ОСТОРОЖНО — ВЗРОСЛЫЕ

В России развиваются две опасные тенденции. Из разных сфер одинаково убирают специалистов – на транспорте, экспертов в науках о человеке, специалистов разных направлений по подростковому возрасту, в медицине под предлогом оптимизации.
Вслед за оптимизацией следует такая судебная практика, когда по некоторым массовым типам преступлений суды либо не принимают исков, как по воровству автомобилей под видом эвакуации или в прошлом по выселению жильцов с помощью фальшивых дольщиков, либо дают минимальные наказания, и затем освобождаются по УДО даже злостные рецидивисты. От их действий может быть давно в могиле не одна жертва.
Подозрительно, насколько успешно поддерживается тема половых преступлений и доведения до самоубийства в Интернете с сайтов в США и на Украине. Действуют взрослые модераторы, психически больные или на зарплате. Сети привычно отказываются от ответственности, их только платформа. Однако в самих США вопрос решается.
Такое впечатление, что сексуальные права педофилов признаны наряду с геями и лесбиянками. Волны разных типов преступлений совершаются, как говорят за океаном, крайм, под копирку и напоминают типично организованную кампанейщину. Параллельно идет охота на ведьм в лице сфабрикованных педофилов среди преподавательского состава детских музыкальных и спортивных школ. То есть та же кадровая кастрация.
Освобождение злостных педофилов по УДО сподвигло Антона Белякова внести законопроект. Когда он еще был сенатором и мог защищать свои идеи, удалось привлечь внимание председателя Госдумы Вячеслава Володина и добиться согласия не отклонять законопроект, а отложить и продолжить доработку в рабочей группе. Возглавила зампред ГД Ирина Яровая. Она провела по два заседания рабочих групп по жестокости и по педофилии, после чего события на данном фронте происходить перестали без объяснения причин.
Беляков возбудил деятельность рабочей группы в СФ, председатель палаты Валентина Матвиенко дала согласие. Возглавила зампред комитета по конституционному законодательству Елена Мизулина. Провела десять заседаний рабочих групп за семь месяцев. Удалось разработать пакет законопроектов и составить сопоставительные таблицы. На данный момент обсуждается одиннадцатая итерация пакета.
Во вторник, 30 октября, Мизулина провела второй круглый стол по проектам ФЗ, подготовленным в целях совершенствования законодательства РФ в сфере защиты детей от посягательств на половую неприкосновенность. По словам Мизулиной, до конца года следует поставить какую-то точку, получив отзыв Верховного суда, без этого нельзя. Параллельно в Верховный суд будет направлен запрос о причинах такой милосердной судебной практики в отношении педофилов, жертвы которых гибнут. После этого руководство СФ будет решать, в каком виде будет внесен законопроект и кто станет его автором.
Если честно, когда любую биологическую тему обсуждают юристы, мне слушать тяжело. Специалисты, которые решились прийти, не хотят говорить лишнего.
Тем не менее на круглом столе можно было получить содержательную информацию.
Почетный работник прокуратуры Ольга Пристанская занимается наукой по теме «Криминологические и медико-социальные аспекты общественной опасности преступлений сексуального характера против несовершеннолетних». Она сообщила, что такие преступления с особой опасностью совершают якобы без насилия с согласия ребенка. Преступления против половой неприкосновенности малолетних возросли. Даже без членовредительства развиваются посттравматические расстройства и энурез, гомосексуальные тенденции у мальчиков. Возникают сложности в собственной семье и дальнейшей жизни. Предложения о снижении возраста согласия необоснованны. Раннее половое созревание сменилось ретардацией.
В комментарии «МП» Ольга Пристанская с грустью рассказала, что о негативной тенденции предупреждали еще с конца 90-х годов, когда анализировали состояние информационной безопасности детей. Проблема связана с растлением общества. Виктимизация — это не естественный, а патологический процесс. В 90-е была полная свобода слова без каких-либо ограничений, мы предупреждали, что это будет чревато ростом числа преступлений полового характера в отношении несовершеннолетних и виктимацией детей, когда сами дети начинают считать такого рода отношения в том числе со взрослыми. Акселерация не продолжается, наоборот, взамен акселерации 70-х годов пришло замедление физиологического и психосексуального развития, полового созревания несовершеннолетних. Связано с дисгармоничным развитием личности. То есть вы видите, девочка 15-летняя полностью созрела, а психологически, психосексуальное развитие у нее отстает. К сожалению, под предлогом акселерации снизили возраст согласия с 15 до 14 лет. Наши ученые-специалисты даже предлагали до 12 лет снизить этот возраст в начале 2000-х годов. Навеяли, возможно, и с Запада. Это взгляд непрофессионала, юристы не могут писать законы в отрыве от специалистов. Для того чтобы