ЖУРНАЛИСТЫ СТАЛИ ПРЕДМЕТОМ ОХОТЫ

Журналисты стали предметом охоты, Дума готовит закон для их защиты. Защищаемые идеи не поняли.
События в мире развиваются так, что думский комитет по информационной политике достал из законодательного портфеля забытый законопроект о защите журналистов в горячих точках четырехлетней давности и проявил намерение принять его до конца осенней сессии.
В четверг 4 октября председатель Временной комиссии СФ по информационной политике и взаимодействию со СМИ Алексей Пушков провел заседание по вопросам защиты журналистов, работающих в горячих точках. По итогам встречи обещали выработать рекомендации и поправки к проекту закона.
Документ под названием «О внесении изменений в статьи 47 и 49 Федерального закона «О средствах массовой информации» определяет дополнительные гарантии для журналистов. Его внесли 03.07.14 депутаты ГД VI созыва М. Ю. Маркелов, В. Е. Деньгин, Я. Е. Нилов, Б. Л. Резник, Р. А. Шлегель, А. Г. Тарнавский, Л. Л. Левин, И. Е. Костунов, В. А. Крупенников, Н. И. Горовой, В. В. Пинский, О. В. Тимофеева, А. А. Ющенко, Р. Ю. Чуйченко; член Совета Федерации А. П. Торшин. Он принят в первом чтении 20.02.15, и после этого произошло торможение.
По замыслу авторов, обеспечение прав журналистов проводится через регламентацию его отношений с редакцией СМИ при выполнении редакционных заданий в особых условиях. Законопроект был внесен после того, как ВГТРК потеряла на Юго-Востоке Украины съемочную группу, когда были убиты Корнелюк и Волошин.
В пояснительной записке к законопроекту отмечено: «Не редки и случаи гибели, избиения, захвата и незаконного удержания журналистов. Нарушение норм международного права, угроза жизни, цензура, постоянное давление на представителей средств массовой информации со стороны украинских властей и организаций, ущемление свободы слова и ограничение доступа к информации в последнее время стало обычным делом.
Не стоит забывать и о систематических публичных казнях журналистов различных государств на Ближнем Востоке, что также подтверждает необходимость совершенствования мер защиты журналистов и представителей средств массовой информации, работающих в особых условиях».
Под особыми условиями профессиональной деятельности журналиста в законопроекте предлагается понимать выполнение поручений редакции на территории, где введено военное положение, в зоне вооруженного конфликта или проведения контртеррористической операции.
Авторы законопроекта предлагают возложить на редакцию СМИ обязанность по обеспечению журналиста страхованием, охватывающим случаи причинения вреда жизни или здоровью в результате несчастного случая или болезни, а также репатриацию. До командировки в опасных условиях редакция обеспечивает обучение мерам безопасности; средствами индивидуальной защиты с опознавательным знаком «Пресса/Press» и в случае выезда за пределы РФ международным удостоверением журналиста.
Указанные меры защиты предлагается распространить и на лиц, выполняющих совместно с журналистом поручение редакции, – оператора и звукооператора.
Законопроектом предусматривается введение новой статьи Административного кодекса с ответственностью в виде штрафа на должностных лиц от 30 до 50 тыс. рублей, а на редакции средств массовой информации – от 100 до 200 тыс. рублей.
В случае повторного в течение года неисполнения обязанностей по обеспечению профессиональной деятельности журналиста в особых условиях предусмотрены повышенные меры ответственности: для должностных лиц штраф от 50 до 100 тыс. рублей, на юридических лиц – от 200 до 400 тыс. рублей или административное приостановление деятельности на срок до 90 суток.
Реанимировать законопроект заставили новые события на Украине и затем убийство трех опытных российских журналистов в Центральноафриканской Республике. Что странно, потому что они въехали в страну без журналистского статуса по туристической визе, не оповестив ни МИД, ни посольство.
Изрешеченные пулями тела Александра Расторгуева, Орхана Джемаля и Кирилла Радченко были найдены 31 июля между населенными пунктами Сибут и Декоа. Водитель спасся, то есть это было неслучайное убийство именно журналистов. Убитые работали в основном с mainstreammedia (MSM), избегающих оформления трудовых отношений с репортерами.
Согласно принципу Станислава Лема, журналист обязан предполагать умысел, если он не исключен фактами.
Еще одна странность связана с системным игнорированием канала ANNA-News Марата Мусина, который работал в Сирии. 27.04.18 он выступил на круглом столе по Сирии в пресс-центре «Парламентской газеты», где анонсировал фильм-расследование ANNA-News «Социальные вирусы», который показывает работу инструментов США для разрушения других стран. Мусин сообщил о потерях двух медийщиков.
