подготовленными установками.

Задачу Карасин видит в сведении к минимуму возможностей деструктивной линии коллективного Запада. Из-за нее отношения с ним осложнились и вряд ли обретут новую динамику к моменту выборов в Государственную Думу.

Карасин призвал усилить нашу медийную наступательность:

— Мы часто слышим ссылки на CNN, BBC, Deutsche Welle. Нам надо приучить наши СМИ ссылаться на Институт выборов и уже потом в третьем ряду приводить мнения.

Институт наблюдения за избирательным процессом и процессом организации референдума на многосторонней и двусторонней основе давно внесен в международное право в документах ООН и региональных международных организаций. Об этом заявил посол по особым поручениям МИД Владимир Чуров.

По его словам, была исполнена благородная задача себя показать и на других посмотреть — что хорошего есть в других странах, для обмена опытом. Однако с конца 1980-х – начала 1990-х годов некоторые организации и страны стали применять институт международного наблюдения для обучения проведению выборов так называемых молодых демократий или полудемократий. Обучение велось по западным стандартам сначала по всем странам восточней Одера. Затем учителя посчитали, что вновь принятые в НАТО и ЕС страны курс успешно закончили и основное внимание обратили на республики бывшего СССР к востоку от Немана. На других континентах также происходили подобные процессы.

Многие государства, начав с азов, занимались весьма старательно и обогнали своих учителей. Сейчас организация выборов Индии, Индонезии, Бразилии, Венесуэле, России, Южной Корее, Монголии, Казахстане, Филиппинах, Эстонии и во многих других государствах превосходит избирательные процедуры в старых демократиях – Франции, Германии, Швеции, Австрии. Не говоря уже о США.

«В итоге международное наблюдение за избирательным процессом в значительной степени превратилось в один из механизмов внешнего политического влияния, фактически вмешательства во внутренние дела суверенных государств со стороны евроатлантических гегемонов и их немногочисленных союзников, некоторых бывших доминионов», – сказал Владимир Чуров.

Он подчеркнул, что механизм политизированного международного наблюдения начинается задолго до собственно миссии наблюдения. Начинается он с принятия политического решения о признании или непризнания результатов еще не состоявшегося голосования или даже необъявленной кампании по выборам. Соответствующее решение влияет на все дальнейшие действия организации наблюдения.

Второй этап – принятие принципиального внутреннего решения о направлении или ненаправлении миссии наблюдения.

Третий этап – согласование сроков получения приглашения. Обычно организация миссии жестко настаивает на получении приглашения для миссии по оценке потребностей и наблюдения задолго до объявлении кампании.

Для примера Чуров привел ситуацию с отложенными палестинскими выборами. Если бы туда была направлена миссия, что бы она могла сказать после отмены несостоявшегося голосования?

Четвертый политический этап – это определение формата и продолжительности наблюдения. К совещанию подготовлена брошюра, где все подробно проанализировано на примере разных миссий наблюдения.

Пятый этап – составление районов и маршрутов наблюдении, включая участки для голосования с ограниченным доступом в воинских частях и местах заключения. Затем составление особым образом состава миссии. Особое внимание уделяется ключевым звеньям – основной команде и долгосрочным наблюдателям.

Чуров вместе с некоторыми присутствующими на совещании коллегами имел шанс побывать долгосрочными наблюдателями, но но в основную команду его никогда не приглашали.

Далее идет подбор местных компаний-соисполнителей, например, по медиалогии. Затем составление методики наблюдения с включением наряду с объективными, поддающимися проверке показателями, субъективных и политизированных оценок. Зачастую объективные показатели фальсифицируются и смешиваются с субъективными опросами о том, что верификация по исходным документам закрывается.

Следующий этап — манипуляции с отчетами. Промежуточной отчет миссии по оценке потребностей в проведении наблюдения публикуется до голосования. Также до голосования проводится первый брифинг, что чаще всего нарушает законодательство страны.

Окончательное подведение итогов, окончательный отчет публикуется без исходных данных. Содержание отчетов изменяется прежде всего в зависимости от политической конъюнктуры. Вырабатываются рекомендации, выходящие далеко за рамки избирательного процесса и лишь опосредованно с ними связанные. Дается оценка демократичности процесса. При этом более или менее объективные международные стандарты, заключающиеся в том, что выборы должны проводиться всеобщие, равные, тайные, прямые, с разумной периодичностью, как правило не используются. Оценка дается на основе субъективных характеристик по неопределенным понятиям: свободные, честные, справедливые, конкурентные, открытые. В числах это выразить невозможно.

Чуров подчеркнул, что «Оценка миссии наблюдения служит для признания голосования и соответственно органов власти легитимными или нелегитимными. При этом происходит лукавая подмена понятий.