повысить планку возраста согласия до 16 лет, у нас ушло много лет, и мы этого добились только с привлечением детских психологов, физиологов, психиатров, специалистов в области охраны здоровья детей. Мы нашли ведущих, это Марина Безруких, главный детский психиатр центра Сербского Макушкин Евгений Вадимович. У нас есть хорошие детские эксперты, которых раз, два и обчелся. Снижение качества дискуссии о жестокости, я согласна, я не знаю, с чем это связано. Сколько лет уже мы ставим вопрос о специальной подготовке детских специалистов во всех областях юриспруденции, психологии. Сейчас сокращаются детские структуры в ведущих научных медицинских центрах. Сокращение продолжается под предлогом оптимизации. И носит все более угрожающий характер, угрожающий жизни и безопасности детей. Вот это самое страшное. Мы пытаемся каким-то образом эту ситуацию выправить, ничего не получается, она нарастает. В то же время детские суициды растут, очень высокая латентность психологической подготовки детей к суицидам. Кроме того, что это организованная деятельность, вовлечение детей в суицидальные действия, существует еще целый комплекс субъективных и объективных причин. Общая психологическая ситуация в обществе, она настолько напряженная и в связи с международной обстановкой и внутренней, и в связи с экономическими проблемами, с невозможностью уделять достаточное время ребенку. После 90-х это уже вторая волна пошла.
Заведующая кафедрой уголовного права, уголовного процесса и криминалистики РУДН Людмила Букалерова выступила по теме «Противодействие посягательству на половую неприкосновенность несовершеннолетних в сети Интернет». В числе прочего рассказала о случае из жизни: некий «Медведь», видимо молодой человек, шлет сексуальные фотографии. Распространяются сведения, разглашающие тайну усыновления, стимулирующие зависимость от картинок. Они ж не выпускают гаджетов из рук.
Букалерова в комментарии «МП» рассказала, что зависимость от картинок, сами понимаете, один ребенок что-то интересное нашел и распространил у себя. К сожалению и взрослые тоже вмешиваются, навязывают, что смотреть: посмотрите вот это – шлют картинки. Конечно, есть модераторы специальные. Есть психически больные. Больные или на зарплате, надо выяснять правоохранительным органам. В Сети можно встретить всех, там нет никакого контроля, кто разговаривает с ребенком, откуда и с какими целями. Кто такой «Медведь», пока не установили.
Главный вопрос, который ставил еще Беляков, почему такое мягкое наказание и УДО по заведомо опасным и иногда особо тяжким преступлениям с жертвами? И та же картина по некоторым другим преступным действиям совершенно иного рода.
Елена Мизулина считает, по всем категориям разные причины судебной практики, почему мягкое наказание. По большому счету судья должен быть милосердным. Получается, потерпевшие страдают гораздо больше, но для этого надо в Верховный суд направить запрос, предложение такое было, чтобы они проанализировали практику назначения наказания. Мы-то направим, но ждать не будем. У нас много запросов в Верховный суд, но по другим поводам. И они отвечают. По назначению наказаний по этой группе не направляли, направим. У нас в судебной практике усмотрение судьи в назначении наказания очень широкое, в мире такого нет, как правило, рамки более узкие. И второе, у нас нет четкой процедуры назначения наказания, такой прозрачной. Фактически судья в совещательной комнате сидит и принимает решение. Как может напишет мотивацию. Но это же краткое, неочевидно, требуется разъяснение, почему так, а не иначе. Я сторонница того, чтобы в уголовном процессе была процедура публичная открытая, чтобы судья назначал заседание, чтобы стороны могли открыто поспорить относительно тех или иных признаков, смягчающих, отягощающих наказание, чтобы было понятно, против чего возражают и с чем судья не согласился.
Елена Мизулина солидарна с Пристанской. Сейчас не провал, а издержки 90-х годов, когда все было пущено на самотек. Это искусственное. Нам придется это выдержать, потому что мы сейчас сами расхлебываем все, что мы забросили в 90-х годах. В школах никто воспитанием детей не занимался. Родители искали, как прожить, как выжить. Извините, налички не было. Зарплат не было. Поэтому дети были предоставлены сами себе. Плюс у нас, вы сами видели, не трогать СМИ, не трогать телевидение, не трогать Интернет. Не регулировать распространение никакой информации, а это же среда, в которой дети живут. Информационная среда. Вы посмотрите, как они легко ее схватывают. Как легко ориентируются.
По словам Мизулиной, с 18-го года внесли компьютерную зависимость в международный классификатор болезней. Его нам еще не перевели на русский язык пока, но там уже известно, что компьютерная зависимость отнесена к разряду болезней.

Лев МОСКОВКИН.

Фото из открытых источников.

Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
0
Оставьте комментарий! Напишите, что думаете по поводу статьи.x