В отношении уникальной личности Мусина следует отметить два факта. Во-первых, он накопил огромный объем информации, включая видео, которую обобщил одной фразой: война — дело грязное, вранье против вранья. Он утверждал, что, кроме ANNA-News, в Сирии никто не работает. На обсуждении в комиссии Пушкова присутствовали журналисты федеральных каналов, работающих в Сирии. Однако смысл утверждения Мусина понятен из нижеследующего.
Во-вторых, Мусин был математиком, подходившим к любой проблеме как научной задаче комплексно. Он обладал выдающейся естественно-научной способностью выбора существенного для извлечения смысла из массива данных. По информации https://uborshizzza.livejournal.com/4788253.html в 80-х Мусин работал в Первом меде, где занимался спектральным анализом данных смертности в Москве по данным скорой помощи. Обнаружены два цикла: годовой (в конце зимы смертность выше средней) и недельный (в субботу-воскресенье смертность выше). Еще один промежуточный цикл в полмесяца, после зарплаты и аванса смертность повышается. Традиционная аппроксимация гармоническими рядами Фурье работает на смешении многих гармоник с меняющейся во времени амплитудой при постоянной частоте. Мусин построил теорию анализа временных рядов, в которых со временем меняется не только амплитуда, но и частота.
Иными словами, еще в докомпьютерную эпоху математик Мусин получил выход на анализ климатических данных с одной стороны и волн жизни Сергея Четверикова – с другой.
Должен отметить, отстраняют от работы за куда более мелкие провинности, под давлением Вашингтона действует жесткий запрет на профессии. Роман Вильфанд упорно уклонялся от вопросов об анализе стохастических колебаний температуры и концентрации углекислоты. Спросить Марата Мусина я не догадался, просто не знал.
За первое – устраняют, достаточно одного того, что Мусин наговорил в «Парламентской газете». Через девять дней, 05.05.18, ANNA-News сообщил о смерти Мусина без указания причин. Официальная версия – тромбофлебит, оторвался тромб. Фильм «Социальные вирусы» мы уже не увидим.
Судя по комментариям на смерть Мусина, он обладал талантом заранее оказываться в нужное время в нужном месте, где потом происходили резонансные события. Феномен описан фильмом «Сенсация» с Дастином Хоффманом. В реальности примерно то же произошло, когда четырех депутатов Думы командировали 31 августа в Беслан. Название этого города за пределами Северной Осетии не было известно.
В свете истории Мусина идея обсуждаемого законопроекта предстает в неожиданном свете.
Довести законопроект до ума поручено члену комитета ГД по информационной политике, информационным технологиям и связи Евгению Ревенко. По итогам обсуждения в комиссии Алексея Пушкова они общими усилиями нашли формулировку для журналистов: Ревенко не видит препятствий для принятия закона до конца осенней сессии.
Однако в дискуссии выявились препятствия, которые могут стать непреодолимыми, – совмещение в одном документе поправок в закон о СМИ, введения обязательной страховки и административной ответственности.
Серьезным препятствием может стать противодействие страхового лобби и со стороны Совета при Президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека. Если в законопроект введут еще и геномную регистрацию, как предложил глава СПЧ Михаил Федотов, что кажется разумным, то его принятие станет совсем неподъемным, учитывая прошлый законодательной работы. Ситуация на страховом рынке тоже непростая, а с председателем комитета ГД по финрынку Анатолием Аксаковым посоветоваться в голову не пришло.
Теоретически надо убирать из проекта страховой и административный навес, если авторы считают, что принять закон надо обязательно. Из обсуждения следовало, что крупные СМИ и так страхуют и обеспечивают. А на вопрос о тех, кто избегает нести ответственность за журналиста, Ревенко ответить не готов. Точно он знает только то, что закон невозможно распространить на стрингеров. Однако MSM работают по западной модели только со стрингерами, используя запрещенный в России заемный труд без гарантий. Привлечь их к ответственности невозможно.
Для дискуссии привлекли профессионалов с серьезным опытом журналистской работы в горячих точках. Да и сам нынешний депутат Ревенко хлебнул лиха и побывал в банде, где его группу собирались расстреливать. Ревенко считает, что законопроект должен не только защищать журналистов, но и не препятствовать редакции выполнять свои обязанности. Правила написаны кровью. Ревенко был среди тех журналистов, кого внезапно отправили в Чечню. У него был опыт военного вуза, но не работы журналиста. У НТВ боевые потери были. Потом в 14-м году ВГТРК потеряла почти всю съемочную группу Игоря Корнелюка и Антона Волошина. Толя Клян погиб.
Ревенко сказал о проблеме, с которой столкнулся, когда начиналась операция «Возмездие» в Сирии. Он не имел права сообщать своим сотрудникам, куда они будут заброшены. Это означало разгласить государственную и военную тайну, начав звонить по всем страховым агентствам.