В основу миссии СНГ заложен принцип «Избирательная кампания проведена в полном соответствии с законодательством страны и результат должен быть признан законным». В ряде словарей «легитимность» в дословном переводе считается синонимом законности. Однако в понятиях некоторых современных политических манипуляторов «легитимность» есть нечто иное, а именно – оцениваемое помимо объективных результатов голосования некое опросное «доверие» народа к избранной власти или результатам референдума, «добровольное» согласие на исполнение законов, установленных этой властью.

Соответственно, легитимность можно трактовать и использовать совершенно произвольно. Термин подменяет еще одну объективную характеристику избранной власти – ее представительность. Представительность — это совершенно четкое численное понятие, отношение числа проголосовавших за правящее большинство или главу государства к общему числу принявших участие в голосовании, или к общему числу внесенных в списки избирателей, или к общему числу имеющих активное избирательное право.

Термин «представительность» используется крайне редко, потому что в целом ряде государств активность избирателей крайне низка. В недавно прошедших голосованиях в ряде стран представительность главы государства составляет 30%, а в некоторых случаях и около 20% по отношению ко всему избирательному корпусу.

Чуров еще раз подчеркнул, что для него всегда было важной выработка лучших процедур проведения демократических выборов на основе лучших практик. Вклад СНГ в формирование лучших практик всегда значителен.

Таким образом Владимир Чуров выявил и описал технологию фальсификации заданных оценок под видом наблюдения.

Член ЦИК Игорь Борисов начал свое выступление с констатации роста русофобии и внешнего давления. Он изучает международное наблюдение с 90-х годов. Открытость выборов способствует повышению доверия, признанию демократичности процедур и возрастанию эффективности избранных органов и стабильности поствыборных процессов в стране.

Так должно быть, а на практике миссии нацелены не на наблюдение, а на политический результат и участие в гонке. То есть фактически на вмешательство в выборы. Продержка одних и критика других. Знаковые встречи с оппозицией. Поддержка сомнительных «гражданских активистов». Давление на избирательные комиссии. Рекомендации, противоречащие конституции страны, вплоть до организации третьего тура — как на Украине.

Игорь Борисов представил далеко не полный перечень попыток вмешательства БДИПЧ в национальный электоральный процесс. Если внутреннее вмешательство у нас пресекается через право, то внешнее вмешательство маскируется под легальные процессы и слабо поддаются купированию в ходе избирательных процедур.

Недопущение иностранного вмешательства в избирательный процесс регламентируется нормами международного права. Так, в пункте 7 статьи 2 Устава ООН закреплен запрет на вмешательство во внутренние дела государства. Протокол к Европейской Конвенции о правах человека и основных свобод гласит: «Высокие договаривающиеся стороны обязуются проводить с разумной периодичностью свободные выборы путем тайного голосования в таких условиях, которые обеспечивает свободное волеизъявление народа при выборе органов законодательной власти».

В июле 2020 года механизм верховенства национального права над международными трактовками был подтвержден поправкой к Конституции.

Зачастую наши западные партнеры очень узко трактуют свободу выборов.

Игорь Борисов считает, что нам пора прекратить стесняться пользоваться своим электоральным суверенитетом. Мы становимся свидетелями злоупотребления правом международного наблюдения. БДИПЧ ставит свои инструкции выше закона и пытается навязать свои правила, содействуя ослаблению государственности. А мы почему-то на это закрываем глаза.

Согласно мандату, международное наблюдение осуществляется строго в рамках национального права. Государства согласно международному праву обязаны приглашать только наблюдателей, а не специализированные организации, преследующие свои цели, порой недемократические.

Приглашение миссии, а не наблюдателей, записано только в законодательстве Армении. Это право государства, в международном праве такой нормы нет.

По факту к нам приезжают некие структуры, юридическое лицо, привозят несколько сотен своих наблюдателей. Мы никогда не делегировали какие права.

Национальное законодательство предусматривает проведение любых избирательных процедур, и в том числе наблюдения, только после старта кампании.

Директор БДИПЧ считает, надо приезжать за четыре месяца для выполнения каких-то внутренних регламентов, с которыми мы не соглашались.

В итоге приезжают не эксперты в области электоральных процедур, а вымуштрованные под выполнение политических установок представители БДИПЧ, финансируемые из иностранных источников.

БДИПЧ не имеет ни устава, ни согласованного положения о своей деятельности. Данная миссия обслуживает западные интересы непрозрачно, но требуют полной открытости избирательных органов от государств-участников ОБСЕ.

Возглавляемый Борисовым Российский общественный институт избирательного права просил предоставить анкеты наблюдателей с оценками на каждом избирательном участке. БДИПЧ отказывает — якобы там содержится конфиденциальная информация.

Игорь Борисов обозначил общие вопросы, которые нам предстоит решить. Надо гармонизировать законодательство в части деятельности международных наблюдателей. Способствовать выработке унифицированных подходов и развитию международного наблюдения. Устранить правовую неопределенность. Исключить внешнее вмешательство.

«Предстоит большая работа, но мы должны ее начинать несмотря на большой объем», – подчеркнул Игорь Борисов.

Лев МОСКОВКИН.