Для обучения журналистов есть курс «Бастион» Минобороны. Кто должен организовывать курсы, непонятно. Сейчас все это делается в добровольном порядке, надо установить в федеральном законе.
Председатель Союза журналистов Владимир Соловьев рассказал, что для него это особая тема. Тогда фронтовой журналистике не учили и самые первые жертвы были еще в советское время в Югославии.
Это известная история, журналистов Гостелерадио СССР Виктора Ногина и Геннадия Куринного убили в окрестностях города Хрватска-Костайница 1 сентября 1991 года. У них не было никакой страховки. Когда погиб от пули в Донецке Анатолий Клян, он уже был серьезно застрахован.
По словам Соловьева, лобби страховщиков в Госдуме почему-то тормозит законопроект. Трое убитых в ЦАР были очень опытными журналистами и тем не менее пренебрегли защитой.
Президент в ответ на вопрос Соловьева предположил, что, наверное, не стоит присваивать журналистам статус участника боевых действий, они не имеют права держать в руках оружие. Тем не менее поварам в Сирии присваивают.
Закон должен быть направлен на защиту людей, работающих по трудовому договору. В принципе Соловьеву хотелось бы защитить и стрингеров. Помогать должна редакция – лечение и реабилитация, помощь семье в случае гибели. Обеспечивать каски и бронежилеты.
Председатель СПЧ Михаил Федотов в своем как всегда весомо-убедительном спиче доказал несуразность законопроекта. Чтоб не забывали его заслуг, напомнил, именно он делал первый закон о СМИ в 95-м, который теперь вот превратился в то, что мы имеем. Законы пишутся на юридическом языке. Понятия «горячие точки» нет. Написано, что редакция должна обеспечить удостоверение Международной федерации журналистов. Как считает Федотов, журналисту в горячей точке нужен совсем другой документ, определенный в дополнительном протоколе к Женевской конвенции журналиста в командировке в опасной зоне вооруженного конфликта. Такой документ выдается органом государственной власти по заявке редакции. Задание командировочное дает редакция. Но обязанности мы возлагаем на работодателя.
Федотов с удовлетворением извинился, если испортил праздник.
Не для праздника собрались, портить нечего, заметил Пушков.
Ревенко подчеркнул, что в самом законопроекте слова «горячие точки» отсутствуют.
Федотов имеет в виду Дополнительный Протокол к Женевским Конвенциям от 12 августа 1949 года. Он касается защиты жертв международных вооруженных конфликтов, гражданских лиц и комбатантов. Документ описывает ситуации, включающие вооруженные конфликты, в которых народы ведут борьбу против колониального господства и иностранной оккупации, против расистских режимов в осуществлении своего права на самоопределение, закрепленного в Уставе ООН и в Декларации о принципах международного права, касающихся дружественных отношений и сотрудничества между государствами в соответствии с Уставом ООН.
О журналистах в Протоколе написано следующее:
«ГЛАВА III. ЖУРНАЛИСТЫ
Статья 79. Меры по защите журналистов
1. Журналисты, находящиеся в опасных профессиональных командировках в районах вооруженного конфликта, рассматриваются как гражданские лица в значении статьи 50, пункт 1. 2. Как таковые, они пользуются защитой в соответствии с Конвенциями и настоящим Протоколом при условии, что они не совершают никаких действий, несовместимых с их статусом гражданских лиц, и без ущерба праву военных корреспондентов, аккредитованных при вооруженных силах, на статус, предусмотренный статьей 4. А.4 Третьей конвенции. 3. Они могут получать удостоверение личности согласно образцу, который приводится в Приложении II к настоящему Протоколу. Это удостоверение, выдаваемое правительством государства, гражданином которого является журналист, или на территории которого он постоянно проживает, или в котором находится информационное агентство, в котором он работает, удостоверяет статус его предъявителя как журналиста».
Соловьев не согласился с Федотовым. Удостоверение, о котором говорил Федотов, никто не знает. Международная карточка журналистов признается и работает в 187 странах. Раньше было зеленое, выдавали кому попало. Новое удостоверение введено с октября прошлого года и выдается только членам Союза журналистов. По запросу редакции СЖР посылает документы в Брюссель. Только в этом году выдали 645. Кстати, дает право на бесплатный вход в музеи. Удалось пробить звание заслуженного журналиста России, которое автоматически дает статус ветерана труда с льготами, почет и уважение.
Таким образом, Федотов среди современных военных журналистов выглядел человеком прошлого века, когда еще не было масштабного опыта кровавых государственных переворотов под видом борьбы за независимость. Не было и жесткого разделения журналистов и комбатантов. Отказывая журналистам в статусе участника боевых действий, Путин не хочет давать лишний повод для нападок. Их и так достаточно с фальсификатом фактов. Особенно в адрес Марата Мусина со злыми ругательствами. Нечто подобное я видел в твиттере Пушкова, пока он по неустановленной причине не внес меня в черный список и объяснить ничего не может. Против него работали профессионалы, хотя и поменьше, чем в твиттере Маргариты Симоньян.
Сенатор Пушков тоже имеет опыт горячих точек. Тема защиты журналистов стала особо актуальна в связи с гибелью трех журналистов в ЦАР. Тут не все просто, как журналисты они себя не анонсировали, статуса журналистов у них не было. Не случайно ИГИЛ обезглавливал и выкладывал в YouTube именно журналистов. Число горячих точек увеличивается. Для журналистов наступили непростые времена. Если раньше гибли от случайной пули, теперь стали объектами охоты. Это следствие того, что мир вступил в информационную эпоху.
На мой взгляд, если кто испортил праздник законодателей, которого не было, так это военный корреспондент ВГТРК Александр Сладков. Он не заглядывая в законопроект и просто рассказал, как это бывает. Признался, для него прийти в Совет Федерации тоже стресс, проще в Горловке.
Имея страховку ВГТРК, журналист с жалостью смотрит на человека, за которого копейку не дадут и никакой бумажки у него нет. Хотя в некоторых ситуациях на бумажку не смотрят. Можно написать огромными буквами PRESS, на Украине тут же убьют.
Сладков знает, что застрахован и оператор застрахован. Водитель и машина нет. Есть договоренность, сколько они дадут своих денег, если гранатой бампер оторвет. Тебя вытащили, остановили кровь, дальше на реабилитацию куда? Военным корреспондентам нужны не только хорошие средства защиты, но и связи. Потери сразу на 70% снизились. Новейшая аппаратура компактная, можно снимать ночью, не определяется тепловизором. Но она дороже.
Военный корреспондент отметил два вида рабства. Рабство пула. Мы не можем не поехать тем автобусом в Сирии, где нас везут на убой. Второй вид рабства редакционный. Как быть с ситуацией, когда человек отказывается? Чтобы не пострадал его профессиональный статус.
До кучи Сладков напомнил, что журналисты работают не только на войне, но и в Арктике или в горах.
Во что все это выльется, я не знаю. Знаю точно, что журналистов убивали всегда именно за то, что они журналисты. Только обращать на это внимание стали тогда, когда Россия взяла курс на обеспечение мира информацией из горячих точек. Для нас это государственная задача. У Вашингтона противоположная государственная задача: любыми способами не допускать работы журналистов в горячих точках, не признавать убийства и не платить за них, как в случае исков к США испанской ElPais, а в случае неудачи блокировать информацию выжившего журналиста. Вообще блокировать информацию и изображать жертвами режима людей, погибающих порой от собственной алчности. Ситуация описана в книге «Универсальный журналист» Дэвида Рэндалла для конца 19-го века, когда нынешнюю роль Вашингтона в мире исполнял Лондон.
Ситуация зашла так далеко, что журналисты готовы лезть в пекло, там по крайней мере понятно, кто где и с кем воюет. Дома твою работу оценят. Но так было не всегда и сейчас так не везде, за правду легко можно лишиться аккредитации. Например, в том же Совете Федерации.
Дискуссия прошла странно. Опытные боевые журналисты говорили немного коряво, а Ревенко просто уклончиво. Тем, кого пригласили, закон явно не нужен, и они плохо представляют, что это будет. Не только Сладков чувствовал себя не в своей тарелке, он просто честно признался. Понятно, несуразные штрафы и приостановление деятельности работодателям приглашенных не грозят. Однако их деятельность опирается и подкрепляется источниками типа ANNA-News и просто блогеров, с которыми приходится конкурировать официальным СМИ. Это принципиальное направление российской информационного политики после фактора трех восьмерок, о чем снят фильм Игоря Волошина «Олимпиус Инферно» (Olympius Inferno).
Историю убийства студентки журфака МГУ Насти Бабуровой не вспомнили. Репортерской работы в нынешнем мире недостаточно, из одного только контента комиссии Пушкова ничего не понятно, а с текстом законопроекта и подавно. Чтобы написать этот текст, пришлось еще три часа лазить по поиску в «Яндексе» и извлекать информацию из собственного компьютера, чтобы сопоставить с тем, что НЕ прозвучало. Нужны аналитики типа Марата Мусина. Его тоже не вспомнили.
Так для чего закон? Для концентрации и монополизации информации? Тогда почему Федотов против? Я не против, просто хочу понять и моих мозгов не хватает.

Лев МОСКОВКИН.

Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
0
Оставьте комментарий! Напишите, что думаете по поводу статьи.x
()
x